Стать фениксом: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

А потом появилась она. Нет, они. Я до сих пор помню, как впервые увидела эту молодую женщину с чёрными волосами, лучистыми притягательными глазами и обнадёживающей, приятной улыбкой. Она несла в себе радость и умиротворение, веру в моё выздоровление и столько душевного тепла, что мне поначалу казалось, что я в нём захлебнусь.

Тогда я улыбалась в первый раз неизвестно за сколько времени и позволяла ей говорить всякие утешающие слова. Хотя теперь я понимаю, что это было не жалкое утешение. Женщина делилась со мной уверенностью, что я выздоровею, а я молча слушала её, завороженная необычайно мягким голосом. Не помню, зачем я отвела взгляд от этих тёмных огромных глаз, вмещающих целую вселенную. Но тогда я наткнулась на полную её противоположность: жестокость, охраняющую доброту. Казалось, что это не сёстры, уж слишком разнилось их внутреннее наполнение, заключённое в идентичные оболочки. Этой девушке было всё равно, что со мной будет потом. Ей было на всё плевать, на весь окружающий мир. Её огромная вселенная сосредоточилась в фигуре сидящей напротив меня женщины. Той самой, которая предпочитала обращать внимание и тепло своей улыбки на других. По-видимому, это сильно бесило её так называемую сестру. Но сделать что-либо, чтобы изменить ситуацию, та не могла.

После этого я видела их ещё пару раз. Синди опять говорила, убеждала, утешала… Но всегда в эти моменты наполненное нежностью лицо заслонялось в моём воображении другим: холодным, расчетливым и жестоким.

А потом была сложнейшая операция. Я вполне могла не пережить её, так как технология ещё не была отработана до конца. Но вот я здесь, посреди лабиринта одинаковых улиц. И я могу ходить.

Не помню, через какой промежуток времени я наткнулась на металлическую лестницу в одном из тупиков, ведущую наверх. Не задумываясь даже, из последних сил забралась по ней и оказалась в ином мире.

Здесь не было искусственного света. Огромная, нездорово-жёлтая, обгрызенная луна висела, казалось, прямо на верхушках высотных зданий. Я прижалась спиной к холодной стене и разглядывала изъеденный рельеф толстого куска, похожего на неизвестный сорт сыра. Я не на Земле? Может, это просто сон? Тогда я не хочу просыпаться. Ведь здесь я могу передвигаться самостоятельно на своих ногах. Я со злостью оттолкнулась от стены и без колебаний пошла по новой улице на дрожащих от усталости ногах.

Это оказался не сон, не иллюзия, а сущий кошмар. Я провела среди этих нескончаемых туннелей около месяца, а город и не думал заканчиваться. За это время меня пытались обокрасть, убить и съесть. Я даже дважды умудрилась наняться на работу, но быстро сбежала, поняв весь спектр обязанностей, которые от меня требовали. Со всем этим перечнем на сон не оставалось не только времени, но даже и мысли. Хотя время здесь — вещь весьма относительная: нет смены дня и ночи, а луна висит над головой, как прибитая.

Я научилась воровать. Хотя нет, воровать — это громко сказано. Я трижды умудрилась пробраться в уже вскрытые и обворованные помещения и найти себе крохи еды. Питалась я в основном отбросами, роясь в кучах наравне с облезлыми помойщиками. Кстати, я была в этом деле далеко не одинока.

А город жил своей жизнью. Бурлил, как кипящий суп, иногда ненадолго затихал. Но мне везло. Я не раз за это время видела смерть других, но до меня она так и не добралась: я не попала под колёса гоняющих на жуткой скорости психов, под нож шляющихся малолетних банд и в когти и клыки неизвестных, но, тем не менее, крайне опасных созданий.

По мере продвижения луна оставалась позади. Странный город заставлял быть постоянно начеку, и это здорово нервировало. Страшный, мрачный и однообразный, он был полон тайн и неведомых обитателей. Пару раз я даже могла поклясться, что внезапно оказывалась совершенно в другом месте. Так, постепенно, я покидала самую жуткую часть, казалось, бесконечного Города — Ночную и Сумеречную.

Потом была невидимая граница на площади с огромным неработающим фонтаном, представляющим из себя груду обломков, насыпанную в глубокую щербатую тарелку. На бортике сидела компания молодёжи, проводившая меня улюлюканьем, фразами на незнакомом языке и смехом. Площадь пересекала линия, проходя прямо посреди фонтана. Только переступив её и очутившись в свете заходящего солнца, я поняла, что она там была.

Глаза отвыкли от света, и мне пришлось надолго их закрыть, чувствуя пробирающиеся по щекам мокрые дорожки. Наконец я смогла оглядеться. В свете заходящего солнца площадь с фонтаном выглядела более приземлённо и неопрятно: трещины, потёки, засохшая грязь — всё это на той стороне благополучно терялось в более мягком свете полускрытой зданиями луны, а здесь было выпячено красноватыми лучами заходящего солнца.

