Смех Элли был полон нескрываемого веселья.
— Я никак не могу понять, почему ты так их боишься.
Ну, вообще-то, Джордан знала о сверхчутье оборотней не понаслышке. И последнее, что ей было нужно, это чтобы Арик понял, что единственный взгляд на его мускулистое сексуальное тело заставляет ее тело пылать. Да она могла масло растапливать на своей коже.
— Я думаю, мне лучше держаться на расстоянии. Твои родители точно не обрадуются тому, что их единственная дочь общается с людьми.
Элли пожала плечами.
— Ну, я ведь училась в обычном колледже. Это было все же лучше, чем ошиваться в обществе возбужденных самцов, которые только и думают, что о спаривании. — Она ухмыльнулась, взяла бокал и отпила вина. — Мои родители знают, что у людей нет исключительного нюха и нет течки, так что они просто не мешают.
Джордан отпила вина, ощущая на языке фруктовый вкус.
— Да, но вряд ли они ждут, что ты приведешь в свой дом острую на язык пышную латиноамериканку.
Элли закатила глаза.
— Кто здесь волк, ты или я?
Хорошо сказано. Родители Элли по-своему любили Джордан. И та даже не совсем понимала, почему. Даже после стольких лет рядом с Элли и ее семьей она не поняла, почему они заботятся о ней больше, чем заботились даже ее собственные родители. Почему они такие? Ведь должна была быть причина. Она практически удочерили ее.
— Ну ладно. Я стала им почти дочерью, с тех пор, как мы стали друзьями. Это их наверняка раздражает. Ну, то есть, может, они и хотели бы еще детей, но по старинке, знаешь.
Джордан находила все сообщество оборотней просто восхитительным. Если бы могла, она бы посвятила всю жизнь изучению того, как работает вся эта животно-человеческая физиология.
— Почему ты говоришь, что ты их раздражаешь? — спросила Элли, хмурясь. — Они любят тебя. Блин, они любят тебя больше, чем бывших девушек моих братьев. Если честно, они любят тебя больше, чем иные родители любят своих детей. Ты же выросла у нас.
Джордан поморщилась.
— Да, как мох или плесень.
— Ну нет, не так. Как необычная, но прекрасная женщина, которой нужна пара.
— Что? — Джордан выплюнула вино, которое только что отпила. — Кто сказал, что мне нужна пара?
Элли рассмеялась, отставив бокал на кофейный столик, и уселась на диван, поджав ноги.
— Моя мама. Она думает, что тебе нужен сильный мужчина, с которым ты могла бы восполнить то, чего тебе недостает.
— И это пара? — Джордан закашлялась.
Живот скрутило от тревоги. Она уважала Барбару Вульф, мать Элли. Но не думала о том, что их отношения могут привести к чему-то такому. Мысли о том, чтобы стать зависимой от мужчины, заставили ее похолодеть. Нет уж, она не настолько доверяет людям.
— Да. Мама была очень расстроена, когда я рассказала ей о твоем разрыве с последним бойфрендом. Она думает, что это потому, что на тебя еще по-настоящему не охотились.
Джордан продолжала кашлять, и Элли засмеялась.
— Миссис Вульф думает, что мне нужно почувствовать себя добычей?
Божечки, а может, и правда. «Охота» звучало весело. Обычно Джордан нагоняла на мужчин робость, и они делали первый шаг не раньше, чем обретали уверенность в себе. Но потом эти уверенные в себе парни превращались в куски дерьма.
Элли кивнула, откинулась на спинку дивана и потянулась, поглаживая босой ногой кожаную обивку.
— Конечно, папа считает, что ты слишком независима и тебе нужен мужчина, который бы тебя обуздал.
Обуздал? Она что, лошадка? Тристан, папа Элли, был таким старомодным.
— Да, это звучит в духе твоем папы.