Князь вошел в дом, вернулся с чайником, полным кипятка, и скоро стоял перед генералом со стаканом грога, возвратившим старому ветерану обычное бодрое и веселое настроение.
Громкое «ура!» раздалось со стороны обступивших двор хозяйственных пристроек, в ту же минуту с той стороны показался кронпринц Эрнст‑Август, спеша присоединиться к обществу вокруг стола.
В одной руке у него было кепи, в другой — платок, завязанный узелком.
— Отгадайте, что у меня здесь, господа? — спросил он, осторожно приподнимая кверху фуражку и платок. — Свежие яйца! Не прелесть ли это? — И он выложил добычу на стол. — Давайте их варить, или лучше сделать яичницу?
— Зачем столько излишней возни? — возразил Брандис, взяв одно яйцо, разбив о сабельную рукоятку и выпив. — Видно, что молодое поколение не привыкло к походной жизни.
Граф Ингельгейм последовал его примеру.
— Было бы весело самим состряпать яичницу! — настаивал кронпринц, прикрывая свою добычу обеими руками.
— К сожалению, у нас времени мало! — проворчал Брандис.
— Слышите! — воскликнул, вскакивая со своего места, Мединг.
— Пушечный выстрел! — сказал Ингельгейм, прикладывая руку к уху.
— Не может быть! — удивился генерал‑адъютант. — Откуда ему взяться? Главный штаб не ждет никакого нападения!
Повторилось несколько очень отдаленных глухих залпов.
— В самом деле, выстрелы! — крикнул Ведель.
— Не мешало бы сесть на лошадей! — воскликнул Брандис с просиявшим лицом, допивая остатки грога.
— Не разбудить ли Его Величество? — предложил Ведель.
— Прислали бы сказать, если бы было что‑нибудь серьезное, — заметил Даммерс. — Я пойду на чердак, оттуда видно далеко вокруг.
И он вошел в дом. За ним последовал князь Герман, а остальное общество в напряженном ожидании прислушивалось к залпам, доносившимся все яснее и яснее.
— С яичницей в самом деле много возни, — передумал кронпринц и, положив яйца в чайник, из которого Брандис взял лишь каплю воды для грога, поставил его на уголья. Затем принялся усердно их раздувать и озабоченно следить за начинавшимся процессом закипания.
Немного погодя вернулся Даммерс.
— На горизонте видны большие колонны, сквозь пыль сверкает оружие! — сообщил он. — Надо разбудить Его Величество!
Граф Ведель побежал в дом.
С равнины доносились сигналы; в разных местах лагеря раздавались звуки марша.
Георг V вышел из пастората.
Все подошли к нему.
— Ваше Величество, — обратился к королю Брандис, — я с радостью слышу старые, хорошо знакомые голоса пушек. Это молодит старое сердце!
Лицо короля светилось мужеством и решимостью.
Он пожал генералу руку.
— Я в первый раз слышу этот голос на серьезном поле, — ответил государь, — но, мой любезный генерал, и мое сердце бьется сильнее при его звуках. Теперь никакие колебания немыслимы, и с нами Бог!
И Георг сложил набожно руки и молча поднял голову к небу.
Почти невольно его примеру последовали все присутствующие.