Операция «Возмездие». : читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Известие о второй удачной бомбардировке, всколыхнуло и сплотило Америку. Все только и говорили, что коварному врагу был нанесен быстрый и могучий ответный удар, и осознание этого вселяло в американцев уверенность, что не все так плохо.

Одни газеты сравнивали атомную бомбардировку японских городов с первой бомбардировкой Японии в 1942 году, проведенную в отместку за Перл-Харбор. Другие восторженно говорили про «второй победоносный Мидуэй», третьи воинственно требовали сделать счет по атомных ударов 3:3.

Логика и желания третьих, полностью совпадали с намерениями президента Трумэна и в качестве третьей жертвы, им был выбран город Киото. Бывшая столица Японии, являвшаяся крупным промышленным, культурным и религиозным центром страны, по мнению президента была достойным выбором для возмездия. Проведение операции было назначено на 27 августа. Как спец посланник президента, господин Майлз был извещен о готовящейся акции и знание этого секрета, придавало ему силы и смелость в переговорах с Вышинским.

— Делая подобные заявление, американская сторона берет на себя функции третейского судьи, на что её никто не уполномочивал. По-крайней мере советская сторона, это точно. Что касается вопроса определения виновника возникновения военного конфликта в Германии, то с этим все ясно и понятно. Ранее, мы уже предоставляли американской стороне неопровержимые доказательства того, что главным вдохновителем и организатором этого конфликта является господин Черчилль. И по прошествии времени наша обвинительная база только окрепла. Если господин Бирнс хочет, мы можем снова предоставить ему наши доказательства, но боюсь, что ознакомления с ними займет много времени, а это в нынешних условиях совершенно недопустима.

— Недопустимо, господин Вышинский, предлагать отказаться от поисков истины, в тот момент когда твой партнер находится в трудное положение. Вы совершенно напрасно полагаете, что Америка откажется от этого права, ради сиюминутной выгоды от сомнительного раздела. Право первородства не продается за чечевичную похлебку. Не знаю как для вас русских, а для цивилизованных стран подобные вещи просто неприемлемы.

— По-моему нынешнее положение Соединенных Штатов не предрасполагает к длительным поискам истины, господин Майлз. Вам нужна скорейшая победа в Азии, нам прочный мир в Европе. Давайте определимся на каких условиях, мы сможем облегчить друг другу решение этих задач.

— Не стоит принижать нынешнее положение нашей страны из-за тех потерь, что мы понесли. Они только укрепили нашу страну в решимости довести дело до конца. Сегодня Соединенные Штаты сильны как никогда! Мы уже дважды соразмерно ответили ударом на нанесенный нам удар. И в самое ближайшее время полностью сравняем этот счет.

— Рад слышать, что сила, мощь и решимость нашего боевого союзника ничуть не уменьшилась в результате коварных происков наших общих врагов. Однако даже появление столь грозного оружия как атомная бомба, мало что меняет в общем раскладе дел в Азии. Во взаимных ударах вы и японцы полностью растратили весь свой боевой потенциал и будите иметь возможность продолжить применение ядерного оружия никак не ранее ноября этого года. Ни о какой скорой победе, в этом случаи не может идти и речи, и только вступление в войну Красной Армии в Маньчжурии поможет существенно приблизить её окончание — Вышинский добросовестно озвучивал текст телеграммы Сталина и каждое произнесенное им слово основательно коробило душу американского переговорщика.

— Напрасно вы так недооцениваете мощь американской армии, господин Вышинский. Наш флот может полностью изолировать Японию от её армий находящихся на континенте. Наша авиация способна стереть с лица землю любой японский города, а нашей морской пехоте по плечу любая десантная операция по захвату вражеской территории. Не стоит сомневаться в силе американской армии, а уж тем более пытаться попробовать её на себе. Не рекомендую, никому. Особенно после появления у нас атомной бомбы — наставительно произнес Майлз.

— Советская сторона всегда уважительно относилось к силе армии, авиации и флота своего боевого союзника. И если президент Трумэн хочет в одиночку победить японцев, так тому и быть. Никто не собирается покушаться на его лавры победителя самурайских фанатиков, полный и окончательный разгром которых, по оценки наших военных обойдется Америки минимум в четверть миллиона человек убитыми и ранеными. С детства воспитанные на кодексе бусидо, японцы способны оказать яростно сопротивляются даже оказавшись прижатыми к стене. Нашим и вашим военных это хорошо известно по Холкин-Голу и Окинаве, господин Майлз. Что же касается желания проверить силу американского оружия, то в свою очередь хочу напомнить, что у нас очень сильная система ПВО. Господа Гитлер и Геринг пытались прощупать её в небе над Москвой, Ленинградом, Баку и получили такое острое и не забываемое ощущение, что запомнили на всю жизнь. И никому не рекомендовали попробовать — Вышинский вежливо вернул мяч на поле американца.

Обмен любезностями достиг критической точки. Козыри были выложены на стол и теперь оставалось их грамотно и правильно разыграть. Для полного осмысления требовалась небольшая пауза и оба дипломата усердно принялись распивать, уже порядком остывший чай. Неторопливо поднимая на первый взгляд массивные, но совершенно невесомые чашки с божественным напитком, переговорщики обменивались фразами, имеющих мало общего с традиционными разговорами о погоде, дерби или псовой охоте.

