Замедлив полёт и отыскав, наконец, нужное биополе, Исполнитель бесшумно опустился на ступени крыльца одного из домов и замер, прислушиваясь к ощущениям. Несколько секунд он неподвижной тенью простоял у дверей, убеждаясь в том, что его цель находится внутри и никак не защищена, затем решительно постучал.
За дверью раздались торопливые шаги, щелкнул замок, и она приоткрылась.
— Вам кого? — Санта растерялась, увидев незнакомого человека. Она была одета в простенькое белое платье с золотым пояском и чуть съёжилась от проникавшего с улицы холодного ветра. — Вы, наверное, ошиблись домом?
— Нет, — коротко бросил Исполнитель, бесцеремонно отодвигая девушку от дверей и проходя в дом. И прежде, чем Санта сумела что-то возразить, Ирвин быстрым шагом обошел комнаты, проверяя и сканируя биополя.
— Странно, что он не оставил защиты… — пробормотал Исполнитель, задумчиво покачав головой.
— Что?.. Кто вы?.. — теперь уже Санта выглядела испуганной. Она отступила в угол комнаты, откуда в смятении наблюдала за незваным гостем. Ирвин остановился, поднял голову и посмотрел на девушку. От его взгляда, ставшего вдруг холодным и безжалостным, её бросило в дрожь. Но прежде, чем она решила закричать, Исполнитель приблизился и, одной рукой схватив девушку за шею, прижал её к стене.
— Не помнишь меня? — прошипел он, прожигая её полным ненависти взглядом. — Он стёр тебе память… На время, конечно, но это уже не важно. Гораздо важнее то, что я тебя помню, Санта! — в его стальных зрачках зажглись огоньки ярости. — И я не позволю тебе погубить жизнь Повелителя! Ты не сможешь разрушить то, к чему я шёл миллионы лет!
— Кто вы?! — пискнула девушка, дернувшись в его руках. — Что вам нужно?!
— Замолчи! — приказал Исполнитель. Его ладонь легла на её лоб, глаза вспыхнули потусторонним пламенем. Санта почувствовала, как сознание её затуманилось, в глазах потемнело, ноги подкосились. Ирвин подхватил её на руки, уложил на стол, стоявший в комнате, и, разорвав рукав её платья, обнажил запястье.
— Тебе повезло, — усмехнулся он в лицо девушке, когда та очнулась. — Прежде, чем избавить от тебя Мир, мне лучше убедиться… Не хочу совершить ещё одну глупую ошибку. Так что поживи ещё чуть-чуть, — в его руке неожиданно блеснул серебряный стилет и он, недолго думая, резанул им по её запястью. Санта вскрикнула, побелела, как мел, но не смогла даже пошевелиться.
— Спокойно! — деловито приказал Исполнитель, пристально наблюдая за ручейком крови, струящимся по её руке. Затем он расстегнул несколько пуговиц у себя на рубашке и, сняв с груди медальон Золотой Замкнутой Спирали, осторожно поднёс его к руке Санты. Ручеёк крови внезапно загустел и, подобно красной змейке, потянулся к медальону Ирвина. Тот среагировал молниеносно. Одёрнул руку с медальоном и вернул его обратно себе на шею.
— Я же говорил, что никогда не ошибаюсь, — устало заметил он, с каким-то ледяным безразличием глядя в прекрасные глаза Санты. — Придётся отправить тебя туда, где тебе самое место, девочка, — и, отвернувшись от неё, Ирвин приблизился к одной из стен, коснулся её ладонью и что-то шепнул.
Ядовитая вспышка ослепительно алого цвета озарила комнату. Затем весь свет погас и, вдоль тающей на глазах стены, медленно стала разгораться Красная Черта. Следом раздался оглушительный вой, от которого у Санты кровь застыла в жилах. Тем временем Ирвин вернулся к столу, поднял неподвижную девушку на руки и понёс к Красной Черте. Санта, полностью парализованная, в ужасе смотрела, как по ту сторону Черты быстро движутся чёрные тени. Какофония оглушительных звуков становилась нестерпимой, раздирала барабанные перепонки, заставляя девушку неподвижно корчиться от жестоких судорог. Потом появились они… Существа, облик которых трудно было описать словами. Они походили на аморфную, зловонную жижу серо-зеленого цвета, пузырящуюся, ползающую и прыгающую — на ходу теряющую конечности разлагающейся плоти. Куски её отваливались, соединялись между собой, менялись местами, создавая нечто новое, бесконечно уродливое, пожирающее само себя.
