— Честно говоря, не знаю. Клан приобрёл этот дар ещё в самые первые годы своего существования, и за столько лет описаний не осталось. Хотя, по правде, я особо никогда это и не пытался выяснить. Возможно, это как-то связано с историей человечества. Один из моих учителей рассказывал, что люди не являются исконными жителями этой планеты. Что мы агрессоры, явившиеся сюда из другого, более технологичного мира. Когда отец узнал об этом, он приказал казнить еретика, а мне раз и навсегда выгнать из головы эту ересь.
Новость показалась мне интригующей. Если люди действительно не родились в этом мире, то гоблины являются самыми настоящим туземцами или, переводя на современный язык — древними жителями! Я сосредоточился и вывел перед глазами одну из картинок, запомненных в пещере с кристаллом. К горлу подступил комок — закорючки обрели смысл!
Однако до конца разобраться с тем, что же хотели донести до потомков древние гоблины, мне не удалось — в дверь настойчиво постучали. Я жестом указал Хаду спрятаться, а сам открыл гостю. Улыбка против воли наползла на лицо — на пороге нашей комнаты стояла горничная Ульмы Релойт. Вот только вместо ответной радости я заметил нескрываемое напряжение. Дама постоянно оглядывалась, словно боялась, что за ней гонятся, переминалась с ноги на ногу.
— Лег! Слава тотему, ты здесь! Собирайся скорее! У нас почти не осталось времени!
— Для чего? — не понял я, хотя нервозность женщины передалась мне мгновенно. Я даже не заметил, как в руках появился стреломёт.
— Они идут! — заторопилась горничная. — Нам удалось перехватить их сообщение. Тебя разыскивают по всему городу.
— Ты можешь толком объяснить, что случилось? — разозлился я. — О ком ты говоришь? Кто идёт?
— Те, кто организовал нападение на поезд. Они решили, что госпожа могла тебе передать…
Тело горничной отбросило на дверной косяк. Глаза широко раскрылись от ужаса и боли, но женщина не могла даже закричать — модифицированная стрела пробила шею. Оперенье снаряда представляло собой расширяющуюся пластину, поэтому стрела не пролетела насквозь, а потянула за собой несчастную. Я сделал шаг назад и тут в горничную прилетела вторая стрела. На этот раз точно в висок, оборвав страдания несчастной.
Пожалуй, я могу гордиться собой и своей реакцией. Вместо того, чтобы запаниковать, я схватил теперь уже мёртвую женщину за одежду и рванул на себя. Что-то неприятно хрустнуло, но главное было достигнуто — горничная рухнула к нам в комнату, позволив мне захлопнуть дверь. Невесть какая защита, но так хоть противник не будет знать, где мы находимся. Я сконцентрировался, определяя местоположения врагов и едва не опешил — соседняя комната представляла собой скопище источников силы. Когда мы заезжали, я заранее всё проверил — ничего похожего там не было.
— Хад, на пол! — крикнул я и продемонстрировал, что нужно делать. Новый участник клана подчинился беспрекословно. И в этот момент наша комната превратилась в самый настоящий кошмар — целая вереница стрел пронзила стену и устроили хаос, разбивая стекла, разрушая мебель и стены. Секунда на перезарядку и слаженный выстрел повторился, но на этот раз чуть ниже — одна из стрел пролетела от меня в считанных сантиметрах. Не уверен, что моя броня смогла бы её задержать.
Я осмотрелся, в тщетной попытке найти выход. Взгляд упал на погибшую, и я на автомате проверил её через призму силовых линий. Два камня, один вставлен в броню и замкнут сам на себя, второй на кулоне и насыщает пространство магическими линиями. То-то мне так нехорошо стало. Сграбастав кулон и став его владельцем, я не стал дожидаться следующего выстрела. Выбрав в соседнем помещении центральную точку, я впитал в себя весь камень из кулона и передал эту энергию противнику.
Рвануло так, что стены между двумя комнатами больше не стало — горничная носила не самый простой камень. Герметичная броня меня спасла — осколки бессильно её облизнули и полетели дальше, желая найти более податливую цель. Мельком взглянул на Хада — ему досталось крепко, но он шевелился, пытаясь выбраться из-под обломков. Этого достаточно, чтобы не отвлекаться. Я вскочил на ноги и, прыгая между большими кусками стены, влетел в комнату с противником.
Пятеро. Хотя несколько мгновений назад их было девять — от четверых осталось лишь память, да кровавые ошмётки по всей комнате. Один из противников зашевелился — он стоял сбоку. Я не церемонился — установив на стреломёте бронебойный снаряд, я выпустил его прямиком в голову врага. Какой бы крутой серебряная броня ни была, выдержать удар с одного метра она не смогла — в шлеме появилась аккуратная дырочка. Переведя оружие на следующее тело, я без угрызений совести нажал спусковую кнопку ещё раз — оставлять противнику жизнь я не собирался. Даже для того, чтобы допросить. Раз Пантеры перехватили какое-то сообщение, значит они точно знают, кто за этим стоит. Исполнители мне не нужны.
Яркую точку пересечений силовых линий я заметил, когда добивал последнего противника. Она медленно двигалась по коридору и, насколько мне хватило пространственного мышления, перемещалась с той стороны, откуда велась стрельба по горничной. Схватив один из стреломётов, что валялись на полу, я подскочил к Хаду. Откинув большую панель, я непроизвольно поморщился — обе ноги темнокожего оказались раздроблены. Энергии кругом было много, так что я перенаправил часть в Хада, надеясь, что организм сможет продержаться до прибытия лекаря.
