— Тогда пошли в дом, — говорит уверенно, прижимая меня к себе.
Уже давно стемнело, и на улице действительно стало прохладно, но от мысли вернуться в дом и подняться в спальню, где мы будем вдвоем, внутри поднимается неконтролируемое волнение и зарождается паника. Ещё и Ленка подливает масла в огонь своими СМС, которые периодически шлет мне на телефон. Мы никогда не заводили с ней разговоров о первом разе, и я искренне не понимаю, с чего она сейчас взяла, что он у меня случится. Я ведь приехала отдохнуть на дачу, а не лишаться девственности.
Поднимаюсь на ноги и медленно иду за Сергеем к дому, оглядываясь на толпу веселящейся молодежи.
— Они не скоро разойдутся, — замечает он мой взгляд. — Идем.
С каждым шагом, когда мы приближаемся к спальне, где сейчас уединимся, я думаю о том, что лучше всего и впрямь будет позвонить Виталию и попросить его забрать меня домой…
Сергей толкает дверь и пропускает меня внутрь. Но стоит мне опять увидеть кровать, которая слишком тесная для нас двоих, хоть и двуспальная, я замираю на месте и снова вспоминаю о словах Бориса Александровича.
— Ну, ты чего? Испугалась меня, что ли? — Сергей приобнимает меня за плечи и обжигает мой висок горячим дыханием. — Без твоего согласия ничего не будет, — заверяет он, но я все равно не представляю себя и его на одной кровати. Это так интимно…
Высвобождаюсь из его объятий и иду к сумке. Достаю пижаму и направляюсь в душ, чтобы умыться и переодеться. Обычно эти процедуры не занимают у меня много времени, но сейчас я тяну его и не тороплюсь покидать стены ванной.
— Сона, — Сергей стучит в дверь. — У тебя все в порядке? — интересуется он.
— Да, — тихо отзываюсь я и беру в руки телефон.
Несколько минут смотрю на темный экран, а после набираю Виталия и прошу его, чтобы он меня отвез домой. Не хочу изводить себя всю ночь тревожными мыслями, прислушиваясь к каждому шороху и точно знаю, что не сомкну сегодня глаз. Потому что пока не готова к новому шагу в наших отношениях с Сергеем.
— Сона, — по новой доносится стук в дверь и голос Сергея, отчего я вздрагиваю и прячу телефон в карман джинсов.
— Я сейчас, — включаю воду и ещё несколько секунд стою напротив зеркала и смотрю на себя в отражении, а потом выхожу из ванной в том же, в чем приехала.
Не смогла заставить себя переодеться. Виталий будет в дороге без малого еще два часа, которые мне предстоит провести с Сергеем наедине. В одной комнате. Когда мы встречались с ним в кафе, кинотеатре или сидели в его машине в людном месте, мне было не так волнительно, как сейчас. Я пытаюсь расслабиться, но у меня плохо получается скрыть свое напряжение.
“Это все Ленка меня накрутила”, — успокаиваю я себя. Ей не стоило присылать мне скриншоты из интернета, у кого каким был первый раз и что часто он случался по глупости, и девушки потом о нем сожалели. А я не хочу оставить такие воспоминания об этом значимом для меня моменте.
— Ты бледная, — Сергей подходит ко мне вплотную и касается рукой лица. — Тебе нехорошо? — Смотрит на меня с искренним беспокойством и проводит ладонью по моим скулам и лбу. — Вроде не горячая, — его голос становится ниже и приобретает хриплые нотки.
Боже, боже… Он же не подумал, что я так волнуюсь, потому что... хочу его? В сознании тут же всплывет воспоминание, как мое тело пылало и жаждало прикосновений Ленкиного отца, когда он целовал меня в своей квартире и называл “малыш”.
Но разве такие мысли меня должны посещать, когда Сергей накрывает мой рот своим, воруя мое сбившееся дыхание?
Скованная кольцом рук, пытаюсь расслабиться, но у меня ничего не выходит. Все мысли о том, как сказать, что за мной скоро придет водитель Тихоновых. Меньше всего я хочу, чтобы Сергей на меня обижался, но я действительно не готова к серьезному продолжению. Потому что знаю, как может быть, когда жаждешь поцелуя и не хочешь остановиться, а в голове при этом нет одной связной мысли.
Я отстраняюсь первой и опускаю голову. Сердце стучит в висках, и в ушах шумит, но вовсе не от желания. Нет. Это какие-то другие, новые для меня ощущения, не схожие по своей силе с теми, которые я недавно переживала на квартире Лениного отца.
— Ничего не будет, если ты не захочешь, — заверяет меня Сергей и гладит пальцами мое лицо. Аккуратно берет за подбородок и приподнимает его, заставляя посмотреть ему в глаза. — Я тебя не тороплю, Сона.
От Сергея исходит спокойствие, уверенность и немного пахнет алкоголем. Я беззвучно втягиваю в себя воздух и чувствую, как его пальцы перемещаются на мой затылок.
— Ты такая красивая, — шепчет он и опять привлекает меня к себе, целует настойчивее.
В моей груди по новой зреет паника. А когда я отстраняюсь от Сергея второй раз, чувствуя его желание ко мне, решаю сказать правду.
— За мной скоро приедет водитель Тихоновых. Я не смогу остаться на даче твоих друзей с ночевкой.
Тело Сергея напрягается. Между бровями появляется залом. Я невольно опускаю глаза и делаю шаг назад, замечая на уровне его паха внушительный бугор.
Да, я знала куда ехала, меня об этом пытались предупредить, однако в тот вечер, когда Борис Александрович запретил мне ехать с Сергеем на дачу с ночевкой, внутри меня словно что-то взорвалось и незамедлительно просилось наружу.
— В смысле? Я думал, тебя отпустили... Ты не хотела меня расстраивать, поэтому не сказала и переживала весь вечер? Ну ок, я сейчас позвоню Борису Александровичу, не вижу в этом никаких проблем. Ты ведь уже совершеннолетняя, а здесь собрались все порядочные ребята. Разве я привез бы тебя на какую-то сомнительную тусовку?
Сначала я думаю, что это замечательно, что Сергей подумал, якобы причина вовсе не во мне, а в запрете Лениного отца, но потом понимаю, что попаду в дурацкую ситуацию, если Сергей действительно позвонит сейчас Борису Александровичу.
— Нет, дело в другом, Сереж... У меня еще ни с кем не было отношений. Я полагала, мы будем спать в разных комнатах, но… — запинаюсь я, говоря немного ватным голосом. — Извини. Я не могу… — тихо бормочу, заливаясь краской от мучительного смущения.