Сколько я так простоял — я не помню. В какой-то момент меня переклинило, и я просто пошёл вперёд. Мне не требовалось формировать ледяной коридор — достаточно было ледяного панциря из пористого вещества. Всегда считал, что у воды есть три состояния — жидкое, газообразное и твёрдое. Как же иногда приятно ошибиться — оказывается, есть ещё одно: пористое. Если меня попросить описать его, я не возьмусь — мне непонятна природа этой воды. Она не была чем-то твёрдым, жидким, или газообразным. Она вообще, казалось, не существует, но прекрасно обеспечивала мою защиту.
Километр, что отделял меня от второй шахты, я прошёл за полчаса, причём большую часть этого времени потратил на то, чтобы научиться двигаться не только по дну, но и по любой плоскости, по которой мне только захочется. Подземная река превратилась для меня в достаточно удобную прогулочную зону, где я мог подниматься к потолку, так и спускаться на самое дно. При этом течение меня словно игнорировало — мне с ним бороться не приходилось. Забравшись к верхней части подземной реки, я достаточно бодро зашагал вперёд и вскоре обнаружил работающий механизм. Прикреплённые к толстой цепи чаши зачерпывали воду, чтобы поскорей доставить её наверх, в водонапорную башню.
Я точно знал — если я ухвачусь за одно из звеньев, то с лёгкостью поднимусь наверх. Мой вес конструкция выдержит без проблем. Но делать этого я не стал и, скорректировав направление, двинул дальше. Энергии вокруг меня становилось так много, что в какой-то момент мне пришлось увеличить оба шара и развести руки пошире, чтобы стихии случайно не столкнулись одна с другой. И когда я добрался до третьей шахты, то, наконец, увидел источник всех наших проблем — в двадцати метрах выше по течению находилось чужое устройство, изо всех сил старающееся восстановить уровень гадости в очищаемой мной воде. Вот только в отличие от случая с канализацией Миракса, на этот раз я подошёл к вопросу с должной подготовкой. Теперь у меня был не только лёд, но и пламя, что позволяло очищать воды гораздо быстрее, чем их вновь загрязняли.
Спустя несколько минут я стоял рядом с устройством. Оно разительно отличалось от тех, что вызывали зловоние. Здесь и механизмов было больше, и проводков, уходящих куда-то вдаль, и центральный камень раза в два превосходил по размерам те, что я видел прежде. Тот, кто установил сюда эту гадость, особо не переживал за конспирацию — вряд ли кому-то придёт мысль отправляться так глубоко под воду. Ко дну был приделан простой ящик, где и располагалось само устройство. Идеальное место для того, чтобы насытить ядом не только этот город, но и все остальные населённые пункты, потребляющие воду из этой подземной реки. Уверен, когда сюда явятся западники, то они не только демонтируют механизм, но и каким-то образом произведут чистку. О чём это говорит? О том, что с магией в этом мире совершенно ничего не понятно.
С трудом выгнав из головы назойливые мысли, я потянулся к устройству, но остановился, уставившись на странную картину — к моим двум стихийным шарам добавился ещё один. Чёрный, отталкивающий, с гуляющими по всей поверхности молниями. Он вырос из кристалла, словно тот ожил и решил лично встретить неприятеля. Все произошло так быстро, что я даже толком не успел ничего понять. Появился шар, исчезли искорки и молнии, а вместо них между всеми тремя шарами образовалась толстая линия из чистой энергии. Меня едва не разорвало на мелкие части от переизбытка силы, но мне удалось перенаправить её в шары. О том, что лёд соприкоснулся с огнём и той непонятной тьмой, я уже не думал — всё моё внимание сосредоточилось лишь на том, чтобы не потерять концентрацию и не дать стихиям превратить меня в пар. А вместе с этим и половину подземного мира.
Что самое забавное — то, что показалось мне вечностью, закончилось за несколько десятков секунд. Какой бы ни была всепожирающей тьма, она не смогла справиться с двумя стихиями, питающимися именно этой самой тьмой. Довольно быстро объёмы поступающей силы начали падать, позволяя мне уменьшить шары в размерах и, наконец, разъединить их. Тьма в последний раз мигнула и исчезла, позволив мне, наконец-то, прекратить высасывать энергию из окружающего пространства. Спустя несколько минут я загасил шары, застыв в центре подводной пещеры из пористого вещества. Вода в подземной реке очистилась.
