Девушки переоделись. Теперь они были в обтягивающих купальницах, подчеркивающих их юные подтянутые тела. Особенно Асгард засмотрелся на Аттею. Лебединая белая шея, упругая грудь, плоский живот, бедра с чуть выпирающими косточками, крепкие ноги...
Смотреть было на что. И Асгард смотрел, жадно, возбуждено, чувствуя, как внизу живота разрастается пожар.
Девушки взмыли вверх, под самый купол цирка, оказались на тоненькой ниточке, начали ходит по ней, прыгать и выполнять сложные номера. Не верилось глазам, что такое вообще можно повторить. Парень подумал, что в движениях девушек есть что-то от боевых техник — легкость движений, глубина проработки и какая-то внутренняя магия, которую не разгадать.
Аттея запрыгнула на плечи Лоуне, начала танцевать. Сердце Асгарда замерло. Он хотел закрыть глаза, потому что ему казалось, что вот еще мгновение и девушки сорвутся вниз. Но они не срывались и продолжали выступление.
Зрители, раздраженные после гадких выходок Лавея, затихли. Было слышно как тихо жужжат мухи и как напряженно дрожит стальная струна, по которой ходят акробатки. Взоры людей были обращены наверх.
Выступление завершилось умопомрачительным кувырком, который акробатки выполнили вдвоем. А потом, воспарив каким-то чудесным образом, явно используя магические приспособления, девушки пролетели по кругу купола и приземлились на аренду. Зал взорвался аплодисментами.
Асгард вздохнул. Он понимал, что это последний раз когда он наблюдает за Аттеей. Нужно уходить. Но так не хотелось. По совести нужно был бы встретиться с Аттеей, объясниться, прежде чем исчезнуть. Но Медведь был прав, тут Асгарду не безопасно. Вон, уже и солдаты вошли в город в его поисках. Нужно как можно скорее уходить. Даже сейчас он подвергает себя сильной опасности.
Было тошно на душе. Асгард смотрел на Аттею и не находил себе места.
— Ну, готов показать чему научился, огузок? — прошипел вдруг в самое ухо знакомый противный голос.
Это был Лавей.
Как он обнаружил его? Ведь Асгард спрятался так, что его никто не нашел бы — за старыми коробками, в которых хранился шатер цирка. Туда точно никто не должен был заглядывать до конца выступления.
Лавей словно выследил его.
— Что ты тут спрятался? — клоун схватил парня за ухо и больно дернул.
— Ай! — крикнул Асгард и попытался вырваться.
— Ах ты маленький червяк! Я тебя...
Лавей вновь дернул его за ухо. Казалось, еще один такой рывок и ухо останется в руках у клоуна.
— Отдай коготь! — зашипел Асгард, скривившись от боли.
Лавей рассмеялся.
— Что, свою железяку потерял?
Он достал из кармана нож, махнул им перед самым лицом парня.
Асгард в последний момент увернулся от лезвия, больно дернув ухо.
— А ну, не шали! — пригрозил клоун. — А не то раскрашу тебя!
И вновь махнул перед его лицо ножом.
— Что, теперь по другому заговорил? Уже не так охота обзываться и скалиться? Видишь как все меняется. Теперь кто смеется последним? Кто теперь таракан казарменный? Кто?
— Иди к демонам! — прошипел злобно Асгард.
Лавей дернул его, приставил нож к горлу.
— А ну, повтори!
Асгард стиснул зубы.
— То-то же! — довольно ухмыльнулся клоуну.
А потом вдруг переменился в лице, сунул нож парню в руки и рявкнул: