Избранные циклы романов о любви. Компиляция. Книги 1-11: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Где-то в литературе или в собственной интуиции Студент отыскал намек на то, что пластинка существует в истории не сама по себе, а является частью довольно обширного списка пропавших в Великую Отечественную могилевских ценностей. После этого он поставил Алину в известность о том, что осуществление их совместных мечтаний стремительно приближается и попросил Алину помочь ему отыскать Федора. Впрямую об этом не говорилось, но подразумевалось, что Алина использует для этого связи своего мужа. Совместными интеллектуальными усилиями любовников для Вадима была сфабрикована какая-то легенда. Я думаю, что он на раз раскусил бы ее и непременно насторожился больше, чем это произошло в действительности, если бы в процессе поисков не наткнулся на ФИО вашей покорной слуги, проживающей в той же квартире, где и искомый им Федор Кривцов. Это мистическое совпадение восовокупе с мужским климаксом выбило его из колеи и несколько ослабило способность мыслить логически. На какой-то момент времени ему на полном серьезе казалось, что вся эта история с пластинкой существует во времени и пространстве только для того, чтобы снова свести нас вместе. Считается, что испытываемые чувства поглощают и ослепляют людей молодых. Но, если учитывать нарастающую с годами вязкость мышления, склонность к пустому «рассуждательству» и образованию псевдологических взаимосвязей между предметами и явлениями, то следует признать, что с людьми немолодыми это случается не реже, а, пожалуй, и чаще. Просто это меньше заметно в практике жизни, так как люди немолодые не так склонны к ярким поступкам.

Отыскав Федора и встретившись с ним по просьбе Алины и из собственного любопытства, Вадим довольно рассеянно расспросил пьяницу о проданной им пластинке. Федор сначала вообще все отрицал, а потом, когда со слов Вадима понял, что его вещица оказалась в руках жены этого вполне респектабельного господина, сочинил (кстати, не выдав любовников и согласившись с тем, что пластинку у него покупала дама) в меру невнятный ответ: досталась, дескать, случайно, по пьяни, выменял на бутылку, а поскольку самому не надо, пошел продавать. Для очистки совести Вадим попросил Федора отыскать того, у кого он якобы выменял пластинку, и спросить, нет ли у того еще чего-нибудь в этом роде. Оставил свои координаты и ушел.

Вадим рассказал все Алине, Алине – Сереже, и все это вместе стоило жизни несчастному Федору.

Трудно сказать, насколько изощренными с самого начала были планы, родившиеся в голове Студента. Собирался ли он убить Федора или, наоборот, надеялся с ним договориться? Или хотел его просто запугать? Имел ли он в виду в случае чего подставить правоохранительным органам Вадима или даже Алину? Одно можно сказать наверняка: Студент очень торопился и нервничал, прекрасно понимая, что подобный шанс дается человеку только раз в жизни. Но в отличие от Алины, Вадима, меня и Федора он точно знал, что по следу пластинки могут двинуться куда более серьезные, чем он, люди. Настоящие сокровища никогда не исчезают, не оставив никаких следов. Всегда где-нибудь обязательно имеется пиратская карта с черепом и костями в углу листа и крестиком на месте клада. Еще со времен человека, забравшего у Фроси железный ящик, имелся такой след и такой крестик и среди питерских воров, бандитов и прочей шушеры. Известно было даже и то, что крестик стоит где-то в районе Лиговки.

И вот пока Студент искал Федора, другие люди, с намерениями весьма недоброжелательными, искали не только Федора, но и самого Студента.

Как сложился, а точнее не сложился, последний разговор Студента и Федора, мы теперь не узнаем никогда. Скорее всего, Студент все-таки не планировал убийство заранее, но подсознательно был готов к нему. Может быть, тут присутствовал аффект, может быть, наоборот – трезвый расчет (пьяница, оставшись в живых, наверняка разболтает обо всем). Понятно только одно: Студент ничего не узнал о сокровищах, так как и сам Федор ничего о них не знал. Но из полученных сведений опытный теоретик кладоискательства Студент сделал вывод: если сокровища и существуют, то они находятся в квартире, где жил Федор.

