Новаторы: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

ИВАН БУРАКОВ

Ю. Кулышев

В районе Соколиной Горы есть улица Буракова, с именем которого связана незабываемая и героическая страница истории нашей Родины — первый коммунистический субботник. Это событие, по определению В. И. Ленина, «имеет большее историческое значение, чем любая победа Гинденбурга или Фоша и англичан в империалистической войне 1914–1918 годов». Владимир Ильич рассматривал субботники как ростки нового отношения к труду, как «фактическое начало коммунизма, как зарю коммунистического труда».

На улице, носящей имя Буракова, раскинулись корпуса паровозного депо станции Москва-Сортировочная Казанской железной дороги. На двери одной из комнат в здании депо висит дощечка со скромной надписью:

КОМНАТА-МУЗЕЙ ВЕЛИКОГО ПОЧИНА

В этом небольшом музее нам довелось встретиться со старым большевиком, бывшим машинистом депо Яковом Михайловичем Кондратьевым. Переходя от одного экспоната к другому, он рассказал об одном из славных событий в истории нашей Родины:

— Разве можно забыть 1919 год — один из самых трудных для молодой Советской республики? Страна со всех сторон была блокирована интервентами. Она испытывала острую нужду в металле и топливе, сырье и хлебе. Многие фабрики и заводы остановились. Железнодорожный транспорт разрушен.

Зима в ту пору выдалась суровая, снежная. На улицах лежали груды мусора. Трамваи не ходили, здания не отапливались. Бани не работали. Чтобы согреться и вскипятить воду, москвичи разбирали и жгли деревянные заборы, ветхие дома.

Рабочие получали по осьмушке (50 граммов) хлеба в день. Бывали дни, когда хлеба совсем не давали. Даже мороженый картофель считался лакомством. Спичек и керосина, мыла и соли, сахара и чая почти не было.

Не удивительно, что в таких условиях в Москве и по всей стране начал свирепствовать тиф. В то время по предложению коммунистов на станции Москва-Сортировочная был оборудован санпропускник, который оказал немалую помощь в борьбе с тифозными заболеваниями.

Да, тяжелое было время, — воскрешая в памяти давно минувшие события, говорит Яков Михайлович Кондратьев. — Бывало, посмотришь на карту — и жутко станет: кругом враги, только девять губерний находились в руках Советской власти.

Весной 1919 года империалистические государства организовали новый поход объединенных сил белогвардейцев и иностранных интервентов против Советской России. 4 марта хорошо вооруженная армия адмирала Колчака, именовавшего себя «верховным правителем» России, начала наступление по всему Восточному фронту. Колчаковским войскам на первых порах удалось далеко оттеснить части Красной Армии. В апреле бои велись в 85 километрах от Казани и Самары и в 100 километрах от Симбирска.

Одновременно на юге 100-тысячная армия генерала Деникина захватила Северный Кавказ, Донбасс и приближалась к Волге. На севере активизировали свои действия отряды англо-американских и французских интервентов и белогвардейская армия генерала Миллера. А на границах Прибалтики зашевелилась армия Юденича.

писал о тех днях поэт революции Владимир Маяковский.

Тяжело было на фронте. Но не легче и в тылу. И фронт, и тыл должны были отдавать все, чтобы отстоять Советскую республику.

…Апрель 1919 года. На станции Москва-Сортировочная Казанской железной дороги царили разруха и хаос. В депо, на подъездных путях стыли «больные» паровозы. Десятки вагонов ржавели и рассыхались.

Положение с железнодорожным транспортом было настолько тяжелым, что Советское правительство вынуждено было временно отменить пассажирское движение, с тем чтобы наладить регулярную доставку продовольствия и военных грузов.

3 апреля 1919 года председатель ячейки большевиков депо станции Москва-Сортировочная Иван Ефимович Бураков был внезапно вызван на чрезвычайное заседание пленума Московского Совета рабочих и красноармейских депутатов. Спокойный, выдержанный, неутомимый в работе, обладавший организаторским талантом и огромной силой воли, он был настоящим большевистским вожаком.

