Андрей демонстративно разворачивается, и уходит.
Хватаю сумку и бегу за ним вниз по лестнице, судорожно хватаясь за поручни, чтоб кубарем не покатится, и не свернуть шею.
- Стой!
Ноль реакции.
- АНДРЕЙ! Остановись!!!
Идет себе спокойно и даже не думает замедлять шаг.
- Крестовский! Что значит «пока пустует»? Где мать?
Я лишь удосужилась скользящего взгляда, и снова тишина.
Подхватываю первое, что попало под руку, и ваза с двойным стеклом летит в спину наглому мужику, но он не видит, зато отходит в сторону очень вовремя.
Емкость сталкивается с дальней стеной, и вдребезги разбивается.
- С ума сошла? – Снова эта бровь и спокойный голос.
Интересно, если бы она ему в голову попала, эта блядская волосатая дорожка так же уверенно двигалась?
- Я спрашиваю, где мать?
- Я спрашивал, кто тебя привез.
- Как для корыстного человека, который еще пару часов назад трахал свою бывшую, ты слишком любопытный.
- Тогда разговор окончен.
Покидаю дом, выскакиваю за ворота, а на улице уже немного сереет.
Нормально. Пройдусь, подумаю, пока дойду до ближайшей остановки, уже совсем светло будет.
Я оставила в комнате всё, что дарил или давал мне Андрей, соответственно и телефон и деньги остались на кровати. Значит, теперь только пешком.
Через час мои ноги горели огнем. Вроде и не ленивая, ходила много, но сейчас я чувствую такую усталость и опустошение, что едва могу удержаться на дрожащих конечностях.
Иду еще минут 40, пока лесопосадка не остается за спиной, а впереди мелькают уже не частные, а обычные многоэтажные дома.
Присаживаюсь на первую попавшуюся лавочку и зарываюсь пальцами в волосы.
Каких-то несколько дней, а боли куда больше, чем за предыдущие лет 10.
- Девушка, с Вами все в порядке? – Над головой слышится голос незнакомой женщины.
Устало приподнимаю голову вверх, смотрю на опрятную бабульку впереди и выдавливаю из себя улыбку.
- Да, спасибо… просто устала…
- Нужна какая-то помощь?
Отрицательно мотаю головой, и она неуверенно отступает, несколько раз обернувшись в мою сторону.
Ладно, отдохнула, пора и в путь.
Шаркаю кедами по битому асфальту, когда около моей левой ноги слышу резкое торможение.