Император позвал Пьетри.
— Клиндворт здесь? — спросил он.
— Здесь, государь.
— Прошу его прийти!
Клиндворт явился.
— Вы правы, — сказал император, — врач для спасения больной Австрии найден!
Клиндворт поклонился.
— Я знал, — сказал он, — что Ваше Величество со мной согласится!
— Постарайтесь вручить ему лечение больного и можете рассчитывать на полную мою поддержку!
Наполеон замолчал и задумался.
— И скажите императору, — сказал он погодя, — что я сделаю все от меня зависящее, чтобы оказать ему по возможности существенную помощь, но главное усилие для своего восстановления должна все‑таки сделать сама Австрия.
— Понимаю, государь.
— И дайте мне возможность быть au fait[91] Бейста.
Клиндворт поклонился.
— Итак, я могу уехать? — спросил он.
— Вы должны приняться за дело, — ответил император, — потому что ваша задача нелегка. До свидания! — И он приветливо поклонился ему.
Клиндворт исчез за портьерой.
— Карты все больше и больше перемешиваются, — сказал император, опускаясь в кресло, — и теперь вопрос только в том, кто крепче держит их в руках и зорче следит за игрой. Игра усложняется: открываются широкие перспективы для будущего. Если Австрия в самом деле сможет воскреснуть к новой жизни, Италия сдавлена с двух сторон, союз готов. Венгрия, Польша угрожают России…
Глаза его вспыхнули.
— Ну, — сказал он, тихо усмехаясь, — подождем, в выжидании вся моя сила. А теперь надо что‑нибудь сделать для Саксонии.
Император встал и позвал Пьетри.
— Ступайте к Друэну де Люису, — распорядился он, — и попросите его прибавить к инструкции для Бенедетти серьезно и решительно не допускать присоединения Саксонии к Пруссии.
— Слушаю, государь.
— И не знаете ли вы, где в настоящую минуту генерал Тюрр?
— Кажется, в итальянской армии, но я сию минуту уточню.
— Напишите ему… нет — пошлите к нему доверенное лицо и попросите от моего имени как можно скорее приехать сюда.
Пьетри поклонился.
— Через него, — сказал император вполголоса, как бы про себя, — у меня рука отчасти в Турине и отчасти в Пеште, — это может быть очень важно!
— Ваше Величество ничего больше не изволит приказать? — спросил Пьетри.
— Нет, благодарю, — сказал император, и секретарь ушел.
[91] В сущности, в самом деле (фр.).