Трудную и суровую жизнь прошел этот человек. Сын крестьянина деревни Старая Тяга Можайского уезда Московской губернии Иван Бураков родился в январе 1888 года. Семья большая, жили впроголодь. Отец, Ефим Васильевич, не мог землею прокормить семью. Стал искать приработка на промыслах. Вначале он был чернорабочим, по 12 часов в сутки катал тяжелую тачку, потом слесарил. И в конце концов нашел свое место на Киевской железной дороге, проработав там 22 года.

Девятилетним мальчонкой пошел Иван в двухклассную приходскую школу в деревне Копцево. Учился успешно, грамота давалась ему легко. Любознательный и смышленый, Иван рано приобщился к ремеслу.

«Бывало, бежишь из школы, — вспоминал он впоследствии, — а у деда над кузницей синий дымок вьется — так тебя и тянет к нему, поглядеть, как это из ржавого железа выходит подкова либо, скажем, ухват. Самому страсть как хотелось сделать что-нибудь. Дедушка Никифор заметил, что тянет меня к железу, возьми и скажи: «Что, Ванюшка, видно, подуть охота? Ну подойди, подуй!» — и бросал мне веревку, черную от сажи и копоти. Потяну я за ту веревку, в горне как зашумит, как затрещит, скопом искры летят… Ну и стал я заходить каждый день, помогать деду. То клещи подержишь, то зубило подашь. Дед показал мне весь кузнечный инструмент, объяснил, как им пользоваться. Потом научил орудовать напильником и клещами, бить в такт ручником. Крепко я полюбил дедово ремесло. Помню, первая вещь, которую я сам отковал, был косарь. Лучину щепать. Принес его матери; она обрадовалась, похвалила: «В отца да в деда пошел!» С той поры сколько лет прошло, а как вспомню деда Никифора, всякий раз говорю ему от всей души спасибо… Мне думается, что иному политику не так желалось стать министром, как мне повелителем металла».

Проработав с год подручным у деда в кузнице, четырнадцатилетним мальчонкой отправился Иван в Москву — потянуло на большой, настоящий завод. В Москве поступил учеником в столярную мастерскую Молодцова, что в Марьиной роще, но пробыл там недолго. Не полюбил столярную работу. Когда исполнилось шестнадцать, был принят на завод несгораемых шкафов. После этого, переменив несколько предприятий, наконец устроился слесарем в депо станции Сортировочная Московско-Казанской железной дороги.

В 1905 году Иван Ефимович начинает революционную деятельность, участвует в забастовках, в нелегальных митингах, поддерживает связь с передовыми рабочими московских мастерских. От них он узнал о партии большевиков, о Владимире Ильиче Ленине. Познакомился с революционной литературой. Подпольная работа увлекла. Стал выполнять различные поручения: расклеивал листовки на заборах, в курилках, раскладывал их в инструментальных ящиках, собирал членские взносы и пожертвования на газету «Правду», в фонд помощи семьям бастующих. На похоронах Николая Эрнестовича Баумана принял первое «крещение»: рубцы от казацкой нагайки остались на всю жизнь.

В марте 1917 года вступил в большевистскую партию, а в апреле организовал ячейку РСДРП(б) в депо Москва-Сортировочная.

Нелегкое это было дело — организовать деповскую большевистскую ячейку. Враги пролетариата пугали народ большевиками, называя их изменниками родины, немецкими шпионами. В этих трудных условиях, связанных подчас с риском для жизни, Иван Бураков упорно агитировал деповцев за большевистскую партию, разъяснял ее цели. Рабочие соглашались, но стоило заговорить о вступлении в партию, как одни отвечали:

«Что ты, Иван, мы же темные, совсем неграмотные. Нам ли в партию вступать?»

«Погоди чуток, дай оглядеться», — говорили другие.

И Иван Бураков ждал, но не просто ждал, а терпеливо разъяснял.

Шло время, и как-то незаметно стал Бураков признанным вожаком и организатором деповских рабочих. Товарищи уважали и любили его, враги ненавидели и боялись. Теплые и задушевные беседы сделали свое дело.

Оформление новой партийной ячейки происходило в волнующей и торжественной обстановке. Прибывший на собрание представитель райкома зачитал и обсудил с собравшимися программу и устав партии.