И здесь в игру опять вступает Алина.

Знала ли она с самого начала о том, что Федора убил ее любовник? Здесь – ключевой момент психологической интриги, но это же, как ни странно, ничего не меняет с точки зрения фактологии. Не знаю, как обойдется со всем этим следствие. Алина, естественно, утверждает, что ничего не знала. Сережа даже не сказал ей, что встречался с Кривцовым, продолжая настаивать на том, что ему нельзя показываться Федору на глаза, чтобы не насторожить последнего. Но при этом сообщил любовнице свое умозаключение относительно расположения сокровищ и призвал ее действовать. Действовать, означало – проникнуть в квартиру. И только потом, по словам Алины, она узнала, что Федор убит, и ужасное подозрение закралось в ее душу. Она кинулась к любовнику за объяснениями, а Сережа ни в чем не признался, но намекнул ей, что Федора зачем-то убил Вадим. Все это выглядит в достаточной степени шитым белыми нитками. Гораздо проще допустить, что Алина, хотя и испугалась содеянного любовником (подобный исход явно не оговаривался), но узнала об убийстве от Сережи и сразу после того, как оно было совершено. Ее невроз по поводу близких отношений с убийцей выглядел вполне подлинным с моей (то есть профессионала) точки зрения.

Итак, Алина знакомится со мной и начинает со мной «дружить». И неожиданно встречает в нашей квартире знакомого человека: Любочку, подругу Даши. Любочка работает инструктором в спортивном клубе, который посещает Алина. Сначала Алина собирается использовать Любочку в своих и Сережиных целях и интересах, но понимает, что та весьма себе на уме и отказывается от этого плана. Слишком опасно, ведь Любочка легко может сопоставить два и два и – обо всем догадаться. Однако, контакт уже установлен. Смышленая Любочка догадывается, что ее куда-то не пустили, и со временем со злорадным удовольствием доносит Алине о моем романе с ее мужем Вадимом.

– А разве не Любочка открыла дверь убийцам Зои? – спросила Любаша.

– А разве был роман? – спросила Светка.

Проигнорировав оба вопроса, я продолжила свой рассказ.

– Тем временем бандит Алекс, идущий по следу наших сокровищ, тоже проводит свое расследование и тоже ищет «своих людей» в ближайшем окружении. В самой нашей квартире он их не находит (Браток уже давно и благополучно выскользнул из объятий этих структур), но зато… Теперь, после смерти Федора Алекс рассматривает всего два варианта. Первый – сокровища уже у Студента. Задача: найти Студента и отобрать у него все ценности. Второй – Студенту не удалось ничего выяснить у Федора, потому что последний сам ничего не знал. Задача: попасть в квартиру, обыскать ее и забрать сокровища. Чтобы ее выполнить, необходимо хорошо знать привычки насельников квартиры и точно уловить момент, когда в квартире никого не будет. Идеальным человеком для отработки обоих пунктов оказалась наша соседка Ксения.

– Ксения?! – ахнула Ирка. – Но у нее же ребеночек!

– Если бы наличие детей гарантировало человека от совершения противоправных поступков, в милиции никого бы не осталось, кроме инспекторов по делам несовершеннолетних, – вздохнула Ленка. В процессе моего рассказа она перестала смотреть в окно и развернулась к нам лицом. Свинка на ее коленях от интенсивного поглаживания впала в транс и теперь лежала на боку, закатив глаза.

– Муж Ксении, механик автобазы, в течении многих лет имел какие-то криминальные приработки от группировки Алекса. Перекрашивал краденые машины, перебивал номера – я не знаю, что там еще делают по этому поводу. Деньги он зарабатывал очень неплохие, но пил и много тратил на женщин. Его брак с Ксенией и раньше трудно было назвать счастливым. Но когда родился не совсем здоровый ребенок, и Ксения занялась им, ее муж вообще перестал себя сдерживать. Ксения не знала, куда податься и кому жаловаться (она приезжая и живет на его площади, кажется, их брак даже не зарегистрирован). От переживаний у нее обострилась хроническая болезнь сердца. «На хрена мне больная баба с больным ребенком!» – высказался любящий муж.

