«В твоём магазине слишком много пыли и пыльцы».
Я выглянула из-за прилавка, где вплетала одну из красивейших ракушек, что я нашла на пляже, в ожерелье, и улыбнулась вошедшей Миранде: «Больше некого спасать этим утром?»
«На самом деле, я только что с вызова по поводу боли в животе, первого за это утро. — Миранда поморщилась. — Её вырвало на мои ботинки. Ещё нет десяти часов, а я уже в запасном халате».
Я сморщила нос и отошла на безопасное расстояние.
«Я уже приняла душ, дурочка».
Я огляделась вокруг: «Где твой напарник?»
Миранда улыбнулась: «Отсыпается после похмелья в отделении. Снова поругался с подружкой и утопил свой гнев в бутылке водки. Излишне говорить, что все вопросы по поводу желудка нашей пациентки отражались на нём. Кажется, за все годы работы парамедиком я никогда не видела человека такого зелёного оттенка». — Она облокотилась о прилавок и повертела в руках одно из уже готовых ожерелий. — «Так как всё прошло с Джейд прошлой ночью?»
Я сосредоточила своё внимание на проекте: «Она предложила написать план тренировки для нас. По её словам, мы не дождёмся результатов, если продолжим каждый раз делать одни и те же упражнения».
«Итак, ты сделала первый шаг».
«Да, и она такая же высокомерная, как ты и думала. — Я посмотрела на Миранду и усмехнулась. — Ты не сможешь прожить мою жизнь вместе со мной».
«Чёрт! Марти будет так разочарована. Я сказала ей, что ты творишь чудеса. Теряешь хватку, маленький игрок. Было время, когда перед твоим обаянием никто не мог устоять. Одно радует, она крепкий орешек даже для тебя».
Я рассмеялась: «Да, малышка получила отставку, но она сможет повторить свою попытку в другой раз».
«Да ты просто Казанова в юбке! Ты не устаёшь от этого?»
Я покачала головой и продолжила плести: «Если бы я успокоилась, я не смогла бы развлекать тебя рассказами о моих подвигах».
Миранда потянула за свободный конец ожерелья, над которым я работала: «Я серьёзно. Ты никогда не задумывалась о том, чтобы с кем-то разделить свою жизнь, свои секреты?»
Я вздохнула и откинулась на стуле: «Это что один из тех разговоров? — Все мои подруги имели пару. И только я была исключением. — Иногда я задаюсь вопросом, действительно ли вы все хотите, чтобы я успокоилась и была счастлива, или же я просто представляю угрозу для вашего „мира женатиков“. Вас всех беспокоит, что, может быть, одна из вас может соблазниться тем образом жизни, который я веду».
«Это полная ерунда».
«Ты права, извини».
«Тебе тридцать восемь, и это резонный вопрос. — Миранда не смотрела на меня. Вместо этого она ковыряла ногтем кусок прозрачной пленки, наклеенной на стеклянную поверхность прилавка. — Почему ты так боишься обязательств? В чём дело?»
«Понятия не имею, — ответила я правдиво. — Я не зацикливаюсь на этом».
«Инстинкт самосохранения. Он удерживает нас от многих мыслей и поступков, не так ли?»
Я наклонила голову, рассматривая Миранду. «Ты говоришь, как психоаналитик».
Она постучала по прилавку большим пальцем и отклонилась назад, глядя на меня: «Потому что я хожу к психотерапевту. Я начала после того, как мы вернулись из отпуска. После тебя…» — она отвернулась, скрывая смущение, явно написанное у неё на лице.
Её откровение меня ошеломило. «Зачем?»
Миранда сложила руки и уставилась на что-то на стене.
«Я жутко замёрзла там. Я… не смогла сделать тебе искусственное дыхание… Просто забыла, как это делается. — Она судорожно вздохнула. — Когда мы достали тебя из воды, и я увидела твоё лицо, в моей голове была абсолютная пустота».
Я чувствовала себя отрешённо, словно Миранда говорила об одном из своих пациентов. Моё единственное воспоминание было, как я очнулась в больнице.
«Ну, ты была в шоке. Так что это в порядке вещей, верно?»
Глаза Миранды были полны слёз, когда она, наконец, посмотрела на меня.
«Ты моя лучшая подруга, почти сестра, и я не смогла спасти тебя. Какой-то незнакомец начал оказывать тебе первую помощь, а я не смогла. Несмотря на все годы обучения и опыта я была бесполезна».