Театр кошмаров: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Прикосновение к неровной, истерзанной старыми ранами коже всегда откликалось в душе ядом воспоминаний. Отрава, растекаясь по венам, ускоряла сердцебиение, становилось труднее дышать, а перед глазами мелькали картинки прошлого, словно вырванные из кошмарного сна.

Но шрамы, как и воспоминания, были настоящими. И это снова и снова приводило к мысли: если старания Этель однажды помогут спасти хоть кого-нибудь, она должна бороться за каждую крупицу знаний.

– Вечеринка будет ближе к вечеру. Может, все-таки успеешь после своей смены?

Вместо ответа Этель шумно вздохнула и одарила друга тяжелым взглядом.

– Вот ведь не сидится тебе спокойно, – удрученно буркнул парень, а затем с тусклой улыбкой потрепал рыжую макушку подруги. – Ладно, я придумаю отмазку, почему пришел без тебя.

– Отмазку? Да всем плевать ведь.

– Моим родителям вряд ли. Да и друзьям… Наверняка подумают, что мы поссорились или типа того.

– Мне не нравится, что ты им врешь о нас, – Этель отвела взгляд к окну, чувствуя себя виноватой. Будто это она лгала родным, а не Каспер. – Я могу понять, почему ты хочешь врать о нас своим друзьям, – она намеренно выделила это слово едкой интонацией. – Но родители… Может, хотя бы дома стоит признаться, что это все постановка?

– В конце лета, говорю же, – отмахнулся Каспер. Он поднялся с пола и, не глядя на Этель, торопливо перевел тему: – Когда там тебе в луна-парк? Договориться по поводу места и все такое?..

– Через два часа нужно быть там. Я вчера взяла с собой ролики, так что до «Жерла» доберусь быстро.

Луна-парк на окраине Фирбси открыли в начале весны. К своему стыду, Этель еще ни разу не бывала в «Жерле», однако место, где раскинулся парк, она знала хорошо.

В школьные годы Этель вместе с одноклассниками частенько приходила к заброшенному театру, чтобы послушать жуткие истории. Потом ее друзья уходили гулять по пустынным коридорам «Юстины», но сама Этель всегда оставалась за забором и наблюдала издалека. Раньше она была еще той трусихой.

Удивительно, но, несмотря на то что театр давно закрыт, здание хорошо сохранилось. В стенах нет трещин или разломов. Полы тоже целы. Даже стекла почти все на месте.

О том, что театр не работает и стал местом сборищ подростков и городских банд, говорили лишь граффити. Цветные рисунки покрывали стены снаружи и, по слухам, изнутри, словно переползая туда сквозь редкие выбитые окна.

Вокруг этого театра всего за одну ночь и развернулся луна-парк. Не было ни объявлений, ни рекламы. Просто однажды унылый пустырь вокруг потрепанного здания окрасился яркими цветными огоньками, а тишину вспорола музыка, льющаяся из трескучих колонок.

В интернете Этель видела ролики и фотки знакомых, которые уже успели побывать в «Жерле». Судя по ним, в луна-парке не только катались на аттракционах, но и изредка проводили любительские представления в «Юстине». Горожане пели и танцевали, школьники ставили сценки и рассказывали стихи собственного сочинения.

Звучит здорово, но выглядит пугающе. По крайней мере, так казалось Этель.

Облезлые стены зала, местами изодранные кулисы и скрипучие половицы внушали странное, гнетущее чувство. Такое Этель испытывала в детстве, когда соседская девчонка приносила свою жуткую одноглазую куклу с отломанной рукой: играть можно, но чувство того, что кукла мертва, не покидало ни на секунду.

Каспер ушел собираться в другую комнату, чтобы не смущать Этель. Она быстро переоделась в цветастый топ и джинсовые шорты, забрала волосы в пышный высокий хвост и уже хотела выходить в коридор, но остановилась напротив зеркала.

С хвостом очень удобно и совсем не жарко (а на улице сегодня как раз обещали плюс тридцать). Но такая прическа только подчеркивает уродливые шрамы. Да и слепой глаз спрятать за локонами не выйдет.

Этель поджала губы и потянулась, чтобы сдернуть резинку, стягивающую волосы, но замерла. Эти шрамы, как и прошлое, – часть нее, от которой не убежать. За водопадом волос отвратительные отметины не исчезнут, не растворятся вместе с ужасными воспоминаниями. Попытка скрыть старые раны – не что иное, как желание притвориться, будто не существует ни шрамов, ни событий, которые оставили их семь лет назад.

Нет. Этель не станет жить в иллюзии. Реальность омерзительна, как и бледные шрамы, неровными бороздами въевшиеся в кожу. Как и мутный слепой глаз, затянутый бельмом. Но прошлое не изменить. Оно – напоминание и наставление для Этель. Горький урок, который она вынесла раз и навсегда.

– Ты там скоро? – под дверью собственной комнаты простонал Каспер. – Я уже давно собрался. И прошел уровень мобильной игры. И полистал ленту. И…

– И приготовил нам завтрак? – подсказала Этель, в обнимку с рюкзаком возникнув на пороге.

– Нет. Не приготовил, – потер темноволосый затылок Каспер, а потом просиял довольной улыбкой: – Его для нас оставила мама. Родители, кстати, уже ушли.

Этель тяжело вздохнула и поплелась к лестнице, ведущей на кухню. Каспер вышагивал следом по залитому солнцем коридору, воодушевленно вещая:

– Между прочим, там не только завтрак. Нам с тобой собрали ланчи на весь день.

– Нам с тобой? – Нахмуренные брови Этель низко нависли над глазами. – Ты поедешь со мной в парк?

– Нет. Но буду неподалеку и тоже пропаду до вечера. Встречаюсь с друзьями, – длинноногий Каспер в один прыжок перескочил четыре ступеньки и, обогнав Этель, вошел на кухню.

Большой обеденный стол, накрытый светлой скатертью, был уставлен тарелками со свежими яблоками и клубникой. Там же ждала пара бумажных пакетов, заботливо подписанных мамой Каспера.