Она фыркает, но отстраняться не спешит. А я не спешу убирать руки, которые ненароком скользнули чуть ниже, на поясницу.
— Я Демид Орлов.
— Знаю, — она чуть щурится, и всё же мягко отходит на шаг, — О тебе сегодня вся школа говорит.
— А ты?
— Оля. Оля Назарова, из твоей параллели.
Назарова, значит… «Сильный род, главная наследница. Открыты Стихия и Дух» — подсказывает память Демида, но я отмахиваюсь от этих мыслей.
— Да, точно. Не узнал сразу, так близко оказался…
Она снова фыркает, а я нагибаюсь за упавшими листками. Вижу несколько рисунков обнажённых мужских фигур. Статуи, кажется. Она быстро выхватывает их у меня из рук и начинает лихорадочно собирать оставшиеся. Я помогаю, стараясь не разглядывать оставшиеся эскизы.
— Классно рисуешь, — говорю девушке, протягивая пачку бумаги, — У тебя талант.
— Ага, спасибо.
Оля убирает выбившийся локон за ухо, и до меня докатывается волна слабой симпатии. Во мне просыпается желание. Проклятье! Она же низшая! Похоже, во мне говорят гормоны Демида…
— Пишешь пейзажи, или только эскизы людей? И статуй?
— Иногда. А почему спрашиваешь?
— Просто интересуюсь ради поддержания беседы. Не нравится — можешь идти дальше.
Она недовольно фыркает и, ничего не ответив, обходит меня. Молча провожаю её взглядом, акцентируя внимание, в основном, на той части тела, что ниже спины. У поворота Оля оборачивается и, взмахнув волосами, исчезает из поля зрения.
— Вот чертовка!
Учительница географии мягко журит меня за опоздание, но всё же разрешает сесть на место. Я окидываю взглядом аудиторию — тридцать человек, парней и девушек примерно поровну. Рыжие сучки Мирославские сидят вместе на одной из задних парт. Радищев и Михайлов сидят вместе, тоже на задней парте, через ряд от Лили и Лии. Новиков перед ними. Вся троица смотрит на меня волчьими взглядами, но я в ответ лишь незаметно от учительницы показываю им «фак». Пусть утрутся, наркуны гнилые!
Лицах парней мгновенно краснеют, а я чувствую исходящую от них ненависть. Ничего, низшие, мы с вами ещё поиграем…
Сажусь на последнюю парту среднего ряда, между этими… Змеиными отпрысками.
— Привет, Дёмыч, — здоровается парнишка рядом со мной — веснушчатый, вихрастый, с ярко-зелёными глазами. Федя Постовалов, простолюдин, местный гениальный математик.
— Привет Федь?
— Хотел насчёт вчерашнего…
— Давай на перемене, лады?
— Ага.
Мне и правда хочется немного выдохнуть. Тем более, что география кажется весьма полезным предметом — особенно в свете того, что убившие меня генералы и жёны — главы местных государств. Так что решаю использовать время с пользой и изучить геополитическое устройство Земли подробнее.
Разумеется, изучаю не заданную учительницей тему, а ищу интересующую меня информацию.
После быстрого экскурса, в котором помогает память Демида, становится понятно, как тут всё устроено.
Вместо одного правителя — несколько крупных Анклавов. Великорусский, Англо-Саксонский, Азиатский, Средиземноморский, Африканский, Австралийский, Американский, Индийский. В каждый Анклав входит разное количество кланов. Которые, в свою очередь, состоят из дворянских родов. Совет Анклавов называется «Большая восьмёрка», и её главная задача — не допустить распространения мерзости, прущей из разломов.
Это было интересно — в каждом Анклаве, кроме Австралийского и Африканского, имелся такой разлом, появившийся десять лет назад. Учитывая, что теми землями, на которых они появились, правили мои бывшие слуги — складывалась интересная картина…
Подозреваю, это как-то связано. Вероятно, генералы и жёны, чтобы прибыть сюда, пробили из нашего мира бреши. А закрыть, судя по всему, не смогли — вот теперь и стараются их сдерживать. Это была весьма стройная теория, но она порождала массу вопросов.