Дитя. Сборник рассказов: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Легко выполнив до обеда всю дневную норму, девчонки-дагестанки, мои одногруппницы Мадина и Патимат, коротко отдыхали. Затем поднимались и шли выполнять мою норму. Для них двоих эти девяносто из ста вёдер срезанного винограда были такой мелочью! В это время я, срезая восьмое, девятое и наконец десятое ведро за день, что называется, «жевала, сопли».

Теперь-то, после всех этих практик, я могу участвовать в скоростной уборке винограда! А тогда, в 1984 году…

Культура Дагестана

Дорогие мои девчонки! На всякую житейскую проблему у вас находилась добрая шутка. Любой предмет, на котором можно отбивать ритм, тут же становился музыкальным инструментом. Кусочек ровной земли – танцплощадкой.

Как-то мне необходимо было завершить своё произведение словами Расула Гамзатова. Я очень быстро нашла нужный мне текст. Прочла стихотворение, и меня захлестнула эмоция, так это было талантливо и аскетично одновременно. Поэт облёк свои мысли, чувства, воспоминания в рифмованные строки, которые оказались созвучны мне и многим.

Память

Очень часто антипсихологи предлагают нам забыть то, что причиняет страдания. Они же рекомендуют не получать никакого образования, сами при этом имеют высшее, и подчас не одно.

Я читаю в открытых источниках.

Па́мять – обозначение комплекса познавательных способностей и высших психических функций, относящихся к накоплению, сохранению и воспроизведению знаний, умений и навыков.

Ключевое слово здесь – высших.

Что есть память человека?

К примеру, ты забыл, где оставил свой смартфон. Паника!

Ну, такой, в оранжевом футляре! Не нашёл? Давай наберём с другого телефона, чтобы по звуку найти. Вот же он! Тёплый, потому что лежал на солнце, даже чувствуется запах пластика.

Представляешь, мы видим памятью, слышим, осязаем, обоняем ею. Отличаем хорошее от плохого. Ищем и находим выход. Памятью мы любим и ненавидим. Сострадаем и жестоки. Смелы и трусливы. Памятью мы делаем выбор. Принимаем решение.

Если ты помнишь, значит это нужно. Это выносимо для тебя. Это твоя посильная ноша. Наоборот, вспомни всё нужное. Необходимое. Тебе, а не окружающим. И ты всё поймешь.

Ты захочешь узнать многое. Осознаешь, как малообразован, и начнёшь учиться. Ты выберешь наконец свой путь, а не ту колею, которую тебе прочертили от колыбели, до могилы. И в океане необходимого тебе, познанного тобой растворятся беды и горести, так измучившие твою память.

Река

Однажды в селе у бабушки трём соседским девчонкам пришла в головы идея порыбачить. Жаркий летний день, родители на работе, делаем что хотим. С этой целью одна из них взяла бредень – это рыболовная снасть, состоящая из сетки, прикреплённой к двум шестам. Естественно, я увязалась вслед за подругами, которые были старше меня, что и спасло.

На другой берег, где камыши и, может быть, рыба, мы перешли всё по той же гребле. По пути нас окликали взрослые, мы им отвечали, что идём ловить рыбу. Ну, идите, самое время четырём девчонкам мал мала меньше рыбачить. Пришли. Зашли в воду, как положено, растянули бредень, взялись за шесты по две с каждой стороны, начали ловить. Как мы ходили босиком по дну вдоль камышей, ума не приложу. Я не помню, чтобы мне было больно ступать ногами по дну, а там ведь затонувшие ветви с береговых деревьев, камыш, крупные речные двустворчатые мидии и ещё много чего. Думаю, азарт, с каким мы пытались хоть что-то поймать, всё обезболил. Так мы тянули бредень, пока не оказались напротив огорода, ведущего к дому одной из нас. Рыбалка не удалась, и девчонки решили возвратиться домой вплавь. Через реку. Наискосок, как раз и выплывем. «Держись за бредень, Оксанка!» – сказали мне. И мы поплыли.

Старшая из нас плыла впереди, тянула за собой и бредень, и всех нас. Я плыла последней. Где-то посередине реки девчонки подустали и начали сильнее опираться на шесты, из-за чего те притопились. «Ты взялась за шест, и он утонул! Значит, тебе нельзя за него браться, а то все утонут!» – невесть откуда пришла в мой детский мозг мысль. И я отпустила спасительное дерево. Некоторое время я пыталась плыть сама. Шестилетний ребёнок пытается переплыть реку, представляешь?

Серая речная вода вокруг. В воде редкие точечки ряски. И я, не понимающая, почему я эту ряску вижу то перед собой, то над собой. Всё реже и реже шевелю руками, отталкиваюсь почти вертикально ногой и лишь во время этого толчка слегка показываюсь над водой. Я постепенно растворяюсь в реке, меня почти нет.

Всё это происходило молча. Но в какой-то момент я, наверное, издала какой-то хрип или бульканье.

Самая старшая из нас, обернувшись, поняла всё сразу: «Оксанка тонет!» Она подплыла, выдернула меня за руку из воды и приказала «Держись!», дав обхватить мне рукой шест бредня. Одновременно девчонки отпустили снасть. Втроём они стали подплывать под меня, выталкивая собой на поверхность. Одна, другая, третья. Раз. Два. Три. Мы ме-е-едленно-медленно, но всё-таки двигались к берегу.

Блики полуденного солнца играют в холодной воде. Четверо малявок вот-вот пойдут на дно, к его речным обитателям. Или станут той же ряской.

Мы спаслись все, представляешь? Мы выбрались на берег!

Сам пропадай, а товарища выручай! Почему и не берут младших в игры. За них надо отвечать, младшие ябедничают, капризничают, быстро устают. Если что-то случится с младшим, спрос – со старшего. Со старшего ребёнка, конечно же.

Бредень горе-рыбаки возвратили на своё место. И договорились никому ничего не рассказывать. «Никому не рассказывай, Оксанка, хорошо?! А то нас заругают!»

Вот я и не рассказывала никому до этого момента. Самым страшным ночным кошмаром для меня всегда была бескрайняя вода вокруг. Вода движется, а я над ней, и нет ни опоры, ни единой души, чтобы помочь.

Океан

Оказывается, пространство, где мы живём – это место древнего океана Тетис! Реликтами этого океана являются современные Средиземное, Чёрное и Каспийское моря. Сохранилось несколько небольших изолированных участков океанической коры Тетиса в этих морях.