– Аслан, ты заколебал со своей романтикой! Опять киндеры принёс! Хоть бы раз гиро купил! Как будто не на Кавказе живём, честное слово.
НА ЗЛОБУ ДНЯ
Новый год… Есть два типа людей, реагирующих на эту фразу. Первый тип бледнеет, хватается за кошелёк и лихорадочно соображает, куда бы спрятаться, чтобы его не отмечать. Таких, к сожалению, меньшинство. А вот вторая половина русского народа несказанно радуется, закупает ёлочные игрушки и окорочка на холодец, и неважно, что на дворе сентябрь. Новый год на носу, медлить нельзя!
Загодя, то есть где-то ближе к октябрю, хранительница очага и зарплаты мужа собирает экстренный внеплановый семейный совет, где обсуждается меню великого праздника.
– Приготовим ведро холодца, ванну оливье, тазик котлет и кастрюлю селёдки под шубой.
– Протестую, – говорит муж, – кастрюлю селёдки я не съем.
– Позовём Петровых на подмогу, ну не выбрасывать же продукты, – парирует жена.
И Петровы, и Сидоровы, и Ивановы – жертвы традиции. Отмечание Нового года можно сравнить с сектантским обрядом. Словно население кто-то зомбирует, и люди, как послушные рабы, идут на рынок, покупают мандарины, ящики мандаринов, камазы мандаринов, даже аллергики не отдают отчёта своим действиям и выбирают плоды покрупнее. Как говорится, где винцо, там и праздничек. Где мандарины, там и Новый год.
Лес рубят – щепки летят – это тоже про отмечание праздника в нашей стране. Если бы еловый лес умел говорить, он бы стонал и кричал: «Пошёл вон, пьяный мужик с топором! Себе ногу отруби, умник!» А дяденька-то запрограммирован, ему ёлку домой надо принести, да успеть её украсить, игрушек понавешать, гирлянд, да так, чтоб всего да побольше. А ёлка ни в чем не виноватая стоит до Старого нового года, от кота отбивается, да иголками колючими плачет – Петра Первого недобрым словом поминает.
И вот, наступает 31 декабря, долгожданный день, точнее, ночь. Салаты нарезаны, стол накрыт, шампанское охлаждено, включён телевизор, закуплены салюты и фейерверки. Приглашены гости. И тут троюродная бабушка деверя сестры золовки, прикрыв глаза, презрительно выдаёт: «А Куропаткины из 13-ой квартиры не отмечают. Зойку встретила сегодня, а она из магазина капусту на борщ несёт. Какие-то они странные, наркоманы, наверное». Повисает неловкая пауза. Шампанское перестает пениться в бокалах. Даже Ургант из новогоднего шоу, кажется, недоумённо округляет глаза. Как так – не отмечают? Варят борщ? Ещё скажите, что ёлка у них искусственная.
– Ёлки нет! – встревает свекровь из кухни. – У Димы аллергия на хвою.
Но сей печальный факт не должен испортить нам праздник. Хозяйке становится жаль Куропаткиных, и она приглашает их к своему столу. Наваливает гору оливье в тарелку, предлагает закусить холодцом, куриными отбивными, турецкой тюфтой, шашлыком, шаурмой, марокканским супом, харнисой, баботти, пахлавой, чанахи, варениками, лобби, а внучатая племянница сестры тёщи кузена из Нижнего Новгорода уже подставила поближе тарелочку с харчо.
– Ой, Господи! – восклицает вдруг хозяйка в фартуке с ягодками поверх нарядного платья, – забыла огурчики солёные поставить! Домочадцы обречённо вздыхают – вряд ли хоть один маринованный шедевр влезет в желудок между сырной фритаттой и фокаччо с розмарином.
Справедливость восстановлена, огурцы заняли почётное место на праздничном столе, все методично жуют и ждут речь президента, чтобы можно было, наконец, открыть шампанское под бой курантов. Дети бегут к ёлочке распаковывать подарки, которые накануне принёс папа, переодетый в Деда Мороза. Почему мама не переодевается в Снегурочку? Для многих это до сих пор остаётся загадкой. Но факт остаётся фактом. Дети получат свои мешочки с конфетами, радио-управляемые игрушки и кукол Барби. Бабушке подарят прихватки, маме – пылесос, а папе – дрель. Все делают вид, что это именно то, о чём они мечтали весь год, папа уже грустно прикидывает, что будет сверлить весь год этой злополучной дрелью, мама с ужасом оглядывает ковры – и вот их весь год пылесосить?! А трёхлетний Костя рад – у него теперь новое игрушечное пианино для детей от трёх лет мейд ин чайна! Даёшь год потрясной музыки!
В это же самое время в своих квартирах распаковывают абсолютно одинаковые подарки остальные сто сорок шесть миллионов человек – айфоны и айпады, ювелирные безделушки, путёвки на Мальдивы, подарочные сертификаты, удочки, радиоуправляемые вертолёты, тёплые носочки, шоколадные конфеты, сувенирные овечки, самодельные открытки… Список можно продолжать бесконечно. Тебе пятнадцать лет, ты самая популярная девочка в школе? Держи, вот тебе айфон. Не очень любишь двоюродную сестру, свёкра, тестя, племянника? Купи им овцу. Ту, которая символ года, разумеется. Вроде и намёк, но праздничный.
