Вереск и Эрика (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Студентки подчинились декану и, бросая гневные взгляды в сторону Гермионы, удалились.

— Вас же, мадемуазель Грейнджер, я наказать не имею права. Но могу лишь напомнить, что на чемпионате по зельеварению я — главный судья. Вы же не хотите лишиться очков за неподобающее поведение? — Снейп скрестил руки.

— Простите, профессор. Такого больше не повторится.

— Хорошо. Вас пригласил мой крестник, верно?

Гермиона захлопала глазами. Она не знала, что Северус являлся крестным отцом Малфоя. Как такое возможно? Если они родственники, то декан Слизерина не мог быть судьей… Он же заинтересованное лицо.

— Судя по вашему лицу и форме, да, — продолжил мужчина. — Драко задерживается. Я провожу вас, мадемуазель Грейнджер.

— Простите, сэр, за мою дерзость, но я должна спросить, — колдунья взяла предложенную руку и позволила преподавателю вести её в зал. — Разве не запрещено родственникам участников быть судьями на чемпионате?

— Запрещено, но только прямым, что исключает меня из списка. Думаете, Драко выигрывал благодаря моим подсказкам?

— Я думаю, что он хорош в зельях, но…

— Тогда давайте уравняем шансы, чтобы у вас не было сомнений в моей беспристрастности. Вереск и эрика — это одно и то же.

— Простите, сэр, при всём уважении, это разные растения. Хоть и очень похожи.

Снейп лишь хмыкнул и решил не вступать в дискуссию. Они оказались прямо перед входом в Большой зал.

— Дальше я сама, профессор. Для меня надменность и высокомерие месье Малфоя — не новость. И я не боюсь войти без пары на любое мероприятие.

Северус покачал головой и отпустил её руку. Одним движением палочки он невербально открыл двери, позволяя всем присутствующим обратить внимание на прибывшую девушку.

Несколько волшебников зашептались, и музыка, как назло, стихла. Что же, очевидно, Луна получит так много материала для Придиры, что на несколько выпусков хватит. Первый шаг самый сложный. Второй и третий уже даются легче. Пройти, гордо подняв подбородок и не обращая внимания на взгляды десятков студентов.

Танцы открывали участники соревнований, и Грейнджер, видимо, придется наколдовать себе партнера, чтобы не опозориться еще больше.

У самого края паркета она потянулась к волшебной палочке, но её руку перехватила чья-то шершавая ладонь. Внезапно появившийся парень повел колдунью в самый центр, едва улыбаясь.

— Прости, что опоздал. Мадам Малкин еле успела дошить праздничный наряд.

Гермиона отошла от шока и только сейчас обратила внимание, что в воздушном танце её начал кружить Драко Малфой в идеальной голубой форме Шармбатона.

Шелковая рубашка небесного цвета безупречно подчёркивала платиновые волосы, а тёмно-синяя жилетка прекрасно дополняла образ.

Они притягивали к себе всеобщее внимание, но Грейнджер не могла оторваться от чарующих серых глаз.

— Ты выглядишь божественно. — его горячий шёпот обжёг ухо. — Красный тебе так к лицу.

— Как и к твоему голубой, — улыбнулась девушка. — Послушай, насчёт того, что произошло в коридоре…

— С удовольствем готов обсудить историю, где я стоял перед тобой на коленях. Даже не думал, что такая мисс Всё-по-правилам умеет так искусно лгать, — Драко покружил её и вновь прижал к широкой груди.

— Понятия не имею, о чём ты говоришь.

Внутри разлилось медовое тепло, наполняя каждую клетку. Они танцевали, пили сливочное пиво и пряное вино, потом снова танцевали. Для неё не существовало никого, кроме Драко.

План заставить его поплатиться за все шутки и высокомерные фразы вылетел в окно, стоило сильным рукам коснуться талии Гермионы. Ей никогда раньше не было так весело и хорошо на душе. Слишком замечательно, чтобы быть правдой. Несколько часов пролетело как один миг.

— Пойдём в зимний сад, — Малфой подал ей руку и кивнул в сторону. — Хочу тебе кое-что показать.

— Надеюсь, палочка мне не понадобится, — Гермиона засмеялась, вспомнив, как раньше у студентов забирали древко для безопасности.

Сколько всего поменялось с тех пор. Сколько воды утекло. Теперь ладонь Драко обжигала её кожу и заставляла сердце трепетать от восторга. Хотелось, чтобы этот вечер никогда не заканчивался. Оставался на повторе словно старая пластинка для граммофона.