Сто пятьдесят шурупов. Сказка: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Нет.

Громкие препирательства, между продавщицей, бабушкой и внуком, доказывающими свою честность, донеслись, постепенно до кабинета главного начальника и он решил выйти разобраться, что происходит в торговом зале. Увидев, картину происходящего, он громко произнёс:

— Спокойно, сейчас разберёмся!

Все замолчали. Главный, руководитель, подал кому то знак рукой. Через несколько секунд подбежали два охранника, с злобными лицами и чёрными, прорезиненными дубинками в рука, и, взяв под руки бабушку, и внука вывели их из магазина, приказав идти, домой, а не то, они примут другие, более строгие меры. У бабушки заболело сердце, и она присела на ступеньках магазина.

— Что, бабушка? Тебе плохо? Да пусть они сами проглотят свои шурупы, обойдёмся и без них, пойдём скорее отсюда, здесь такие плохие люди.

— Ничего внучек, мне уже лучше и ты прав, здесь действительно плохие люди.

Когда они пришли домой, бабушка постоянно молчала, а внук спросил её, когда у неё перестало болеть сердце.

— Ба. Но, почему они с нами так поступили? Почему так не справедливо? Это же они не доложили шурупы.

— Они не боятся. — ответила печально бабушка. А тебе впредь наука.

— Кого не боятся?

— Никого. А самое главное не боятся Бога. А когда человек перестаёт бояться Бога, тогда и людей перестаёт уважать, и справедливость для него становится неважной и ненужной помехой к достижению своих целей.

— Но как же? Они же…, ба, не попадут в рай, если так будут и дальше себя вести.

— Они об этом не задумываются. Совсем не задумываются. У них в глазах пелена.

— Какая пелена?

— Пелена жадности. Жадность, пожалуй, самый большой порок. Из-за жадности происходит всё, то нехорошее, что есть в этом мире. Желание получить не своё, порождает зависть, а жадность и зависть в свою очередь производят действия, тот самый «переплет, «в который мы с тобой сейчас попали.

— А как же тогда жить? Разве возможно?

— Возможно. Мир не без добрых людей.

— А как добиться справедливости?

— Положись на Боженьку, возможно, он сжалится над нами и тех, злых людей исправит. Иди в другой магазин и купи ещё три шурупа, и доделывай забор. А в магазин, в котором нас унизили, не ходи больше.

— Хорошо. Я в этот магазин больше никогда не буду заходить. — с более приятным настроением, юноша поднялся и пошёл, в другой магазин, чтобы купить три, недостающие шурупа и доделать свою работу по ремонту забора.

А в магазине, в тот же день, главный начальник, после того как охранники выгнали бабушку и внука, выписал, маленькую премию продавщице и назначил её работать директором магазина.

На следующий день, юноша пошёл в школу и не смог купить завтрак, из-за того, что он приобрёл не запланированные, но так необходимые, три шурупа. На большой перемене, ему, как обычно хотелось купить, котлету с булочкой и стаканчик кофе, в школьном буфете, но, на этот раз, было невозможным. Но, он не расстраивался. Главное, что он отремонтировал забор и соседские мальчишки, перестанут над ним смеяться на всю школу. А то, что нужно перетерпеть голод, ему казалось, пустяковым делом. Но, голод дал себя знать сразу. После большой перемены, нужно было посетить ещё три урока. Целых три урока. И, уже, на первом, голод дал о себе знать звонким урчанием в животе юноши. На втором, урчание стало чаще и громче. Ему, так стало неудобно и показалось, что этот звук такой громкий, и вероятно его услышали сейчас все, и все будут над ним смеяться. Ему стало стыдно и печально. Он втягивал живот, ёрзал на стуле, но урчание в животе никуда не исчезало, оно проявлялось ещё более громкими звуками. Кое-как, он дождался окончания уроков и побежал, скорее, домой, к бабушке, в предвкушении, что-либо перекусить. Бежал и радовался отремонтированному забору, а про голод совсем забыл.

