Рывком я оказалась на коленях мужчины. Мы целовались. Долго. Его губы хаотично мелкими поцелуями бродили по моему лицу, шее, ключицам. Тоска по моему телу отзывалась в нем в каждом вздохе, каждом прикосновении. Он хотел спуститься ниже, но я остановила его.
— Не надо, — тяжелое дыхание мужчины ошпарило мою шею, когда он прислонился лицом к ней
— Да, — он кивнул. Я хотела подняться, но мужчина удержал меня еще на некоторое время. Он будто бы не хотел отпускать меня из своих объятий. Позже, когда его руки перестали касаться моего тела, я поднялась и он сказал, — Я отвезу тебя домой.
Я резко почувствовала тоску по недавним объятиям. Я поняла, как сильно я скучала по его запаху, по его рукам и губам. Но остановиться в такой момент, я посчитала правильным решением.
Мы подъехали к дому, когда было уже темно. Свет в беседке в саду дома горел. Наверное, родители решили поужинать сегодня на улице. Я протянула руку Деймону и предложила ему поужинать с нами. Его губы едва коснулись тыльной стороны моей ладони.
— Почту за честь.
Стоило только нашей тени появиться возле беседки, как напряженный, угрожающе тихий голос моего отца раздался удивительно громко.
— Мелани Коэн, немедленно подойти к нам.
В беседке я застала своего отца, нервно перебирающего пальцами по столу, моего крестного Оливера и маму. Она стояла в углу беседки и наблюдала за движениями ветра. Когда мы с Деймоном подошли к ним, папа откинулся на спинку стула и одним движением руки попросил сесть, но мы остались стоять.
— Потрудитесь объяснить, почему веревки, что связывали одного из наших заключенных, оказались перерезанными?
— Я его отпустила.
Деймон сделал шаг вперед, но я притянула его назад. Едва слышно он прошипел:
— Что ты такое говоришь?
Но я не слушала его. Я разговаривала с отцом.
— Он рассказал мне о том, что он когда-то был в долгу у Гелана. Решил выплатить долг и помочь давнему знакомому.
— Значит, наш мальчик тоже был в сговоре с отцом. Теперь ты веришь в его невинность?
— Нет. — Отрезала я. Мой взгляд стал резким, а голос вот-вот готов был сорваться. — Я искренне ненавижу его и хочу поставить этих людей на место.
— Раз этот мужчина убежал, то он наверняка придет к Маккенам, как верная шавка. Будем ждать их реакции. Деймон, будь внимателен со сводками. Они могут написать заявление, а нам не нужен шум.
— Будет сделано, мистер Коэн.
— А теперь уйдите с глаз долой. Я все еще очень зол на вас.
Мы кивнули. Я посмотрела на крестного: мужчина неодобрительно мотнул головой. Мама же так и продолжила стоять о чем-то думая. Когда мы отошли от беседки, Деймон развернул меня к себе.
— Почему ты соврала? Это же я отпустил его.
— Он бы не простил такую выходку, Дей. — Я провела рукой по его щеке и тот постарался удержать мою руку. — Отец уволил бы тебя. А я не хочу потерять ещё и тебя.
— Мы связаны гораздо крепче с твоим отцом, чем ты думаешь. — Он улыбнулся. — Но в одном ты права: твой отец бы уволил меня, если бы узнал, что поддался его любимой дочке. — Он посмотрел на мою тонкую руку, большим пальцем поглаживая ладонь. — Что ты со мной делаешь…
Я вспомнила наш последний разговор перед тем, как расстаться на долгое время. Мы стояли посреди пустой комнаты. Буквально только подключили свет и Деймон ввернул лампочку. Он купил себе квартиру, и я гордилась бы им, если бы не знала, кто подарил ему целый багаж денег.
За день до этого я узнала, насколько сильно преданным Люциану Коэну оказался мой парень. Словно верный пес он приносил в своей пасти любую собранную им информацию, а моему отцу это льстило. В конечном итоге, папа попросил Деймона следить за мной в институте. И об этом я узнала.
Когда он вворачивал лампочку, я мечтала сбить эту чертову табуретку и услышать звук падающих костей на пол, но передумала. Он спустился, встал ко мне лицом и в тот же момент ощутил удар пощечины. След от удара холодил ветер, что дул сквозь открытые окна.
— Ты чего?
— Если бы хотел пресмыкаться моему отцу, мог бы сразу это сказать мне, а не пробираться к нему через наши отношения!
Я хотела уйти, но Деймон меня остановил.