Ирвин наблюдал за всем этим с каким-то брезгливым презрением, и, казалось, чего-то ждал. Вдруг все звуки одновременно смолкли, и через секунду тишину прорезал громоподобный рёв.
— А вот и Бэр явился!— заметил Исполнитель, и взгляд его стал напряжённым и мрачным.
Из клубящейся темноты вынырнуло огромное двуглавое чудовище и широкими шагами направилось прямо к Черте. Однако, подступив слишком близко к пятну света, слабо сочившемуся из комнаты, мутант отпрянул, издав ещё один раскатистый рев.
— Здравствуйте, Повелитель! — протянул Ирвин с плохо скрытой издёвкой в голосе. — Отлично выглядите! Даже лучше, чем раньше!..
Бэр, весь покрытый бугристой коричневой слизью, взвился на дыбы и бросился было на Исполнителя, но снова отскочил, едва коснувшись границы Миров.
— Почти получилось! — фыркнул Ирвин с кривой усмешкой. Он презрительно прищурился, наблюдая, как неистовствует чудовище из-за невозможности добраться до него.
— Впрочем, я вас сегодня немного утешу, — Исполнитель кивнул на Санту и осторожно опустил её на ноги, поддерживая и не давая ей упасть. — Хочу подарить вам кое-что…
Тут в комнате что-то неуловимо изменилось, и девушка даже не успела понять что, как державшие её руки превратились в железные тиски, а у горла блеснула тусклая сталь. Ирвин молниеносно развернулся, рванул девушку за собой, оказавшись прижатым спиной к самой границе Кровавой Черты.
Санта, хоть и не в состоянии была ещё шевелиться, всё же почувствовала, что руки и ноги её постепенно обретают былую чувствительность. В глазах немного прояснилось, и тогда она увидела то, благодаря чему её гибель всё ещё отсрочивалась.
В дверях стоял Джеймс. Санта сразу узнала его, сразу вспомнила.
Джеймс молчал. В его глазах зияла чёрная, смертоносная бездна, направленная на Исполнителя.
Ирвин стоял, не шевелясь, оставаясь предельно собранным и сосредоточенным. Одной рукой он крепко прижимал к себе Санту, а другой держал стилет у её горла. Девушка ожидала, что Джеймс сейчас бросится на него, закричит, потребует освободить пленницу, но Джеймс по-прежнему не двигался. К её удивлению, первым заговорил именно Ирвин.
— Есть три варианта, — совершенно спокойно произнёс слуга, холодно глядя Повелителю в лицо. — Назову сразу все, чтобы сэкономить ваше время, сир… Я перережу ей горло и подожду, пока она умрёт — это первый… Я толкну её за Черту, откуда её уже никто и никогда не сможет вернуть, даже Высший Разум — это второй. И третий вариант: так как у неё в крови вирус Тирлоков, я отправлю её прямо к Отцу. И пусть он сам решит, что с ней делать… — его ладонь переместилась и легла на Золотой медальон, на груди. — Что вы выбираете?..
— У меня для тебя тоже три варианта, Ирвин, — не ответив, спокойно заговорил Джеймс. — Я позову Белунга и подожду, пока он сожрёт тебя вместе с твоим стилетом и медальоном — это первый… Я брошу тебя к Бэру вслед за Сантой и подожду, пока ты не покроешься такой же вонючей слизью — это второй. И третий вариант: я открою Красную Черту и просто выпущу всех этих милых созданий во Вселенную и, как ты выражаешься, будь что будет… Что выбираешь ты?..
Ирвин долго молчал, сверля Повелителя тёмным взглядом и пытаясь понять, блефует тот или нет. Видимо, сделав какой-то вывод, он медленно выдохнул и кивнул.
— Хорошо, что вы предлагаете?
— Отпусти её, сейчас же! — негромко бросил Джеймс, однако угроза в его голосе не исчезла. — Просто отпусти… И я забуду о том, что ты сейчас наговорил.