— Милая моя, может, будешь чуть посдержаннее? Как только станет твоим, он уже не сможет никуда убежать, а если не станет твоим…
— Он может быть только моим!
Су Цинмэй перебила его, в ее словах звучала самоуверенность:
— Я не верю, что он способен отказаться от моего приглашения, но только если ты не будешь мне препятствовать, а эта песня действительно его собственная и оригинальная…
Чэнь Цзяньхао достал левой рукой телефон и сказал:
— Я использовал распознаватель песен. Нет никаких похожих или одинаковых композиций. Если желаешь полностью удостовериться, тогда сделай запрос в музыкальном хранилище.
«Распознаватель песен» являлся популярным в настоящий момент мобильным приложением. Требовалось лишь открыть его и записать отрывок песни, после чего приложение с высокой точностью определяло название песни.
Конечно, в плане профессионализма и авторитетности «Распознаватель песен» намного уступал «Музыкальному хранилищу Великого Китая».
Су Цинмэй самодовольно улыбнулась, отпустила руку Чэнь Цзяньхао и произнесла:
— В таком случае нет никаких проблем.
Привлекательность зрелой женщины и лукавство юной девицы — эти две различные особенности вместе позволяли ей обладать особой силой обаяния. Она напоминала демонессу, способную привести в смятение все живое.
Но Чэнь Цзяньхао держался на почтительном расстоянии:
— У тебя нет проблем, а у меня вот есть!
Он покинул барную стойку и направился в сторону закулисья.
Лу Чэнь все еще продолжал петь.
В большой комнате за сценой сестрица Хун и парень по фамилии Е молча обменивались растерянными взглядами. На их лицах одна за другой появлялись различные эмоции: потрясение, испуг, восхищение, зависть.
Большая комната не была звукоизолирована в отличие от маленьких комнат, поэтому вполне ясно слышались звуки песни.
Столько проработали в Красодневе, а оба человека не знали о таком уровне Лу Чэня?
Сестрица Хун и парень по фамилии Е, будучи местными исполнителями, презирали Лу Чэня, считая, что тот полагался не иначе, как только на свою внешность, тем самым зарабатывая себе на жизнь. По существу, он являлся официантом в баре, а потому его никогда не принимали за конкурента.
Однако сегодня вечером во время выступления Лу Чэня, который разогревал сцену, первая его песня «Парящий голубь» заставила людей по-другому на него посмотреть, а следующей своей оригинальной песней он изумил весь зал и снискал овации!
Это все еще был тот Лу Чэнь, которого все знали?
Оба человека не могли поверить, не смели и не желали в это верить!
— Он… Откуда он совершил плагиат?
Спустя мгновенье парень Е сказал себе под нос:
— Я уже слышал что-то похожее, а ему еще хватает наглости называть это оригинальным?
Сестрица Хун с трудом заставила себя засмеяться, внутри же она ощущала презрение к умственным способностям напарника.
Чтобы узнать, был ли это оригинал, люди в зале могли использовать свои телефоны и проверить это. Лу Чэнь считался бы совсем отбитым, если бы он просто так хвалился. Ведь это хвастовство легко могли раскрыть, и как тогда бы он продолжил работать в баре с такой-то репутацией?
Что действительно ее поразило, так это то, что за время исполнения двух песен голос Лу Чэня, оказывается, никто не регулировал!
Чем в музыкальной студии занимался толстяк?
В ту же минуту в музыкальной студии.