— Сейчас не время обсуждать это.
— Нет, ты должна дослушать, если и правда хочешь мира для этого города, — Идиша смотрела ей в глаза.
— Хорошо, я слушаю, — Синь Ся кивнула.
— Прежде всего, ожививший меня человек и правда связан с Хеопсом. Но меня вытащило из ледяного гроба более могущественное существо. Это был твой отец, Вэньтай, — сказала Идиша.
Е Синь Ся замерла.
— Разве он не… — ее голос дрогнул.
— Ты сказала о братоубийстве. Да, это из-за меня он был приговорен к смертной казни в Священном городе, и божество смерти утащило его в преисподнюю. Но это и был замысел Вэньтая.
Синь Ся вздрогнула.
Его замысел?
— Это Вэньтай сказал мне бросить черный камень, — сказала Идиша.
— Нет, ты врешь! — Синь Ся мотала головой. Она помнила, эти воспоминания вернулись к ней. Это Идиша заставила его исчезнуть с лица земли!
— Подумай. Неужели с его влиянием, силой и сторонниками он не мог сопротивляться Священному городу? Он хотел изменить этот мир, но выбрал смерть. В то время никто не мог убить его, если бы он сам не захотел этого! — продолжала Идиша.
Синь Ся помнила его тогдашнее положение. Его недосягаемость. Помнила неисчислимых последователей…
Он сам решил умереть.
Но почему?
Он не хотел стать врагом правителей этого мира? Не хотел бороться с господствующим классом, потому что жертвой все равно стал бы народ?
То, что сказала Идиша, было лишь одной из причин.
— Темное измерение. Этот мир в сотни раз сильнее морского мира. Мы приносили им жертвы, а они, пользуясь этим влияли на наш мир. Вэньтай видел коварство темного мира, поэтому решил умереть. Он выбрал темное измерение, он выбрал место короля тьмы, чтобы защищать этот хрупкий мир!
— Вэньтай — король тьмы.
— В этом мире только два человека обладают магией воскрешения. Это ты и твой отец. Это он воскресил меня, он хотел, чтобы я продолжила бороться за место феи.
Король тьмы, Вэньтай!
Он воскресил Идишу!
Синь Ся почувствовала, как у нее закружилась голова.
Это правда?
— Я… я не могу поверить тебе, — выдохнула Синь Ся.
— Так скажу еще одно.
— У нас нет времени… — Синь Ся видела, как защитный барьер постепенно исчезает.
— Если, услышав это, ты все еще захочешь стать феей, я отступлю, — серьезно сказала Идиша.
— Говори.
— Ты первосвященник, в этом нет сомнений, — сказала Идиша.