Меня погрузило во тьму, но я тут же создал огненный шар правильной структуры. Он не нагревался, не требовал затрат ресурсов, не взаимодействовал с окружением. Просто светил, позволяя мне насладиться сокрушительным поражением. Именно поражением, несмотря на уверенное выполнение задания. Двигаясь к этой точке, я искренне надеялся на чёрный камень, желая восстановить себе часть памяти. Однако я не рассчитывал на битву с этим самым камнем. Устройство прекратило загрязнять воду, а на том месте, где когда-то лежал кусочек тьмы, появился прекрасный огромный бриллиант. Чистый, идеальный и не обладающей даже толикой чужеродной магии.
Тяжело описать состояние, в котором я находился. Самый ближайший терпим — разочарование. Я был недоволен тем, что вовремя не отключил обе стихии, позволив тьме выбраться из камня. Что она едва не испарила меня. Что я слишком много отдал на откуп везению, а не продуманности каждого действия. Что мне необходимо, в конце концов, полноценное обучение, а не эта безумная погоня. Схватив кристалл, я с силой его сжал, обрушивая на неповинный камень все свои переживания и обманутые надежды. Неожиданно лишившийся энергии силовой кристалл треснул, как обычное стекло, впиваясь мне в ладонь сотней осколков. Перед глазами мелькнули разноцветные круги и на какое-то время я выключился из реального мира.
***
— Сегодня мы с вами начнём изучение того, без чего не может существовать ни один маг. Защита. Прежде чем думать о том, как уничтожить противника, маг должен подумать о собственной безопасности. Красивые геройские слова о том, что лучшая защита — это нападение, или что убитый противник не атакует — полная чушь! Атаковать вас могут все — даже те, кого вы превратили в пыль. Посмертные заклинания высших магов — достаточно страшная и неприятная вещь. И если заранее не побеспокоится о своей защите, то отправитесь вы на очередное перерождение, лишившись стратегического преимущества. Все открыли журналы и зарисовывайте линии. Это база, на основе которой мы будем строить всё остальное.
Я посмотрел на мешанину линий и сглотнул — мне никак не удавалось понять, с чего начать зарисовку. Построенная учителем структура была довольно сложной — она на порядок превосходила огненный шар, что мы недавно отрабатывали. Когда я оглянулся, в груди потеплело. Ошарашенным казался не только я, но и большая часть класса. Мало кто из нас обучался стереометрии — умению строить трёхмерные объекты. Наставники старательно закрывали этот пробел, но, прежде чем переходить к объёмным фигурам, приходилось изучать плоские. Новые знания, конечно, помогали, но не так, чтобы сходу разобраться в структуре созданной учителем защиты.
Только на то, чтобы перенести её в журнал, мне потребовалось несколько дней. Чтобы запомнить — ещё неделя. Уметь использовать… С этим возникли определённые сложности. Это произошло на следующий день после общего экзамена на запоминание — те, кто его не сдал, куда-то пропали.
— Как вы можете видеть, базовая защита состоит из двух плоскостей, — учитель вновь активировал проекцию. — Внутренняя обеспечивает термическую и магическую защиту, внешняя — физическую. Кто скажет, почему нельзя обойтись одним контуром?
— Инерция! — подал голос наш выскочка. — Если контур будет один, то импульс от любой стрелы пойдёт дальше, разрушая организм.
— Верно, — учитель довольно пощёлкал хвостом. — Как вы видите, внешний контур более разряжен. Ему нет необходимости отражать все опасности. Только те, что способны вызвать импульсы. Спиралевидные линии, скрепляющие два контура в единое целое, способны погасить практически любой удар. Чем плотнее и больше вы их сделаете, тем безболезненней для вас окажутся последствия попадания болта из арбалета. Но учтите важное — такая структура крайне нестабильна и легко разрушается сторонним вмешательством. Всегда нужно сохранять баланс между надёжностью и безопасностью. Нда… Судя по незамутнённым взглядам, большая часть из вас ничего не понимает из того, что я вещаю. Ишар-Мор, в круг!
С трудом сдерживая волнение, я вступил на арену — место тестирования всех наших способностей. За те три месяца, что мы обучались магии, двое из нас уже погибли внутри круга — созданные ими огненные шары взорвались, превратив несчастных в обугленных вальгов.
— Для того, чтобы выжить, вы должны успевать вешать на себя защиту за считанные мгновения. Вначале защищайте голову, затем научитесь закрывать всё тело. Ишар-Мор, у тебя десять секунд, чтобы создать структуру вокруг головы, запитать её энергией и противостоять моему удару. Время пошло!
