Избранные циклы романов о любви. Компиляция. Книги 1-11: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Разумеется. Как-никак два убийства. Если дать им непротиворечивую качественную версию, менты вцепятся в нее как хорошие бультерьеры, включат свою машину, всех допросят, проверят алиби, может быть, даже нароют еще улик…

– Хорошо, Ленка, – согласилась я. – Я буду ждать, пока ты свяжешь концы. У меня, как на грех, мозги в криминальном направлении не работают.

– Большая удача для наших правоохранительных органов, – усмехнулась Ленка. – И вот еще что: скажи пока соседям, чтобы к телефону тебя не звали, и… ты на работе больничный взять не можешь?

– Ленка, а тебя не заносит? – поинтересовалась я. – Неужели ты думаешь…

– Я думаю, – подтвердила Ленка. – И прошу мне пока не мешать. А тебе я все сказала. Но когда будешь решать, заносит меня или нет, помни: из нас двоих ментом была именно я…

Для своих медитативных упражнений Ленка выбрала, кажется, Хлопси. А может быть, Топси или Мопси. Во всяком случае, сидящая у подруги на коленях свинка совершенно не возражала против мерных поглаживаний и не пыталась убежать.

Я налила кофе в большую кружку, положив туда две полные ложки порошка и три полные ложки сахара. Размешала и поднесла Ленке. Подруга благодарно кивнула и поднесла кружку к губам свободной рукой. С дурацкой бело-рыжей свиньей на коленях и с дешевой кружкой дешевого кофе в руках Ленка выглядела так, как будто бы отправляла чайную церемонию в императорском дворце у подножия Фудзиямы. Тридцать лет не могу понять: как ей это удается?

– Знаешь, выводы у меня получились довольно печальные, – вздохнула Ленка.

– Ну, в сложившихся обстоятельствах ничего веселого ожидать не приходилось, – я пожала плечами.

– Нет только одного звена – того, из-за чего весь сыр-бор и разгорелся, но его уж пусть милиция ищет.

– Давай, излагай, – поторопила я. Вообще-то, не в Ленкиных привычках ходить вокруг да около – в этом мы с ней схожи. Что же она там напридумывала? Вместе с понятным интересом я испытывала и вполне понятную тревогу.

– Видишь ли, подруга, – Ленка отчего-то участливо улыбалась и смотрела на меня так, как обыкновенно смотрят на людей тяжело больных. – На самом деле можно было и с самого начала все разгадать…

– Ну да, конечно, – согласилась я. – Если бы кто-нибудь из нас был комиссаром Мэгре или, на худой конец, Шерлоком Холмсом. Тебе, как менту со стажем, кстати, не кажется, что мозги нормальной женщины просто не приспособлены для разгадывания убийств и прочих тяжких преступлений против личности? Дело даже не в устройстве мозгов, а в том, что все это сразу вступает в тяжелый подсознательный конфликт с ее, женщины природным предназначением и просто вытесняется?

– Я никогда не думала об этом в таком ключе, – сказала Ленка. – Но, кажется, это довольно глубокая мысль. Если вспомнить мой опыт, то действительно – самые эффективные расследователи – все-таки мужчины. Если, конечно, не считать прочитанные мною детективы из твоих шкафов.

– Не считай, – сказала я. – Лучше рассказывай.

– Понимаю. Мы тянем время. Итак. С самого начала нам казалось, что в деле есть как минимум три стороны. Двумя: Федор с его пластинкой и Алина с Сережей – все известные нам факты никак не объяснялись. Но задумайся: кто поставлял нам эти факты, кто их организовывал?… Причем третья сторона в деле действительно есть. И эта сторона – ты, Анджа.

Давай рассмотрим все с самого начала. Несчастный Федор каким-то образом получает на руки известную тебе вещь. Способ, очевидно, сомнительный, потому что пьяница ничего и никому об этом эпизоде своей жизни не рассказывает. Если бы он просто нашел ее на улице, то не удержался и непременно поделился бы с кем-нибудь нежданно привалившей удачей. Не с женой (может отобрать!), так с приятелем-собутыльником или с соседом-инвалидом. Сама пластинка ему, понятное дело, без надобности и он несет ее продавать. Там сразу же натыкается на историка-спекулянта Сережу, мечтающего о быстром обогащении. Сережа покупает у него пластинку, потом с помощью специальной литературы или каких-то консультаций выясняет ее происхождение (нам бы тоже надо было это сделать – тогда мы поймем, откуда у всего этого ноги растут) и почему-то сразу бросается искать Федора. Возможно, и даже наверняка – к пластинке в историческом контексте должно было прилагаться что-то еще, и Сережа вознамерился это что-то найти и заполучить. Пьяница Федор вряд ли был в курсе – за что впоследствии и поплатился жизнью.

Сережа в отличии от Федора хвалится своей находкой – рассказывает о ней любовнице Алине. Молодые люди, естественно, начинают мечтать о будущем и одновременно вдвоем искать Федора. Сережа ищет его через рынок, одновременно (на будущее) заметая следы. Нанять пару качков, чтобы они последили на рынке и пробовали выяснить у завсегдатаев что-нибудь о Федоре – не представляет собой никакой сложности. Ты сама знаешь – после окончания перестройки фактически без работы осталось много сравнительно молодых людей, трудовые навыки которых весьма ограничены. Алина ищет Федора какими-то другими путями и, по-видимому, находит его именно она. Может быть, использует связи Вадима.

А дальше Сережа заманивает Федора в подвал, пытается что-то узнать у него, это ему не удается, и он вполне непрофессионально его убивает.

– Ленка, не сходится! – воскликнула я. – Вадим, а не Сережа встречался с Федором уже после рынка – ты забыла?

– Не забыла. Эту встречу могла подстроить Алина, не случайно она потом приезжала не на своей машине, а на мерседесе мужа, используя его в качестве приманки.

Сережа, естественно, рассказывает обо всем любовнице-сообщнице. Дальше начинается паника. Только в твоих детективах неподготовленные к тому люди могут убить человека и спокойно жить дальше. Обычный реальный человек, не спецназовец и не психопат, случайно или намеренно убив другого человека, переживает случившееся близко к известному роману господина Достоевского. Я это тысячу раз в ментуре видела. Когда Алина описывала тебе свое состояние – она говорила правду. Когда Сережа с истерикой отказался прийти в твою квартиру, это тоже была не пустая придурь – он боялся увидеть детей убитого им Федора или еще чего-нибудь в этом же духе.

Постепенно время все же берет свое. Истерика прекращается. Молодые люди просто не могут сидеть на месте и ничего не делать. Спокойно лечь на дно и ждать, когда утихнет волна – это тоже удел профессионалов. Убийца, возвращающийся на место преступления – такая же психологическая реальность, как и рефлексия Раскольникова. Алина выходит на тебя, попадает с твоей помощью в квартиру и выясняет много для себя полезного. На каком-то этапе молодые люди приходят к выводу, что что-то так нами и неопознанное должно храниться у вас в квартире. Алина устраивает Сереже встречу с тобой, на которой молодой человек аккуратно выясняет, не согласишься ли ты вступить в их клуб кладоискателей. Ответ категорически отрицательный.

Надо искать другие возможности. Дорогу подсказывает случай. В вашей же квартире Алина встречает Любочку, знакомого ей инструктора из фитнесс-клуба. Посвящает ее в часть истории. Трудно наверняка предположить, что именно Алина сказала, и что не сказала этой мелкой шлюшке. Но об открывающихся перспективах, несомненно, упомянула. Любочка придумывает какую-то легенду, поселяется у Дашки и делает слепок с ключей от входной двери.

– Но ведь экспертиза подтвердила, что дверь вскрывали отмычкой! – вспомнила я.

– Ерунда, – ответила Ленка. – Достаточно вставить в замочную скважину какую-нибудь железку и там несколько секунд поковыряться. Останутся царапины. Раньше о подобных отводящих глаза приемах знали только менты, да в воровской касте они передавались из рук в руки от учителя к ученику, а теперь прочтешь десяток детективов и все узнаешь. Профанация тайного знания… Потом Любочка изучает привычки и расписание жизни насельников квартиры, караулит момент, когда все уйдут (здесь ее из окна видит Ксения), сигналит Сереже, а сама уходит из квартиры. Когда обыск только начат, внезапно возвращается с работы Зоя. Похоже, у Студента уже вырабатывается привычка к убийствам – во всяком случае, по словам оперативников, обыск продолжался еще и после того, как Зоя умерла. Но если Сережа постепенно становится все более матерым преступником, нервы его любовницы не выдерживают напряжения. Алина не просто боится – она теряет всякий контроль над собой. По-видимому, пластинка все это время хранилась у нее (предусмотрительный Сережа не хотел иметь на руках улику против себя). Возможно, Алине, которая днем и ночью думает над ужасными событиями, пришло в голову, что теперь Сережа может убить и ее тоже. Может быть, он даже действительно запугивал ее чем-то (соучастием в убийстве, например). В порыве отчаяния Алина решает избавиться от пластинки, то есть вернуть ее приблизительно туда, откуда она и была взята. Этот полумагический поступок, по мысли Алины, может отвести опасность от нее самой. Отсюда ее рассуждения о потусторонних силах, о зле, которое заключено в пластинке.

Ленка замолчала и выжидательно глядела на меня. Наэлектризованная ее энергичными поглаживаниями шерсть Топси или Мопси стояла дыбом.

– Знаешь, Ленка, – медленно сказала я. – Все, что ты сказала, это действительно логично. Но чего-то здесь не хватает… Как-то трудно себе представить, что они сами…

– Ты права, – согласно кивнула Ленка.

– Что-то еще?