— Стрелять сможешь? — глупо было спрашивать, как он себя чувствует. Крупные капли пота и расширившиеся зрачки говорили об этом красноречивей любых слов.
— Постараюсь, — хрипло ответил Хад и забрал трофейный стреломёт. Руки его заметно дрожали.
— Сюда сейчас одна тварь заявится, а провернуть ещё один фокус с взрывом у меня не получится. Я не чувствую свободных силовых камней. Придётся по старинке, стрелами. Так, он недалеко от двери. Готовимся.
Стрелять я смысла не видел — слишком далеко, слишком ненадёжно, слишком много препятствий. Приноровившись, я умудрился сопоставить оба поступающих в мозг изображения — силовых линий и реальности. Сразу разболелась голова, появилась странная кровавая дымка, но я не сдавался — по-другому сейчас нельзя. Я терпел и ждал первого шага противника и тот, наконец, не выдержал. Точка пересечения энергий сместилась и очутилась практически у самой двери. Хад дёрнул рукой и непроизвольно застонал от боли. Это, по всей видимости, заставило нашего врага действовать более решительно — он наклонился и гуськом забрался в комнату.
— Что произошло? — послышался приглушённый шёпот. — Откуда взрыв?
Ответа не последовало, что заставило владельца серебряной брони ещё больше продвинуться внутрь и пошевелить рукой ближайшее к нему тело. Я услышал грязную ругань — враг заметил аккуратную дырку в шлеме. Он вскочил на ноги, желая как можно скорее покинуть помещение, но тщетно. Он проиграл в тот самый момент, когда вошёл в комнату.
На то, чтобы на пару секунд заблокировать броню, мне потребовалось всего несколько крох витавшей вокруг энергии. Ещё с поезда я знал, где у серебряных доспехов слабое место и куда нужно вставлять клин, так что превратить противника в статую на несколько секунд труда не составило. Внутренний сканер показывал, что других сильных противников в округе нет, так что я особо не скрывался. Подскочив к неприятелю, я направил стреломёт в коленную чашечку и выстрелил. Раздавшийся крик смог пробить даже герметичную броню. Враг завалился на пол, но я не собирался давать ему отдышаться и восстановиться. Следующая стрела отправилась в полёт, и вторая коленная чашечка превратилась в кровавое месиво. Этого оказалось достаточно, чтобы противник затих — потерял сознание от болевого шока. Но даже это не стало для меня поводом проявить милосердие — следующий выстрел предназначался локтевому суставу. Вначале на правой, затем на левой руке.
Со шлемом пришлось повозиться — я не сразу понял принцип его крепления. Тем не менее спустя какое-то время противник предстал передо мной во всей красе — побелевшее от шока лицо темноволосого человека лет тридцати. Я понятия не имел, кто это такой и что ему от меня нужно, хотя не мог не отметить — по сравнению скажем, с Первым из опергруппы Эйро, этот выглядит каким-то мягкотелым. Лицо, конечно, не походило на пышную булочку, но было в облике врага что-то такое, что сразу говорило — это не любитель тренировочных полигонов. Когда мне удалось стянуть нагрудник, подозрения подтвердились — передо мной предстало достаточно субтильное тело.
Я нашёл куски постельного белья и крепко перетянул пленнику раны, после чего обмотал того, как куколку бабочки. Эта тварь должна прожить достаточно долго до того, как ответит на мои вопросы. Вернулся к Хаду и недовольно засопел — он потерял сознание. Пришлось вновь рвать простыню и обматывать юноше повреждённые ноги. Убедившись, что кровь перестала вытекать из моего друга, я позволил себе слабость усесться на какой-то обломок мебели и основательно подумать.
Что мне нужно? Прежде всего — лекарь. Хаду нужна срочная помощь. Судя по тому, что сюда никто до сих пор не явился, гости позаботились о том, чтобы нас не беспокоили. Значит, нужно спускаться самим. Моего пленника нужно допросить, но самостоятельно сделать этого я не мог. Не было ни опыта, ни желания. Нужны люди, но именно это был самый слабый момент моих рассуждений. Кому можно довериться? Эйро? Я своими глазами видел его в обществе Ландо Слика. У меня есть гарантии, что эти серебряные явились не от Гадюк? Никаких. Значит Вороны отпадают. У моего клана представительства в столице не было, так что оставался только один вариант — Ульма Релойт из клана Пантер. Тоже не самое разумное решение. Ведь кто даст гарантии, что произошедшее не её рук дело? Вдруг горничная ей чем-то не угодила? Хотя, признаю — это бред, а я на взводе. Пантеры действительно являются идеальным вариантом, но я понятия не имел, где они находятся и как к ним попасть.
— Что здесь произошло? Тотем великий, это что — кровь?!
За раздумьями я упустил момент появления ещё одного участника — один из консьержей гостиницы. Парнишке на вид было чуть больше лет, чем мне. Судя по тому, что кланового символа на груди не имелось, да и одет он был в простую униформу — наконец-то я встретил самого обычного человека, лишённого хоть каких-либо способностей.
— В гостинице есть лекарь? — спросил я. Не ожидавший увидеть в кровавом месиве живого человека консьерж вздрогнул и едва не убежал. Стоит отдать ему должное — сумел собраться и даже кивнуть головой.
— Тащи его сюда, срочно!
Юношу словно ветром сдуло, а у меня гора упала с плеч. Минус одна проблема. Оставив Хада, я подошёл к пленнику. Тот так и не пришёл в сознание. На всякий случай я сделал повязку на глаза и всунул в рот кляп — кто знает, какими способностями обладает этот человек. Когда явилась дородная женщина в белом халате, я был готов к переезду. Указав на Хада, я приказал: