Галерея Боргезе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Бывает, что сделает человек блестящую карьеру, а известен станет благодаря занятию, которому посвящал досуг. Так и Шипионе, или Сципион Боргезе (1576–1633), хоть и был кардиналом, а вошел в историю как создатель небольшого, но богатого шедеврами художественного музея в Риме.

Шипионе появился на свет в семье Франческо Каффарелли и Ортензии Боргезе. У родителей не хватало денег на обучение сына, поэтому получить образование, то есть изучить в Римском университете философию и право ему помог дядя, кардинал Камилло Боргезе. А когда в 1605 тот был избран папой римским, получив имя Павел V, жизнь племянника резко изменилась. Его, уже ступившего на путь духовного служения, усыновил понтифик, и он получил титул кардинала. Практика так называемого непотизма (от латинского «nepos» — «племянник»), то есть присваивания папой римским титулов родственникам, была в те времена особенно распространена.

Кардинал Боргезе успешно продвигался по службе, стал секретарем папы и главой Римской курии. Помимо исполнения обязанностей, возложенных на него Святым престолом, Шипионе занялся одним из своих самых любимых дел — собиранием произведений искусства, благо у него для этого были большие возможности. Определенных предпочтений кардинал не имел: он приобретал античную скульптуру, которой тогда увлекалось большинство любителей прекрасного, полотна живших ранее художников и своих современников. Боргезе старался, чтобы картины в коллекции представляли разные периоды творчества полюбившихся ему мастеров, то есть он профессионально подходил к собирательству, что в ту пору было редкостью.

При этом Шипионе отличался по-настоящему тонким вкусом. Например, он одним из первых оценил гениальность итальянского художника Караваджо, живопись которого многие образованные современники не принимали. Когда из ватиканской церкви Сант-Анна «по приказу синьоров-кардиналов» была удалена картина Караваджо «Мадонна Палафреньери» («Мадонна со змеей»), она вскоре оказалась в собрании Боргезе: тот не мог упустить возможности заполучить шедевр. В итоге Галерея владеет шестью произведениями художника, таким количеством его работ не может похвастаться больше ни один музей.

Картины и скульптура попадали к Боргезе разными путями, некоторые были выполнены по его заказу. Например, Джованни Лоренцо Бернини, которому кардинал покровительствовал, изваял для него «Аполлона и Дафну», «Похищение Прозерпины», «Давида». Что-то Боргезе покупал, проявляя настойчивость, у других собирателей (так он приобрел у кардинала Паоло Эмилио Сфондрати несколько десятков картин, в том числе «Любовь небесную и Любовь земную» кисти Тициана). Два произведения Караваджо — «Юноша с корзиной фруктов» и «Больной Вакх» — принадлежали живописцу Джузеппе Чезари, кавалеру д'Арпино, в мастерской которого художник работал в молодые годы. Они были конфискованы у владельца папской финансовой службой, а по другой версии, подарены самим д'Арпино папе Павлу V, отдавшему полотна племяннику. Случались и авантюрные истории: картина Рафаэля «Снятие с креста», сто с лишним лет находившаяся в церкви Сан-Франческо в Перудже, при содействии монахов ночью была тайно вывезена и отправлена понтифику. Перуджийцы взамен получили копию произведения, а оригинал отошел Боргезе.

Коллекцию кардинала разместили на его вилле, возведенной на холме Пинчо на том участке земли, который приобрел еще дед Шипионе, Маркантонио Боргезе. Строительство вел архитектор Фламинио Понцио, а затем Джованни Вазанцио. Был разбит большой парк, его украшал Пьетро Бернини, которому помогал сын Джованни Лоренцо, будущий лучший ваятель своего времени: ему Шипионе Боргезе, увидев в молодом творце большой талант, впоследствии покровительствовал. Раскинувшаяся на тогдашней окраине Рима вилла была призвана служить счастливой жизни владельца на лоне природы в окружении произведений искусства.

Естественно, кардинал хотел, чтобы собранное им сохранилось и после его смерти. Он завещал брату Маркантонио II все свое движимое и недвижимое имущество, но, опасаясь, что коллекция будет раздроблена, поручил специальной юридической комиссии надзирать за ее целостностью. И следить уже было за чем: в конце XVII века Боргезе владели 800 картинами и самым богатым в Риме собранием античного искусства. А когда сын Маркантонио II Паоло женился на Олимпии Альдобрандини, чья семья славилась столь же блестящей художественной коллекцией, собрание пополнилось еще несколькими шедеврами.

Правда, после бракосочетания принца Камилло Боргезе с Паолиной Бонапарт, сестрой Наполеона, большое количество античных скульптур было продано настойчиво желавшему владеть ими императору и попало в Париж. Чтобы хоть отчасти восполнить образовавшийся пробел, Камилло купил в Париже сменившую нескольких владельцев работу Корреджо «Даная».

