– Вот досада! – Воскликнул Тальвер, проснувшись. Уже было светло. – Интересно, какие приключения ждут меня сегодня?
И тут искатель тех самых упомянутых им приключений понял, что ему уже стало немного тоскливо в этой странной среде. То ли та старая боль, что давала знать о себе несколько лет, просыпалась вместе с каждым его пробуждением по утрам, то ли обстановка уже стала для мужчины достаточно неуютной за счёт чувства одиночества среди тех, кто не мог понять эту боль, то ли просто уже всё надоело.
Разумеется, все эти негативные ощущения не являлись поводом для того, чтобы падать духом. Тем более что видимых причин для беспокойств нет. Но может, именно отсутствие тех самых видимых причин и скрывало за собой некий подвох?
Конечно, Тальвер во всем этом отнюдь не желал разбираться. На его долю в непутевой жизни потасканного бродяги пришлось итак довольно много. Все трагедии, что ему пришлось пережить, в особенности же одну из них, не убили его, но и не принесли ему никакого счастья. Да, правда, в один момент Тальвер, словно воспрянув ото сна, подумал: «Что я тут вообще делаю? Разве я об этом мечтал, чтобы меня все лелеяли и ублажали; определенно не в этом смысл моего пребывания в сей столь бесконечной, столь одинокой, как и я сам, вселенной».
Примерно так рассуждал потерянный человек. Спустя недолгое количество времени Тальвер понял, что ему нужна Фетиль.
До этого ему додуматься было легко, однако сама мысль о нужде в противоположном поле казалась ему свидетельством о его ограниченности. Несмотря на то, что это полнейший бред, всё же у Тальвера были свои методы борьбы с той болью, о которой знали совсем немногие, и то тех людей он оставил на родной планете, покинув её в одночасье.
Кстати, о той самой прошлой жизни Тальвера на другом гигантском шарообразном, подобным Земле, космическом объекте. Не скоро, но и не особо медля Тальвер нашёл свою новую подругу, одиноко бродящую по расписным комнатам шикарного дома. Обрадованную появлением не менее радостного при виде прекрасной дочери народа землян своего господина, воодушевлённый присутствием рядом с собой восхитительной особы, Тальвер поцеловал чисто по-отцовски в лоб девицу и, взяв ту за правую руку, повлёк за собой, читая возлюбленной отрывок из того чудесного стихотворения, которое самому ему очень понравилось.
Созерцая восторженное лицо до боли милого ей господина своего, принцесса так и сияла от счастья. И хотя ей было весьма непонятно, почему этой ночью он оставил её одну, всё же она сразу, ещё тогда, убедила себя не зацикливаться по этому поводу, мало ли, как оно принято у богов? А быть избранницей небесного государя – одно это ей уже немало льстило.
Никуда не торопясь, Тальвер, не выпуская из своей крепкой, мужицкой ладони прелестную ручку Фетиль, отвёл ту на шикарный балкон, с которого он не так давно показывал новоиспеченным фанатам разные движения, благодаря чему получилась прямо-таки самая что ни на есть улетная дискотека, причем многотысячного формата. Приведя милое сердцу существо на сие одно из излюбленных мест в том роскошном «отеле», что земляне так гостеприимно предоставили неведанному богу, Тальвер предложил Фетиль посмотреть на свой город с того ракурса, сам находя его действительно красивым.
К слову говоря, по дороге двух влюбленных уже успели встретить несколько слуг вежливыми поклонами, на что и тот, и другая едва обратили внимание, поглощённые столь удивительной, сказочной привязанностью, уже имевшую место быть с совсем недавних пор, друг к другу.
Теперь же им никто не мешал находиться наедине, в стороне от всех посторонних лиц. Тальвер, глубоко вдохнув и громко выдохнув, стал рассказывать Фетиль о том, как он себя чувствовал в этом городе, и как вообще сюда попал. Ясно, что та ни слова не могла понять. Но Тальвера это не тревожило.
Ему лишь нужно изъясниться перед этой очаровательной девушкой, для того чтобы… а это он не знает. Быть может, ему стоит рассказать всю свою историю? Но Тальвер привык многое держать внутри себя, поэтому то, что можно раскрыть и шире, и пространнее, выходило из него в форме всего нескольких слов.
