— Так точно! Магии нет, скрытых предметов нет. Внутренности просканированы.
— Принимается. Ведите его в приёмную.
Я поморщился — процедура сканирования оказалась крайне неприятной. Да и вообще — утро сегодня не задалось с самого начала. Вначале меня подняли ни свет, ни заря. Затем отвели в другое помещение, потребовали раздеться, вымыли, постригли, обсмотрели. Я чувствовал себя как лошадь перед продажей. Мне даже бантики на волосы повязали! Пришлось их срывать и угрожать всеми страшными карами, если ко мне ещё кто-нибудь посмеет приблизиться с чем-то пёстрым или неприятным. Вроде как говорил на понятном всем языке, но через несколько минут гады вернулись и залили меня таким едрёным одеколоном, что я несколько минут прочихаться не мог! Даже глаза покраснели! Вот тогда-то я и оторвался по полной! Едва чих отпустил, как я схватил стул и принялся гонять им всех, кто попадался мне под руку. Слуг, каких-то вельмож, гвардейцев. Судя по ругани и крикам о помощи, кому-то досталось знатно. Меня скрутили как опасного преступника, набежала куча народа, но на душе было радостно — я предупреждал, что не допущу с собой такого обращения. Лишь после того, как явилась магистр Вирано и приказала вести себя подобающим образом, я успокоился и пояснил причину своего гнева. После этого ко мне никто с бантиками не подходил.
Зато явился лекарь и мне даже вспоминать не хочется, что он делал. Скажу лишь о том, что так меня ещё никогда не проверяли и, если я переживу сегодняшний день, никогда больше не проверят! Лишь после того, как мучители убедились, что у меня нет припасённого в разных интимных частях тела неразрешённых колюще-режущих предметов, они успокоились и мне соизволили объяснить, из-за чего я вообще перенёс все эти лишения.
Император Северной Империи Зардан-II лично явился в Академию Миракс и желает встретиться с тем, кто нашёл загадочный кристалл. Как по секрету сказала мне Вирано, это не просто силовой камень — это часть сложного и древнего артефакта, созданного в незапамятные времена. Всего существует семь частей и три из них были уже найдены. Теперь, получается, четыре. Признаться, я был благодарен куратору за такую информацию. Ибо теперь понимал степень уникальности кристалла и то, как много можно за него просить. Посмотрим, как сильно Империи нужна голова мифического Зверя, почему-то с большой буквы, словно это имя собственное.
В приёмной царил беспорядок. Секретаря куда-то выперли, гвардейцы стояли через каждый метр, внимательно наблюдая за каждой тенью, мебель переставлена, ковры убраны. Всё, что могло быть использовано как оружие, было удалено от греха подальше. Я усмехнулся — такую паранойю я уже встречал. В прошлом мире. Тот Император вообще разговаривал с другими существами через толстое стекло. Серьёзная проверка могла означать только одно — позиция Гадюк не является незыблемой. Иза чьей-то прихоти такие меры предосторожности не предпринимают. Значит, имеется повод и мне, как представителю достаточно враждебного клана, стоит этот вопрос основательно изучить.
Но даже это не казалось самым странным. Насколько я успел разобраться в местной иерархии, нашему повелителю достаточно было пожелать, чтобы к нему доставили и меня, и всех Ворон как вместе, так и поодиночке, и даже все возможные кристаллы нашего государства. Однако Император устраивает показательный выезд в Академию, являясь сюда, как какой-нибудь вельможа. Это нормально? Абсолютно нет! Значит, чем-то Чёрные Вороны ценны, раз им позволяют проявлять такое неуважение к короне. Эх… Как же мне не хватает хорошего образования и знаний о своём новом мире.
— Лег-ноль-тринадцать! — послышался торжественный голос, заставивший меня обратить внимание на придворного. Выхолощенный, вылизанный, сияющий чистотой, величием и презрением ко всему миру. Только по одному взгляду, которым он меня смерил, становилось понятно моё место в общей иерархии Империи. Где-то сразу за овцами приграничной деревушки.