— Я слышал, что маршал Василевский привел в полную боевую готовность войска Приморского округа. Они в любой момент готовы выступить против Квантунской армии японцев, но хватит ли у маршала сил сокрушить это многомиллионное соединение?

— По мнению Ставки Верховного Главнокомандования, это им вполне под силу. Однако дела пошли бы гораздо быстрее, если бы мы смогли бы перебросить из Германии, часть наших бронетанковых войск.

— Что же вам мешает выполнить свои союзнические обязательства в полной мере? Генерал Эйзенхауэр уже отвел американские войска за линию разграничения советской оккупационной зоны. Войска фельдмаршала Монтгомери приведены к молчанию и не ведут огонь по вашим солдатам, находясь в своей оккупационной зоне. Соединения Шернера и Венка не представляют какую-либо военную силу, полностью разоружены и отправлены в лагеря для военнопленных. Сейчас ничто не препятствует господин Вышинский, переброске ваших войск на Дальний Восток.

— Советская сторона добивается не простого прекращения огня в Европе, а наступление мира, а это невозможно без проведения мирной конференции. Мы совершенно не против участия в ней английской стороны, но не как полноправного партнера, а только как бывшего союзника по антигитлеровской коалиции, без права решающего голоса. Возможно, это право английской стороне будет возвращено, но только в ходе переговоров.

Делая вид, что наслаждается вкусом чайного букета порожденного на далеких плантациях Асама, Майлз лихорадочно думал над предложением Вышинского. В нем был свой смысл и логика, а также хорошее пространство для маневра, но посланник был связан жесткими инструкциями госдепа, не позволявших проявлять самостоятельность.

— Звучит очень заманчиво, господин Вышинский, — сказал американец поставив пустую чашку на блюдце. — Однако лишение права решающего голоса своего давнего партнера по коалиции, без убедительных доказательств его вины — это для правительства Соединенных Штатов совершенно неприемлемо. Мирные переговоры могут начаться только с участием трех сторон как это было запланировано в Ялте и при полном выводе советских войск из английской зоны.

Майлз говорил твердым, хорошо поставленным голосом, но проницательный взгляд Андрея Януарьевича заметил, что его предложения произвели впечатление на американца.

— Мне очень жаль, господин Майлз, что сделав шаг мы пошли по кругу и вернулись к тому с чего начали. Хотя имели неплохие шансы продвинуться вперед. Единственное, что радует в этой ситуации, это то, что как вы верно заметили в Европе прекратили стрелять. Очень надеюсь, что этот факт станет твердой основой в наших дальнейших переговорах.

— Можете не сомневаться, господин Вышинский. Генерал Эйзенхауэр получил приказ из Вашингтона не открывать огонь первым. Только в случаи нападения.

— Могу вас заверить, что советские войска имеющие соприкосновение с вашими войсками получили точно такой же приказ. И значит боевые действия между нашими странами полностью исключены.

— А в отношении британских войск, армии маршала Рокоссовского получил такой же приказ?

— Нет. В отношении английских частей такого приказа нет. Есть только приказ о прекращении огня, но он может быть отменен в любой момент, так как британский премьер министр всячески саботирует начало мирных переговоров между нашими странами.

— Возможно, что это из-за невыполнимых условий, что выдвигает советская сторона.

— Вполне возможно, но это тема совершенно иных переговоров, господин Майлз, — отрезал Вышинский, — если у американской стороны возникнет потребность обсудить план и условия совместных действий против японцев, советская сторона готова к этим действиям в любое время суток. Всего доброго — Вышинский с достоинством наклонил голову и вежливо раскланялся.

Куда более напряженный и нелицеприятный разговор, состоялся примерно в это же время в Мюнхене, между генералами Эйзенхауэром и де Голлем. Француз настаивал на скорейшем возвращение танков генерала Леклерка во Францию, но американцы не спешили выполнить требование главы временного французского правительства. Вернее сказать они были не против перемещения французских танкистов, но категорически отказывались предоставить им горючее для столь продолжительного марш броска домой.

— Кто нам заплатит за бензин господин генерал? Пока шла война мы были союзниками и бескорыстно помогали вам ради общей победы. Теперь, когда наступил мир, пришла пора деловых отношений и мы в праве требовать от вас расчета за горючее для ваших танков — противно жужжал бригадный генерал Эмберс, ответственный за материальное снабжение французских частей.

— Пришлите счет и французское правительство оплатит его. Даю вам свое честное слово солдата — властно произнес де Голль, но его слова вызвали только улыбку у американца.

— Извините генерал, но моя должность не позволяет верить на слово кому-либо. Будет лучше, если вы дадите расписку как временный командующий французской армией — предложил Эмберс, чем вызвал негодование у генерала.

— В первую очередь, я глава временного французского правительства господин Эмберс и только во вторую, командующий французской армии. Готовьте документы, я их подпишу немедленно — на скулах генерала заиграли гневные желваки.