Я растерялся — одно дело думать о том, что ты великий маг, другое — спустя три месяца после начала обучения за считанные секунды уметь создавать сложную структуру. Большую часть времени, что выделил мне учитель, я просто простоял, нервно водя хвостом из стороны в сторону. Мне не верилось, что учитель ударит меня. Такого просто не могло быть. Нас ведь…
Мелькнула стрела и меня обожгло жгучей болью. Учитель не замешкался ни на секунду — ему в классе не нужны ученики, не способные контролировать свои эмоции и не выполняющие приказы с первой попытки. Спустя тридцать два дня в одном из посёлков из яйца вылупился новый вальг, чтобы через одиннадцать лет рискнуть и пройти инициацию. Подростку не повезло — мировой эфир признал его негодным, а через мгновение в его теле появился я, всё ещё орущий от боли в голове. Так закончилось моё первое перерождение — я обучался на мага всего девяносто пять дней.
***
Мне не требовался журнал, чтобы перенести в него новые знания — структура защиты всплыла в памяти настолько плотно, что вряд ли оттуда когда-то выветрится. В чём-то она походила по своему принципу за дарованную тотемом способность «Дубовая кожа». На том уровне магической силы, что имелось у меня, нанести мне тяжёлое повреждения тяжело. Заметили, как грамотно мной была использована фраза «на том уровне сил»? Я не стал использовать фразу «с максимальным значением магической силы», так как сразу после возвращения из мира воспоминаний случилось ещё одна непредвиденная штука.
Бриллиант, что я раздавил, не исчез без следа. Вместо того, чтобы рассыпаться пылью, он каким-то образом преобразовался, впитавшись в моё тело. И теперь я ощущал в себе два источника — один классический, находящийся в районе солнечного сплетения, другой, новый, в районе живота. Сейчас он был пуст, но по тому, как отображался магическим зрением выходило, что бриллиант каким-то образом вошёл в моё тело. Кругом всё ещё витала дармовая энергия, так что мне не составило труда перехватить несколько линий и направить их в новый источник, желая его заполнить. И только после того, как мана начала впитываться в меня, распределяясь между старым и новым хранилищем, меня основательно проняло — поглощённый кристалл не увеличивал силу магии, он увеличивал запас маны. Причём на порядок! Отныне у меня имелось пятьсот пятьдесят стандартных единиц маны! Новый источник оказался многоразовым, пополняемым, а для того, чтобы им воспользоваться, мне даже делать ничего не приходилось — магия рассматривала его как неотъемлемую часть меня.
С этим определённо предстояло разобраться — Баркс неоднократно заявлял, что клеймо 50/50, дарованное мне тотемом, показывает максимально возможные значения. Не удержавшись, я стянул одежду и посмотрел на плечо — на нём красовалась изначальная татуировка. Вот только я прекрасно понимал — у меня есть нечто дополнительное, нечто такое, что не укладывается в общую канву мира и, что немаловажно, то, что возможно посчитать. Оценить. Измерить. Использовать в своих целях. Мне нужно срочно добраться до шамана. Но только после того, как разберусь с диверсантом.
Создать два шара из льда и пламени оказалось достаточно простым делом. На этот раз я не стал усердствовать — в воде практически не оставалось яда, что должен пополнять ману, так что приходилось тратить собственные запасы. Примерно половина нового источника ушло на то, чтобы пройти всего двадцать метров и выбраться на поверхность. Последние метры я и вовсе проплыл в ледяной воде, чтобы ненароком не нарушить работу подъёмного механизма. Вцепившись в цепь, я уверенно потащился наверх — присутствовала, конечно, вероятность того, что там поджидает неведомый враг, но меня, скорее всего, ждут либо у первой, либо у второй шахты. Если вообще ждут. Кому придёт мысль, что без водолазного костюма мне удалось проплыть два километра?
Но на всякий случай я внимательно следил за магическими источниками, прекрасно понимая, что против нас мог выступить лишённый маны инферно или даже ангел. Всё обошлось — меня никто не встречал и не караулил. Ловко спрыгнув с цепи на твёрдую поверхность, я испытал невероятное облегчение — задача выполнена, воспоминания получены, жизнь сохранена. Из минусов — в городе орудует диверсант. Нужно предупредить остальных.
— Вот ты где! Чего так долго? Мокрый какой-то…, — Хад встретил меня на главной площади. Кругом стояла какая-то суета — все бегали, что-то делали. — Ладно, потом расскажешь. Лег, у нас беда — Лиару похитили.
***
— Ученик, я хочу с тобой говорить. У тебя минута. Встань в круг.
— Да, учитель.
Мужчина недовольно поморщился — вызовы старого мага стали его утомлять. Однако он убедился, что рядом с ним никого нет, очертил область и встал в круг, приготовившись ко встрече со своим господином.