– Во всяком случае, я рад, что встретился с тобой. – Признался Тальвер и, указав на Фетиль ладонью, изобразил широкую улыбку на лице, дабы непонятные для красавицы слова дополнить актерской игрой для большей понятности.
– Фетиль рада, что встретила Его Величество Тальвига. – Вторила девушка на родном языке, изобразив то же, что и её собеседник.
– Тальвер. – Поправил, улыбнувшись, мужчина.
– Тальвер?
– Да.
– Господин Тальвиг! – Неожиданно появившийся сзади жрец, чувствуя себя более чем неловко, увидев своего царя с дамой, всё же дал о себе знать, итак уже неудачно попавшись на глаза. – Народ желает, чтобы вы говорили с ним!
Тальвер понял, о чём речь, стоило ему заметить толпу народа внизу, так скоро и неожиданно собравшегося около царского дома. Избранник небес поднял руку, дабы все умолкли.
– Мои дорогие, возлюбленные земляне! – Зычно провозгласил талантливый, владеющий отличной дикцией и красноречием мужчина. – Рад встретить вас на этой планете! Вы стали для меня второй семьёй, и это правда. Ни разу ещё никто так не принимал меня, вы же во мне души не чаете. И за это вам моя благодарность.
Он не знал, что сказать. Но слова сами полились из сердца, будто стоящий перед большим собранием человек заранее готовился к своей речи.
– Мы хотим танцы! – Воскликнула торжествующая толпа. – Танцы!
В это момент рядом стоящая Фетиль, уловив растерянный взгляд Тальвера, тотчас, повращав кистями рук, слегка подвигав плечами, пояснила, чего хотят оголтелые земляне.
– Давай, Фетиль, на этот раз ты заводишь публику. – Подмигнув, сказал Тальвер, указывая ладонью на неё. Та, широко раскрыв глаза и растянув шикарную, белоснежную улыбку до ушей, не могла поверить тому, что только что предложил ей её господин. Она сообразила, что тот ей даровал шанс стать звездой на сей придвигающийся неповторимый час её блеска.
– Диво моё, подожди секунду. – Попросил Тальвер, после чего через несколько секунд принёс свой усовершенствованный мультиплеер в виде утолщенного планшета со встроенной в него ультра-колонкой. – Всё, поехали! – Тальвер, включив музыку, дал добро начинать.
Фетиль оказалась непревзойдённой танцовщицей. Тальверу пришлось признать, что её выступление произвело, быть может, даже больше антуража, чем его. В своём светло-зелёном платье на самого Тальвера Фетиль высвободила впечатление о себе не хуже сказочной феи.
– Её Высочество Фетиль лучшая! – Провозгласил Тальвер по окончании непревзойдённого номера красавицы.
Аплодисменты тотчас дали о себе знать. Все остались в изысканном восторге от увиденного. Представление вызвало бурю эмоций и всплеск оваций. Тальвер пылал от счастья, что ему довелось встретить столь удивительную мадемуазель.
А что оказалось на уме публики, что они хранили в тайне от Тальвера долгое время, последнего шокировало. Неожиданно где-то в середине площади народ расступился; причиной же тому являлся эллипсис из седобородых мужчин в белых одеждах, которые раздвигали людей в разные стороны. Так же скоро к пустому кругу протянулась дорожка шириной в полтора метра. Виной тому опять-таки стали люди в белых одеяниях. В конце прохода показались несущие некое каменное сооружение высотой в три, а шириной почти в два метра, так что народу опять пришлось расходиться. Тальвер сообразил, что предстало его глазам.
Жертвенник, носимый на деревянных шестах, продвигался всё ближе и ближе к центру. И шествие несущих с двух сторон сие сооружение людей в набедренных повязках вызвало у всех бурю искреннего восторга. Внимание всех уже было приковано к картине, обозначающей начало религиозного обряда. У Тальвера отпала челюсть, и глаза чуть не выпали из орбит, подбородок же его невольно охватила легкая дрожь. Не верящий своим глазам Тальвер морально готовился разрывать на себе одежду и посыпать голову пеплом. Язык его в мгновение сковало, и охваченный ужасом от такой дикости человек уже не мог выговорить ни слова. Он лишь растерянно простонал от того, что ему приходилось видеть.