Тогда, в первой половине XIX столетия, собирание коллекции Боргезе в основном завершилось. Все это великолепие с некоторых пор размещалось в новых интерьерах: еще во второй половине XVIII века принц Маркантонио IV Колонна затеял переустройство виллы. Работу поручили архитекторам Антонио и Марио Аспруччи, которые оформили залы дворца в неоклассическом духе, украсили парк фонтанами и павильонами. Камилло Боргезе, докупив земли, расширил виллу. После его смерти она перешла к его брату Франческо, а тот не оставил прямых наследников. Кроме того, на дворе уже стоял XX век, время, когда собрания произведений искусства становились достоянием государства. Поэтому в 1901 после долгих тяжб с представителями знатного рода вилла была выкуплена, парк передан коммуне города Рима, а коллекция стала собственностью Италии.

Когда-то, еще при жизни основоположника Галереи, его тезка литератор Шипионе Франкуччи написал небольшую поэму, в которой назвал виллу Боргезе со всеми ее картинами и статуями «мировым театром, собранием чудес, прелестью для глаза человеческого». Таким и остается этот музей по сей день. Только сегодня он располагается не на окраине Рима, а почти в центре.

Искусство XV века

В творчестве Пинтуриккьо, художника умбрийской школы, яркость, красочность и даже декоративность живописи могли сочетаться с повышенным реализмом. Образцом этого служит данная работа мастера.

Смысловым центром картины является изможденное тело Христа, — вызывающее в памяти благодаря некоторому натурализму работы нидерландских и немецких мастеров. Слева стоит на коленях святой Иероним, который изображен отшельником, держащим в руке камень, чтобы, ударяя им себя в грудь, каяться и молить Бога о прощении. Он смотрит на Спасителя с печалью и надеждой, протянув в Его сторону руку и словно ведя с Ним молчаливый, но выразительный диалог. Позади святого виден вылеченный им и с тех пор следовавший за ним повсюду лев. Справа помещен Христофор, в его руке — пальмовая ветвь, символ мученичества и победы над смертью. На плечах у него — младенец, которого он переносит через реку. Не зная, кто это, святой обернулся к малышу, то есть Христу, и словно спрашивает, отчего Он так тяжел, а Тот, согласно преданию, отвечает, что Христофор несет на своих плечах весь мир.

Пинтуриккьо, как лучшие художники своего времени, умел в подробностях рассказать молящемуся о происходящем на картине и одновременно заворожить его тщательно выписанным изображением, окутанным кристально чистым воздухом, в котором сияют краски.

Особенности искусства кватроченто в полной мере проявились в живописи болонского художника Франческо Франчи, находившегося под влиянием флорентийцев. Его картины отличаются яркими красками, словно разреженным воздухом, который придает фигурам четкие очертания, замысловатыми линиями и интересом к деталям.

Святой Стефан изображен облаченным в дьяконский стихарь, его золотое шитье, как и все на картине, и в особенности тонкое, одухотворенное лицо, старательно выписано художником. В облике святого много изящного, даже светского, но в выражении его лица видна тень перенесенного страдания. По вискам на белый воротник стекает кровь, и оттого красный цвет одеяния становится символом мученичества. Напоминанием о казни служит и изображение разбросанных по полу террасы камней, которыми побили Стефана, но колонна символизирует его стойкость и присутствие рядом с ним Бога, а светлый пейзаж вдали вносит в работу умиротворяющее настроение.

Сицилийский художник, работавший в Венеции и продолжавший традицию ее искусства, Антонелло да Мессина обучался живописи в Нидерландах, объединив в своем творчестве черты венецианского и Северного Возрождения.

Темный фон картины, из которого выступает лицо изображенного, тонкий психологизм и стремление ни на йоту не отступать от жизненной правды при работе над образом человека — это особенности нидерландской портретной живописи. Художник запечатлел венецианского патриция с живым и умным лицом, хитроватого, он смотрит на зрителя с прищуром и усмешкой, таящейся в глазах и уголках рта. В то же время портрет несколько идеализирован, мужчина выглядит отрешенным от мирской суеты, внутренне приподнятым над ней, а в его облике читается величие. Все это было присуще живописи итальянского Ренессанса, когда, создавая портрет человека, творцы стремились поставить изображаемого на пьедестал, взглянуть на него глазами вечности.

Сочные цвета картины объясняются тем, что художник использовал технику масляной живописи, заимствованную у нидерландских мастеров.

Создается впечатление, что вся поэзия, которая была разлита в искусстве флорентийского Раннего Возрождения, сошлась в живописи Боттичелли и достигла в ней высшей точки.

На этой картине, написанной художником с помощью учеников, Мадонна нежно клонит голову к младенцу Христу, еле касаясь пальцами детского тела. Вокруг поют ангелы, позы которых вторят Ее движению, цветы в вазах и венках на ангельских головах источают аромат рая. Все здесь рождает ощущение музыки: и круглящиеся очертания тондо, и чистые, насыщенные, певучие цвета, и ритм композиции. Как это не раз бывало, Боттичелли нарочито изменил пространство картины: оно словно увидено одновременно и снизу, и сверху и распахивается навстречу зрителю, впуская его и делая соучастником божественной сцены.