Осторожно, пробираясь сквозь потоки воздуха, ощущаемого мною сейчас каждой частицей тела, как и потоки времени, медленно выводящие свою песню в огненном мире, мои пальцы касаются его кожи в районе локтевого сгиба. Осторожно и трепетно.
Не в движении, а лишь в чистом ощущении тепла, и осознании, что это его кожа. И вижу, как медленно, словно вырастая из центра прикосновения, появляется рисунок, оплетающий вокруг этого места, бледными почти не выступающими рельефами, свои чудные узоры.
Эта картина лишь для меня. Мое маленькое чудо. Будут ли еще такие чудеса в моей бесконечной жизни?
Ответ я знаю и без предсказаний. Нет, не будут.
Придвигаюсь настолько осторожно, насколько могу, чтобы лежать и видеть рождение узоров при новом прикосновении, и их угасание при разрывании тактильной связи. Играю, как малое дитя, стараясь не потревожить, и напеваю ту саму песню, что пела мне моя матушка в своей безграничной любви ко мне.
...И сплетают паутинкой
Сказочные сны
И кладут мои слезинки
На судьбы весы
Спи мой ангел, мир безгрешен
Мир живет любя
Он однажды подарил мне
Ангел мой тебя...
...Тогда я буду стоять на холме, и оглядывать мир, как его хозяйка. И я буду Богиней, Темной и Небесной, знающей все тайны. И будут пройдены испытания силой, волей и страстью... И будет падение мира, разрушение связей. Будет встреча двух разлученных возлюбленных - прошлого и будущего. И я буду сражаться на стороне обоих.
Взгляну вдаль, чтобы увидеть блеск кровавых листьев в свете заходящего святила, а потом переведу взгляд на орду, надвигающуюся под закатом Флеймонда. И мое оружие будет готово разить. Оно выльется из моих вен чернеющим шипом, собираясь из капелек графитовых слез смертоносного украшения. И шип выберет целью того, кто покусится на безопасность Темной Небесной, и он поразит врага с легкостью, достойной самой Истины...
Часть вторая.
Богиня.
Это ты. Ты сопровождаешь каждое мое движение своими робкими, но такими чувственными потоками. Обнимаешь каждую клеточку тела нежностью. Притягиваешь, как кислород всегда притягивал языки пламени. Невозможность существовать друг от друга… это исступление.
Твой тихий вскрик, заглушаемый моими губами…
Прости, прости, прости…
Я взял бы всю твою боль себе, если бы смог…
Рассыпаюсь дробными поцелуями. Чувственный рот. Прикрытые веки с длинными изогнутыми ресницами. Лоб. По-детски мягкие щеки. Нежная округлость подбородка. Кончик носа… Знаешь, какой у тебя великолепный носик? Руки мои скользят по белоснежной коже, своей мягкостью сравнимой лишь с бархатом.
Двигаюсь внутри. Жарко, влажно, тесно.
Прижимаешся всем телом, оставляя на моей коже следы – будто татуировка, которая проявляется от прикосновения, исчезая через секунду…
Протяжный стон боли давно уже сменился на песню удовольствия, завораживающую меня не хуже, чем дудочка факира влечет кобру.
Толчок…
Горошинки твоих сосков упираются в мою грудь.
Толчок…
Воздух переплетается с нашими стонами. Хриплыми, томными, горячими…
Толчок…