С тех, странных и печальных дней, прошёл ровно один год, два месяца и три дня. Он ни разу, за время прошедшее после ремонта забора не заходил в магазин, где его обсчитали и обидели. Ему было неприятно заходить в него. Но в этот раз, ему пришлось, через силу, через не могу, через не хочу, зайти в злосчастный магазин. У них с бабушкой, на кухне, поломался водяной кран, а вернее только его, одна часть — кран-букса, которой он нигде не смог найти в продаже, в других местах, а покупать целый кран, для них было, «не по карману». Поэтому и пришлось зайти, туда, куда не хотелось, в надежде, купить необходимую запчасть. Когда он зашёл в магазин, его внимание, сразу же привлек громкий, с криками и жестикуляцией, разговор сотрудников, похожий на ссору. Посмотрев в сторону кричащих людей, он, в некоторых из них, узнал старых знакомых, продавщицу, главного начальника и двух охранников, другая продавщица, молодая девушка, была не знакома ему и она почему-то плакала. Он хотел было купить, то, что ему было необходимым и уйти поскорее, но, на юношу никто не обращал внимания, и поэтому он невольно стал свидетелем происходящего, ожидая продавца.

До него доносились громкие крики главного начальника, адресованные знакомой, той самой, которая его обсчитала, продавщице.

— Ты меня обокрала! Ты воровка! Я тебе доверил должность директора! А ты… Как ты мне отплатила за мою доброту? И ещё во всём обвиняла других. Ты, воровала даже шурупы, не докладывая по одному в каждую упаковку. Ты украла у меня миллион!

Продавщица, которая в прошлый раз обсчитала юношу, визжала своим противным, громким и писклявым голосом, пытаясь доказать свою непричастность, постоянно тыкая в молодую девушку, другую продавщицу, пальцем. Пытаясь свалить не неё свою вину. Главный начальник сделал знак рукой и два охранника с очень злобными лицами, подошли к орущей на весь магазин, нечестной продавщице, взяли её за руки и попытались вывести к входным дверям. Но, он сопротивлялась. Изгибаясь, пыталась вырваться, крича — «это не я, я не виноватая», пытаясь ударить ногами, каждого из охранников. Охранники, видя, что им трудно с ней справиться, взяли её крепче под руки одной рукой, а другой за ноги и подняли, чтобы вынести. Продавщица продолжала вырываться, изгибая и разгибая всё своё тело, невероятно быстро двигая и руками, и ногами. Охранникам пришлось приложить много усилий, чтобы продвигаться к выходу с бывшей продавщицей на руках. Неожиданно раздался громкий, на весь магазин звук — «прпрррррррпрпрррррпррр» и продавщица в это момент замерла в руках охранников, и так же замерли, и они.

— Отпустите немедленно меня на землю! — очень громко заорала она.

Охранники, растерявшиеся от странного звука, отпустили её, и в магазине воцарилась тишина, слышно было, как пролетала муха, но все смотрели на продавщицу, изумлёнными глазами. Её красное, красивое и дорогое, обтягивающее платье, во время, когда она вырывалась, извиваясь из рук охранников, разорвалось сзади, посередине, в том месте, где у всех людей находится попа. Оказавшись на земле, без рук охранников, она присела на корточки, чтобы поднять свою, белую сумочку, и в момент, когда она её брала в руки, приседая, опять раздался громкий звук «пррррпрпрррррр». Платье продолжало рваться и так как оно было в обтяжку, сжиматься к переди, оголяя её зад. Охранники, видя оголённый зад своей бывшей начальницы, громко заржали. А, уволенная продавщица, встав, приложила сумочку, сзади, к разорванному месту на платье, что бы никто не видел её оголённый зад, пятясь назад, стараясь не поворачиваться задом к входящим покупателям, которые, с нескрываемым удивлением смотрели вслед уходящей продавщице, с разорванным сзади платьем, и пытающейся закрыться сумочкой.

Через минуту, за прилавок подошла другая, продавщица и продала юноше, необходимую запчасть, кран-буксу, для их поломанного крана.

О происшествии и о том, как продавщица-воровка была разоблачена, юноша рассказал бабушке, когда пришёл домой. Они вдвоём долго смеялись, особенно над тем моментом, когда у воровки разорвалось сзади платье.