Глава 16
Факелы, горящие на первом этаже замка, не давали лунному свету проникнуть внутрь. Точно в самый солнечный день, витражи сияли, а в замке слышались музыка и разговоры.
– Эбран, друг мой! – произнёс Жак, подойдя к Эбрану. – Как это ни прискорбно, но нам пора отправляться домой…
– Не смею вас задерживать. Позвольте мне вас проводить, – Эбран старался проявить хоть какое-то гостеприимство.
– Не стоит! Мы сами. Прощай.
Эбран отошёл к картине, висящей на стене. Она называлась "Тайная вечеря", её написал Тинторетто в 1592 году. Это полотно было создано для венецианской церкви Сан-Джорджо-Маджоре. Неизвестно, где находится оригинал, но принято полагать, что он до сих пор там. На холсте изображён Христос и люди, сидящие за выпивкой в небольшой таверне. Тинторетто изобразил всё так, что кажется, будто пространство вокруг Иисуса бесконечно.
Эбран не увлекался живописью, но он считал, что так стены его замка выглядят менее пусто. К тому же его притягивала идея коллекции.
– Друг мой! Что происходит? – Жак стоял посреди замкового коридора, скрестив руки на груди, позади него стояла его супруга.
– Простите? – Эбран не понимал, что так возмутило его знакомого.
– Врата замка заперты! А дворецкий сообщил мне, что ваша… Кон… Канструция?.. Не работает!
Эбран, ничего не ответив, направился в сторону врат.
– Господин Эбран! Что-то произошло с вратами! Конструкция открытия сломана! – Хабл спешил на встречу Эбрану, яростно махая руками.
– Тоже мне проблема. Используйте запасные…
– Не работает! Ни единая!
Эбран был поражён, и в его голову закрадывались сомнения. Как могли сломаться все механизмы выхода? Могла ли это быть случайность?
– Где стража? – Эбран расстегнул пуговицы на своих рукавах и быстро направился к вратам.
– Часть дежурит по замку, часть с внешней стороны, – Хабл, задыхаясь, шёл вслед за Эбраном.
– Ладно. Сопроводи гостей через тайный коридор, а я отыщу Марка…
Хабл развернулся и быстрым шагом направился в банкетный зал.
– Здравствуйте, господин Эбран! – послышался голос с правой стороны коридора.
– Марк, что происходит?
– Подойдите, пожалуйста, ко мне, – смотря в глаза Эбрана, Марк держал одну руку в другой.
Хабл вошёл в банкетный зал, но, к его удивлению, никого не обнаружил. Полная тишина. Лишь факелы потрескивали, а кустарники едва шелестели в саду, за открытыми дверьми.
– Друг мой! Здравствуй! – раздался голос за спиной Хабла. Это был Матвей. Он широко улыбался, медленно опускаясь по лестнице и идя в сторону дворецкого.
– Мистер Матвей? Я Хабл. Вы должно быть обознались… Скажите, куда подевались все гости? – переваливаясь с ноги на ногу, хрипел Хабл.
Ничего не ответив, Матвей лишь медленно подозвал Хабла к себе.
– Мистер Матвей, Вы в порядке?
– Отлично! – ещё шире улыбнувшись, произнёс Матвей.
Хабл медленно стал подходить к человеку в белом облегающем костюме. Что-то в Матвее ему казалось странным. Глаза. Несмотря на неестественно широкую улыбку, Матвей был вполне обычен, но подходя ближе, Хабл стал замечать, что глаза человека очень печальны. Таким взглядом может обладать либо носитель линз, либо окоченевший труп.
Когда Хабл был от Матвея на расстоянии вытянутой руки, последний схватил дворецкого за плечи и максимально широко открыл глаза.