— Тууивоасик!!! — Хлопнул я подошедшего, и толком не понимающего что происходит парня по плечу, и разворачивая его лицом ко всему обществу. — Бился сегодня вместе с нами!
Когда мы подкрадывались к врагу, двое из них встали на нашем пути. Тогда я увидел что его копье не знает промаха! А когда мы подбежали к кораблю, он сразил еще троих!
Все поощрительно загудели, а я мельком поймал внимательный и заинтересованный взгляд Догоситаака.
— …А когда чужаки пришли к нам, бряцая оружием, — продолжил я. — Тууивоасик встал в наш строй, готовый биться против них! Что говорит об этом Закон?
Ирокезы сообразившие куда я клоню, загудели еще одобрительнее, а в руках у поднявшегося Лга’нхи, вдруг, откуда ни возьмись, появились блеснувший в свете костра, начищенной бронзовой поверхностью, шлем, и панцирь под стать ему.
Достаточно было посмотреть на расширившиеся как блюдца глаза мальчишки, чтобы понять что ни о какой всаднической спеси, больше и речи быть не может. Судя по должности, на которую законопатили его покойного дядю, да и глянув на его оружие и доспехи, становилось ясно, что сам он происходит отнюдь не из самой богатой и сильной ветви своего рода.
…И можно, наверное, было бы сказать, что вручив ему Такое Оружие, мы покупаем его с потрохами. Но нет. Это было бы не верно. Скорее тут…
Оружие, доспехи — это часть воина. Может не главная, но очень важная часть. Проапгрейдив Тууивоасика на такой высоком уровне, мы словно бы немного изменили его сущность. А он, приняв наше оружие, согласился с этими изменениями. …Это трудно понять тому, кто никогда не брал в руки оружия. …И еще сложнее, не поняв, что стоит оружие в Этом веке.
Короче, мальчишка, получив новые цацки, куда входили также и наконечник с подтоком для копья, (длину древка надо подбирать индивидуально), а также кинжал и топорик, засиял от счастья так, что кажется даже затмил свет костра и вышедшей луны.
Так что, думаю, мои слова, что отныне он равен нам и освобождается от всех взятых ранее обязательств, (хватает принятия новых), он толком не услышал и не осознал.
Далее, раз уж пошла такая пьянка. Мы с Лга’нхи щедрой рукой одарили наших капитанов (по паре кусков шелка, кто скажет что не щедро?), и, разумеется, поднесли подарки гостям. В общем, вечер удался!
— Угу… такая игла и правда удобнее. — Согласился со мной Догоситаак рассматривая изогнутую иголку для зашивания ран, из запасного хирургического набора, что я подарил ему. — Ты сумел сделать ее очень тонкой!
— Так уж получилось, что на мне самом несколько раз зашивали раны… — Вежливо ответил я. Так что я способен оценить тонкость и остроту иглы.
— Воин, лекарь, оратор, еще и мастер… — Не то похвалил, не то заподозрил меня в чем-то нехорошем главный Лекарь Храма. — Так значит ты говоришь что все эти инструменты ты сделал сам?
— Сам. — Подтвердил я, и это была истинная правда.
— А кто тебя учил? …Всему этому?
— Ну-у-у… — Пробормотал я уже куда менее уверенно. — Там-сям… От одного понемногу, чуток у другого… Так вот и научился.
— И опять твои видения?! …Потому что я вижу что ты не настолько хороший лекарь, чтобы придумать все эти предметы. Потому что, — чтобы понять Что делать, надо посвятить свою жизнь одному лишь лекарству, и достичь в этом мастерства равного моему. …Но я вижу, что твои руки слишком грубы для тонкой работы.
— Разве я когда-нибудь скрывал, что Икаоитииоо посылает мне видения? — Чуть обиженно ответил я.
— Нет. — Согласился со мной Догоситаак. — Но вот эти котелки… В них ты кипятишь свои инструменты? — Я вижу что ты много пользуешься кипятком когда лечишь других?
— Ну… — Грязь это плохо! — Убежденно сказал я.
— Разве кипяток убирает грязь? — Деланно удивляясь спросил хитрый дедок. — Но может ты так хочешь убить тех маленьких червячков что заводятся в ранах? …Они столь малы, что человеческий глаз не способен их увидеть!
— Ты тоже знаешь про них? — От удивления я слегка обалдел, и потерял всяческую осторожность.
— О них учил нас Икаоитииоо! — Торжественно произнес Догоситаак. — Я узнал об этом от моего учителя, а тот от своего. И мы прилежно выполняли все заветы, хотя никогда не видели этих червячков и не слышали чтобы кто-то еще знал о них. Но ты знаешь!!! А значит, ты тот, кого Храм ждал долгие годы.
Странно, но что-то было такое в тоне Догоситаака, что не позволило мне почувствовать себя особо долгожданным. Скорее там было больше грусти и смирения с судьбой, чем радости.
…Ну, да. Эуотоосик ведь что-то говорил о пророчестве, и о том что придут люди которые заберут Амулет, и наступит конец аиотеекам… Может там и про Храм чего-то нехорошее было? Но, по любому, — это реально палево! Я, по всему видать, сильно подставился изображая из себя любимчика местного божка. Как бы сейчас по шеям не огрести — в профилактических, так сказать, целях.
— Э-э-э… — Едва не зардевшись от скромности, пробормотал я. — Признаться ты удивляешь меня о мудрейший. Вот уж не думаю я что именно меня ждал Храм. Я ведь всего лишь скромный мудрец, пришедший к вам в поисках Знаний!
— Это уже не важно. — Отмахнулся от меня Догоситаак. — Ты можешь и сам не знать о своем пути, но те кто долгие годы стояли на Верхней Ступени, ВИДЕЛИ.
Бр-р-р-р… Надо было слышать, как он сказал это «ВИДЕЛИ». Аж мурашки по телу побежали.
Я вообще не люблю этого дела. …В смысле, мистики!