Как вы сами видите, Новый год в России любят и отмечают его с размахом, на который способно лишь столь сильное и процветающее государство с развитой инфраструктурой и обеспеченными гражданами. Негласный девиз России – как Новый год встретишь, так его и проведёшь, вот уже 2017 лет помогает народу справляться с монголо-татарским игом, вторжением Наполеона, мировыми войнами, всемирным потопом и экономическим кризисом. И попробуйте доказать обратное – закидаем оливье.
В 2007 году выпускники средних школ стали «испытателями» нововведения Министерства образования РФ – Единого госу-дарственного экзамена, предполагающего как тестовые задания, так и вопросы, требующие собственного развёрнутого ответа. Публику это несколько шокировало, но русский народ, и не такое видавший, решил – побалуются мужи государственные, пошутят над ребятами да вернут всё на свои места. Но не тут-то было.
«Чем дальше в лес, тем больше дров» – гласит известная русская пословица. С каждым годом задания Единого государствен-ного экзамена «усложнялись», как считали их составители, а на взгляд людей сведущих – становились всё более абсурдными. В 2012 году на экзамене по истории мне предлагалось выбрать продолжение названия известной скульптуры «Рабочий и…». В 2015 году у выпускников практически полностью отобрали шанс получить хоть какой-нибудь, пусть даже с троечками, аттестат. На входе в аудиторию стоят металлоискатели, за чистотой проведения экзамена следят в режиме онлайн. И тут возникает в принципе логичный вопрос: «Ну и что? Если ты хорошо учился в школе (а как показывает практика этого отнюдь недостаточно, большинству школьников приходится нанимать репетиторов, что стоит приличных денег), следовательно, подготовлен к экзамену, то какая разница, смотрит на тебя камера или нет. Тебе нужно лишь заполнить бланк ответов, используя знания, полученные за 11 лет. И ни камера, ни металлодетекторы, ни отряд ОМОНа тебе ничуть не помешают. А эти меры призваны отсеять нечестных шалопаев, которые привыкли списывать в школе, спишут на экзамене, а потом какими врачами, слесарями, юристами, дизайнерами – нужное подчеркнуть – они станут? Списывали, списываем и будем списывать – наш ответ. Невозможно запомнить всё. Невозможно предугадать, что попадётся на экзамене. Прибавьте сюда запугивание, которое начинают школьные учителя и заканчивают журналисты в СМИ – не сдашь, не спишешь, мать посадят, тебя посадят, пойдёшь в ПТУ, будешь жить в коммуналке с тремя детьми и свекровью. После такого хочется сдать треклятый ЕГЭ любыми способами.
В социальных сетях ежегодно в преддверии самого главного испытания выпускников начинается ажиотаж. Сотни сомнительных групп с манящими названиями «ЕГЭ-2017 на отлично» предлагают подписчикам готовые ответы на КИМы Единого госэкзамена прямо в личные сообщения за пару часов до экзамена. Мол, есть у нас осведомитель, но он осведомляется исключительно перед экзаменом. Несчастные запуганные дети дрожащей рукой подписываются на сообщество в надежде, что чудо всё-таки произойдёт, они получат свои 100 баллов и без экзаменов поступят в Сорбонну или Оксфорд, не иначе. Но чуда не происходит, и родители вынуждены искать вторую, а то и третью работу, чтобы оплатить высшее образование своего драгоценного чада.
Так зачем же нам ЕГЭ? Чтобы «выкачать» побольше денег из населения? Несправедливо, что рассчитанный на улучшение качества знаний, экзамен является лишь проверкой на хитрость – списывают и получают лучший балл, как правило, самые изворотливые, которые потом проходят на бюджет и отсеиваются после первой сессии. А реально достойный бюджетного места ребёнок либо учится на платном отделении, либо на заочном, совмещая работу и учёбу – а всё из-за пары баллов, которых не хватило до бюджета. Недосписал. Недоучил. Недобрал. Не поступил.
Популярная нынче шутка о том, что скоро, для того, чтобы сдать ЕГЭ надо будет убить дракона, уже не кажется мне такой смешной. Создаётся впечатление, что государство делает всё, чтобы талантливые и умные ребята остались «за бортом», уступив место хитрым и наглым товарищам, у которых «ума палата». Впрочем, не мне судить. Я успешно сдала ЕГЭ в своё время, чего и вам желаю.
Иногда я даже жалею, что я филолог. Дело не в том, что я всюду ищу ошибки и подозреваю всех в орфографических преступлениях, а в том, что ошибки ищут во мне: в моих комментариях в соцсетях, моей речи и прочем-прочем-прочем, где я могу отметиться как антизнаток языка. А ведь диплом филолоХа вовсе не показатель грамотности – если бы у меня его не было (а были все шансы лишить меня мечты детства раз и навсегда), то обращать внимания на чужие промахи я бы не перестала.
Так вот, к чему это я. Ситуация двоякая: вроде как все следят за чистотой речи и презрительно кривятся: «Кофе ваще-та мужского рода», но как только дело доходит до исправления собственных ошибок, как в дело идёт весомый аргумент: «Мы не на уроке русского языка».
На мой взгляд, знание правил орфографии и пунктуации куда больше пригодится в жизни, чем умение решать интегралы. А что по этому поводу думаете вы?