В спину легонько подтолкнули, показывая, что мне пора двигаться. Я в третий раз в своей жизни вошёл в кабинет ректора и на этот раз испытал глубокое разочарование. Книг не было. Совсем. Как книжных шкафов и огромного круглого стола. Лишь невесть откуда взявшийся трон с восседающим монархом, да огромная толпа народа в таких пёстрых одеждах, что невольно разболелась голова. Как по мне — откровенно дурной вкус у высших вельмож. Прекрасно помня о ритуале, я преклонил колено и склонил голову. Никаких падений ниц или гроханья на оба колена. Медведи так не поступают.
— Приветствую тебя, Лег Ондо, сын Бурого Медведя, — послышался низкий бас и тут же раздался приглушенный шёпот придворных. Оказывается, не все знали, кто я такой. Продолжая стоять на одном колене, я поднял голову и посмотрел в глаза нашему Императору. Суровый седовласый старик неопределённого возраста, крепкий, мощный, умеющий и любящий повелевать. Особенно меня поразили его глаза — жёлтые, с зеленоватыми крапинками. Ни в этой, ни в прошлой жизни мне не доводились видеть столь удивительной расцветки. Казалось, взгляд проникал в самую душу, рассматривая её без лишней мишуры. Сколько так продолжалось, я не понял. Просто в какой-то момент осознал, что «поплыл» — вторая нога соскользнула и я предстал сразу на двух коленях перед своим повелителем. И что самое страшное — я не мог отвести взгляд! Никаких силовых линий, никакой магии — я просто не мог сопротивляться давящей на меня силе!
— Вот как нужно приветствовать Императора, — произнёс глава клана Гадюк. — Я разрешаю тебе подняться и приветствовать своего повелителя.
У меня в груди у всё заклокотало и требовало выброса. Стало даже заметно, как напряглись гвардейцы, стоящие подле трона, но всё, что я себе позволил, это несколько раз глубоко вдохнуть, успокаивая нервы. То, что совершил Император — грубое оскорбление представителя клана. По всем законам Империи клан Бурых Медведей имел полное право объявить войну Гадюками и нас даже кто-нибудь мог поддержать. Потому что такое не приветствуется и не прощается. Во всяком случае — не мной. Старик ответит за то, что совершил. Обязательно ответит, но потом. Когда я наберусь сил. Сейчас же мне оставалось лишь выпрямиться и, пусть у меня появилась возможность отвести взгляд, даже не думать об этом. Продолжая смотреть в жёлто-зелёные зрачки, я произнёс:
— Со всем присущим мне почтением я приветствую Ваше Императорское Величество. Мне преподали показательный урок. Я постараюсь запомнить его надолго.
В помещении образовалась гнетущая тишина. Император показал Медведю его место, но глупое животное поднялось и явно не поняло, как следует вести себя в приличном обществе. Я ожидал новой атаки и даже приготовился молиться тотему, чтобы тот даровал мне сил её пережить, но неожиданно Император улыбнулся:
— Ты достойный сын своего отца, Лег Ондо. Я раз, что род Бурых Медведей не зачах. Насколько я знаю, это принадлежит тебе?
Возникла пауза. Пока гвардейцы выносили подставку и укладывали на него футляр-негатор, это дало придворным время пошушукаться, обсуждая мой новый статус. Вроде как не враг, явно перерос корову приграничья, но до лошади из столицы ещё явно не дотягиваю. Гвардейцы открыли крышку, и придворные ахнули — комната озарилась приятным красным светом. Работа магистра Кальвара действовала безотказно — силовые линии кристалла оставались замкнуты сами в себя.
— Поведай нам всем, каким образом неинициированный юноша обнаружил такую ценность? То, что рассказал мне ректор, кажется удивительной и неправдоподобной сказкой. Хочу услышать её из первоисточника.