В этот момент на горизонте разваливающегося семейства появился Алекс. Он обещал механику, механик обещал Ксении. Если она согласится поставлять по данному ей телефону сведения о жизни и так хорошо известной ей квартиры, то – любовь и верность мужа и отдельная квартира в перспективе. Как она могла поверить в такое – не спрашивайте. Отчаявшиеся женщины, всем известно, хватаются за соломинку. Тем более, что по твердому наущению Алекса, муж начал проявлять внимание сразу же после того, как Ксения дала согласие следить за тем, что у нас происходит. Здесь надо отметить то обстоятельство, о котором я сама долго не могла догадаться: окна собственной комнаты Ксении выходят на Лиговский проспект и из своего окна она хорошо видела всех тех, кто выходил из подъезда…

– Так, значит, квартиру действительно открывали отмычкой? – поинтересовалась Любаша.

– А как же Семен? – спросила Светка. – Откуда она могла знать, что он тоже ушел?

– Семену просто повезло, – объяснила я. – Он остался в живых случайно. Его в расчет не брали. Что взять с одинокого пьяницы-инвалида? Стукнули бы головой об стенку – и все.

– А насчет Любочки как же? – снова влезла Светка. – Зачем она потом пришла о ней докладывать?

– При обыске убийца никаких сокровищ не нашел. Включился следующий виток плана. Ксении велели втереться в доверие к Дашке или к кому-нибудь другому из жильцов квартиры. Что она и проделала довольно успешно. Действительно ли в тот день она видела забегавшую в квартиру Любочку или все это ее импровизация (посеять недоверие между Дашкой и ее ближайшей подругой) – бог весть. Если честно, я даже не хочу об этом думать.

– Но как же она могла? Уже после того, как узнала, что Зою убили… – не унималась Ирка.

– Я не знаю, Ира, – честно ответила я. – Для меня это самое темное пятно во всей истории. Остальные, даже бандиты, все-таки действовали в рамках предписанного. А то, что вот такая, самая обычная женщина… чтобы вернуть внимание своего никчемного самца… может пойти на…

Кроме всего прочего, Ксения вместе с Дашкой сидела у постели умирающей Фроси и поняла, и доложила, что все стрелки квартирной загадки (о ее сути Ксения, конечно, ничего не знала) Фрося хотела, но не успела перевести на меня. Удачно, что, кроме меня, никто ничего не знал о Полине. Ксения пыталась выспросить о ней у Дашки, но та во время последнего визита старухи была на работе, и ничего не смогла ей рассказать.

В новогоднюю ночь пластинка оказалась у меня. Сережа отдал ее Алине. Теперь ему уже не надо было ничего изображать, он действительно чувствовал, что по его следу кто-то идет и смертельно боялся. Его страх передался Алине и еще умножился через ее уже развившийся невроз. Пластинка в прямом смысле жгла ей руки. Руководствуясь какими-то полумагическими соображениями, она решила отдать ее мне, то есть фактически вернуть на то место, где она была изначально… А может быть, магией тут и не пахло, и парочка просто избавлялась от улик, намереваясь подставить меня заодно с Вадимом.

Тем временем Ленка помогла мне составить приемлемую историю событий, в которой был только один серьезный провал – мы не знали, с чего все началось. Сама по себе пластинка ничего не объясняла, это мы уже четко понимали.

В нашей с Ленкой версии главным злодеем выходил Студент. Ленка полагала, что руководил операцией Вадим, а я, к тому времени сойдясь с ним достаточно близко, в том сомневалась.

– Как близко? – спросила Светка. – Совсем?

– Мне было удобно думать, что все злодейства – дело рук Сережи и Алины. Ленка тоже говорила, что Сережа после двух убийств крайне опасен и его следует остановить. Ну, я и решила это сделать, по минимуму напрягая окружающих и попутно собрав достаточно доказательств.