На бортике фонтана лежал прижатый камешком жёлтый листок. От небрежного щелчка пальцем камешек, подскакивая, заспешил вниз по пологому скату бортика.

«Академия объявляет набор на бесплатные места…»

Я задумалась. Возраст не указан. Так почему бы не попробовать? Если найду, конечно, эту самую Академию.

— Вот твоя комната.

Мы остановились перед одной из многочисленных дверей по обе стороны коридора. Мой провожатый толкнул дверь и щёлкнул пальцами. Под потолком зажёгся круглый шар, дающий яркий, но не режущий глаза свет. В комнате три на три с половиной метра находились две узкие кровати с обеих сторон от двери, отделённые друг от друга крохотными тумбочками и узким столом на одного посередине, и два шкафчика. Провожатый подошёл к одному из них и начал доставать оттуда немногочисленные вещи, потом споро очистил тумбочку и направился к двери.

— А мне что делать? — спросила я, совершенно растерянная и подавленная столь резкими переменами в своей, как оказалось, довольно непутёвой жизни.

— Ждать!

Дверь за спиной парня закрылась, отрезая меня от прошлого. Свет погас. Я забралась в щель между кроватью и шкафом — пол неприятно холодил босые ноги, но я была грязная и не рискнула пачкать свою будущую постель, — и обхватила колени руками.

Академия представляла собой монолит тёмного камня, окрашенный кровью вечно заходящего солнца. Узкие редкие окна, высоченная стена, опоясывающая здание неправильным кольцом, и огромные двустворчатые ворота.

Не знаю, как я умудрилась очутиться здесь в нужный день? Везучая, наверно. Или наоборот.

Перед воротами гомонила разношерстная толпа. Здесь собрались не люди, но человекоподобные существа, обладающие порой с необычной внешностью, различным возрастом, хмурые и весёлые, замкнутые и постоянно перебрасывающиеся репликами. У всех у них, тем не менее, была единственная общая черта — они были парнями. Я чувствовала себя здесь донельзя неуютно, но подслушанные разговоры заставили пересилить себя и не сбежать подальше. Помимо бесплатного обучения, здесь учеников кормили и одевали, что было огромным плюсом для меня. А после окончания абсолютно всем выпускникам предоставлялась высокооплачиваемая работа.

Самое главное я уловила быстро, так как это было основной темой разговоров. Экзамены на поступление проходят в три этапа и первый — самый страшный для всех собравшихся здесь, судя по их реакции, — письменный.

Толпа заволновалась и двинулась к недовольно заскрипевшим воротам. Я пошла со всеми. Мы по одному подходили к частично приоткрытым створкам и притрагивались к овальному, с мой кулак, камню, напоминающему огромный неограненый рубин. Если он менял цвет с красного на синий, то стоящий рядом взрослый позволял проходить во двор, если нет, то разворачивал и отправлял обратно. Под моей рукой странный камень посинел медленно, словно нехотя. У других же он почти сразу менял цвет. Я удостоилась долгого взгляда, но была пропущена внутрь.

Святая святых для всех этих мальчишек не выглядела ни помпезно, ни величественно. Массивное в четыре или пять этажей безвкусно сделанное здание без лепнины и каких бы то ни было украшений снаружи и внутри. Из необычного оно могло похвастаться лишь узкими окнами, разбросанными в хаотичном порядке. На древний мрачный монастырь похоже… или на огромный обжитый склеп.

Письменный тест оказался до безобразия лёгким. Я сделала его первой и долго наблюдала, как остальные краснея, бледнея, кусая губы и смахивая выступающий пот, корпели над простейшими математическими вычислениями, как они дрожащими руками неверно выводили пляшущие буквы. На последний вопрос о цели своего поступления я решила ничего не придумывать, а написать правду. Хуже уже не будет.

И только во время второго экзамена я, наконец, осознала, куда поступаю. Кто ж знал, что это окажется элитная Академия боевых искусств исключительно для фениксов? Наблюдая за боями, я всё больше нервничала: ведь далеко не все противники живыми покидали круг. Но стоило услышать имя, которым я назвалась при входе, как меня охватило непонятное спокойствие. Правда, надолго его не хватило…

Теперь, благодаря странной насмешке судьбы, я стала учащейся мужской боевой Академии фениксов, причём ни эпитет «мужская», ни «боевая», ни «феникс» ко мне не относится ни в малейшей степени. Однако я больше всего боялась вновь быть выброшенной на улицы этого огромного недоброжелательного города.

Казалось, обо мне напрочь забыли. Я успела задремать и проснуться от голода, а ко мне так никто и не пришёл. Они хотят, чтобы их ученики поумирали здесь без еды?