Иногда терять вещи не так уж и плохо, подумал он: вместо чемоданов у них с матерью на двоих остался пакет одежды, по зубной щетке и паре обуви. Срываться с места стало проще простого. Не надо трястись о драгоценных семейных снимках, бабушкиных бусах, свадебном костюме погибшего отца. Бросай всё и беги. У вещей нет чувств. Жаль только, что у людей они есть. Возможно, именно поэтому квартиру, отмеченную кровавым распятьем, они променяли на ту, в которой дверь ванной комнаты украшал плакат «Выбирая между молитвой и гигиеной – выбирай всё», а за обеденным столом в качестве члена семьи восседал огромный плюшевый жираф.
- Хути звонил. В «Благословенных островах» закончился обыск. Хантер, послушай, полиция арестовала Кикимору и Белоса.
Парень подумал, что всё ещё спит, раз слышит подобное. На таких, как дядя не надевают наручники – им поклоняются. Чтобы ни случилось, суд никогда не вынесет ему настоящий приговор. Из лагерного озера не выйдет на свет божий отекшее тело младшего из братьев Виттебейн и не укажет на своего убийцу. Калеб не сможет сказать вдове, что это был не его выбор. Но Хантер больше не нуждался в доказательства, раз и навсегда выбрав ответы.
Глаза привыкли к темноте, и он смог рассмотреть заплаканное лицо матери.
***
Голуби возились под высокими сводами церкви, расталкивая собратьев на деревянных балках. Хилый октябрьский свет растекался по белым стенам. Безлюдный проход приглашал Хантера не просто войти - не скрывать лицо. Однажды Белос сказал ему, что верить недостаточно. Верой нужно уметь пользоваться, словно инструментом. Мастерство не поддавалось юноше. Возможно, поэтому он предал учителя вместо того, чтобы бороться за правду. Соблазнился простотой. Пренебрег годами, потраченными на восхождение. Ради чего? Боль ведь части жизни, напоминание о благословенном даре. Дядя старался, чтобы они с матерью всегда чувствовали, что вознаграждены свыше.
- Мне тоже нравится здесь по утрам, - на скамью позади вожатого присела младшая из детей Блайт.
- Как ты не боишься заходить в церковь?
- А я должна?
- Прости. Может быть, когда-нибудь смогу понять, - Хантер развернулся к собеседнице, - Тоже ненавидишь меня?
- Кхм… Если ты навредишь близнецам, Луз или компании, я не раздумывая выколю тебе глаза. Но нет, я не испытываю к тебе ненависти.
Истошный смех юноши всполошил птиц. Эхо впитало в себя трепет крыльев.
- Не знаю, что от тебя ждать, - девушка встретилась взглядом с протеже директора «Благословенных островов».
- Я тоже, - пожал плечами Хантер, - Не знаю, что от себя ожидать. Но я не трону Луз…
- Ты ведь и Бошу трогать не хотел.
Зубы юноши впились в губу. Рёбра внутри пошли трещинами. Из атмосферы удалили весь кислород, но только для него.
- Хей, посмотри на меня, – перепуганное лицо Эмити возникло прямо перед бывшим вожатым, - Просто посмотри, ладно? Тебе надо сделать вздох. Ну же, один вздох. Хорошо. Теперь ещё один… Боже!
Скатившись вниз, Хантер обхватил себя руками. Сквозь узкую щель между скамьями сочились сухие лучи.
- Я вызову тебе скорую!
Юноша продолжал слышать девчачий голос, но не видел её хозяйку. Он мотал чугунной головой, что было сил.
- Хантер? – Блайт легла рядом, - Позвонить твоей маме? Может, Луз?.. Ты бывал здесь раньше? Мне кажется, что мой голос здесь совершенно другой. Звучит так странно. Ммммм. Слышишь? Ууууу. Попробуешь? Кхм. Блять!.. Ну что? Я всё равно буду гореть в аду. Значит, могу делать тебе всё, что пожелаю… На хрен всё это! Пошло в жопу!
Эмити перекатилась на спину, обратив лик к беспокойным голубиным тельцам под потолком. Холодные плиты крепко держали на плаву, как и ошарашенный взор вожатого. Здесь ей не дано утонуть, а вот ему не поможет и спасательный жилет, шлюпка и даже стоящие на твёрдой суше ноги.
- Это не навсегда. Плохое. Хорошее. Ничего не будет длиться вечно, Хантер.
- Кроме смерти, - прошептал юноша, - Смерть навсегда.
***
- Пресвятая Дева Мария!
- Не стоит беспокоить её по такому поводу, - фыркнула Идалин, когда сонная Камилла забрела на кухню и застала там постоялицу дивана. Привыкнуть к тому, что в маленьком аккуратном домике на два обитателя больше было несложно, ведь женщина слишком много времени проводила на работе, но порой она совершенно забывала о наступивших переменах, будто жизнь поставили на паузу где-то за пару месяцев до летних каникул.
- Разве у тебя сегодня смена в магазине?
- Нет. Налить кофе?
- Кхм, я сама. Спасибо, - миссис Носеда запахнулась в халат и отправилась к ещё тёплой кофеварке, - Ты как-то рано. Всё в порядке?