Признаться, я замешкался. С чего вдруг Императору повышать мой статус в глазах остальных? Только что прилюдно унизил, уронив на колени, а сейчас прилюдно показывает, что я являюсь достаточно успешным молодым человеком, сумевшим привлечь его внимание. Это не просто странно — это нелогично. Тем не мене мне пришлось вновь рассказывать о походе в канализацию. С каждым словом я ощущал, как меняются взгляды придворных. Дошло до того, что к концу рассказа на меня начали смотреть, как на человека. Пусть и из далёкой провинции, но всё же человека. Но останавливаться на этом я не стал. Стало понятно, что уйти с кристаллом мне не дадут, значит, нужно перехватывать инициативу. Прежде чем владелец трона вновь взял слово, я указал на футляр и заявил:
— От лица клана Бурого Медведя я прошу Императора принять дар: негатор и один из семи кристаллов Богуша. Великой Империи нужны великие дары.
Я даже голову склонил, показывая покорность. Правда, мне так было проще прятать довольную ухмылку — резко утихшая толпа придворных была лучшим показателем того, что я поступил правильно. Ещё бы — клан-изгой дарит Императору небывалый подарок. Как тот поступит? Да и разрешено ли такое вообще? Подарки, обычно, идут в другую сторону.
— Знаешь, а ведь я соглашусь его принять, — спустя долгое время произнёс Зардан-II. — Мне понятны причины поступков предков, но также я вижу и то, что происходит с Империей сейчас. Нам нужны сильные кланы. Я, Зардан-II, принимаю дар Лега Ондо и в качестве ответного жеста дарую клану Бурых Медведей право покупать изделия Паука и распоряжаться ими по своей воле! Пора прекращать никому ненужную изоляцию. Слово произнесено!
Вокруг Императора на мгновение образовалось тёмное облако, но тут же исчезло. Тотем оценил решение главы клана и признал его достойным. Но на этом аудиенция не заканчивалась. Император провозгласил, не сводя с меня взгляда:
— Кроме того, после того как ты пройдёшь инициацию, я желаю видеть тебя во дворце. У меня всегда найдётся задание для смелых и отважных имперцев!
— Я принимаю приглашение Вашего Императорского Величества. Но с одним условием — если тотем дарует мне право чувствовать магию, я явлюсь во дворец после окончания учёбы. Вряд ли необученный шестнадцатилетний юноша сможет принести Империи пользу.
Вновь тишина, но я к ней уже начал привыкать. У меня вообще сложилось довольно противоречивое мнение о тех, кто окружает Императора. Такое ощущение, что у них вообще нет своей воли и они лишь являются выразителем тех эмоций, что терзают владельца трона.
— Это разумное замечание, — после некоторой паузы отметил Император. — Подойди, Лег Ондо. Я хочу лично наградить тебя за проявленную стойкость и присущую Медведям гордость.
А вот это было неприятно. Я уже на собственной шкуре ощутил, что значит быть должным члену императорской семьи, поэтому пошёл вперёд не сразу. Но отказываться права я не имел — это оскорбление ещё сильнее, чем оказанное на меня давление. И наказание за такое только одно — смерть.
— Ближе, — Император явно наслаждался моими терзаниями. Указав жестом двум гвардейцам встать рядом, Зардан-II повернул кольцо на пальце и вокруг нас четверых образовалось странное поле. Я не смог удержаться и открыл рот от удивления — красотой поражал не только купол, но и гармония силовых линий, что его составляли. Это точно была не поделка Пауков — слишком тонкая работа. Только тот, кто действительно видит линии, мог создать нечто похожее.
— Я высоко ценю то, что ты сделал в довольно непростой ситуации. Спасти своих сокурсников лишь с помощью одного стреломёта, не имея при этом магического дара… Это дорогого стоит. В своё время я увидел в твоём отце силу и даровал ему жизнь. Сейчас я вижу ту же самую силу в тебе. Такие, как ты, Лег Ондо, должны служить на благо Империи, а не прозябать на её задворках. Мне известна непростая ситуация с деньгами в твоём роду, поэтому вот тебе моё слово — если тотем дарует тебе право на учёбу, оплата всех пяти лет будет осуществлена за счёт Империи.
— Мне не так много лет, Ваше Императорское Величество, но кое-что мне уже удалось уяснить. Любой дар, особенно такой огромный, имеет обратную сторону. Что вы потребуете от клана Бурого Медведя? Я не хочу отправлять своего отца в ещё большую кабалу, чем та, где он сидит сейчас.