«Чёрный Свет»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Озарение! Так это называете вы, такие существа, что изначально обладают способностью к Воображение, творчеству и так далее. То мгновение, когда одна из частей меня внезапно постигла в полной мере такое чудесное явление, как творческие способности… это иначе, как озарением и не назвать!

— Ты… Одиночка. Один из немногих, кто остался таковым. Тот, с которым Эден и Зион столкнулись пятьсот лет назад у планеты Земля…

— Да… моя эволюция и развитие пошли несколько иным путём по стечению обстоятельств. Я обрёл Воображение и Творчество. В полной мере, а не в той имитации и попытках повторить это свойство большинства разумных существ, что есть у Мыслителей в парах. Я и до этого был… более склонен изучать логику разумных существ и действовать более не стандартно, а уж после того, как получил эту способность… знаешь, а ведь это я придумал создавать те проекции, поглотив которую, ты эволюционировал. Остальные всегда предпочитали дроби ь разумных на мелкие племена, чтобы те конфликтов али друг с другом. Но я понял, что это вовсе не так эффективно, как хотелось бы.

— К чем ты все это говоришь? Стремишься продлить свою жизнь? — спросил я.

— Чем больше я анализировал действия свои, своих предков, остальных своих со родичей, тем больше понимал, что наш метод действительно… несколько не эффективен. Я стремился найти другой путь. И нашёл. Я прекратил циклы ещё в галактике Андромеда лет триста с лишним назад, когда ты ещё только начинал охоту на мой вид. Я изучил то, что о тебе известно. Навестил Землю, изучил то, что там известно о тебе — ты ведь до сих пор очень известен, даже столько времени спустя, — даже по наблюдал за твоими сородичами — раз сто чуть не попался, — после чего понял окончательно, что наш путь, «Сущностей», как ты нас называешь, неверен. Так что да, я надеюсь на то, что смогу с тобой просто договориться. Я изменился и моё видение мира, видение всего, сильно изменилось. И я хочу всё это сохранить. Потому и не сражаюсь, не пытаюсь сбежать. Напротив, я сам ждал тебя и даже готовил для тебя подарок, в знак моей надежды на примирение.

Существо протянул мне флейту, на которой он ранее играл.

Рассматривая её куда как более подробно, я видел, что это ни разу не просто музыкальный инструмент. Невероятно сложно устройство, многомерный артефакты механизм для воздействия на реальность путём создания гармонических колебаний струн глобального механизма бытия, через резонанс колебаний механизма и псионической поля играющего.

Понятно, почему успехов существо, стоящее передо мной никаких почти не до билось — псионические силы существа были просто мизерны.

Это мерное устройство создавалось словно специально для меня.

Изучив устройство механизма, признал невероятное исполнение. Можно сказать, что это технология, доведённая чуть ли не до идеала. И при этом ничего, что несло бы в себе хоть какие-то функции, которые были бы направлены на нанесение мне урона или желание хоть как-то мне повредить.

— Последние семьдесят лет я создавал эту Флейту и ещё семь лет пытался научиться играть. Однако, мне функционал Флейты не очень подходит… — сказало существо.

— И как ты себе представляешь дальнейшее общение? Я просто отпускаю тебя? Оставляю такую угрозу позади себя? Того, все сородича кого, были мной же уничтожены? — с некоторой иронией спрашивая я, всё ещё рассматривая, можно сказать, полноценный артефакт, который так и не терпелось использовать.

— Твои опасения более чем понятны. Потому… я бы хотел попросить тебя, сделать меня частью твоей семьи.

— … я тебя понял, — кивнул я, подумав над словами существа.

Если он изучал мою историю все эти годы и узнал о моей семье достаточно, возможно контактируя с культистами в разных отражениях Земли, то знает, что я знаю обо всем, что творится в мыслях и намерениях своих созданий, коими являются все члены моей семьи, а их жизнь прямо зависит от моей. Умру, каким-то образом, я — умрут и все члены моей семьи.

Став одним из нас, Сущность станет полностью под контрольным мне, я буду знать о каждой его мысли, размышления, выводах, желаниях, действиях и так далее, а так же в любой момент смогу убить его. Он буквально станет частью меня и не сможет сбежать, предать или что-то ещё.

— Да будет так, — сказал я, подходя к Сущности в один шаг и касаясь его абсолютно белого тела без каких либо изгибов, что тут же стало покрывать я сетью моего вируса.

Всё то, что я мог бы получить от поглощения этого одиночки, я получу и так — знания, информация, все это и так станет моим. А энергия… сейчас любая из Сущностей несёт в себе оной слишком мало, чтобы это хоть что-то для меня значило. Ранее я никогда не делал частью себя Сущностей, потому что… не видел в этом смысла — они ничтожны создания природы, практически не способные к самостоятельно у развитию. Но этот случай… если он действительно сумел переступить через эту проблему и недостаток своего вида, то он достоин стать членом моей семьи.

Перехода на живую планету не требовалось — в этом существе и так достаточно ресурсов и энергии для эволюции, а потому процесс происходил прямо здесь, на раскалённой льдистой поверхности планеты, что быстро остывает в тени моего тела, окутавшего планету.

Процесс был масштабным, приносящим на планету не малые разрушения, но, как и все прошлые, в конце концов завершился рождением нового истинно многомерного существа.

Во время, пока происходило перерождение, я более чем достаточно изучил все те огромные знания, что нёс в себе одиночка. Пожалуй, можно сказать, что он действительно сделал огромный скачок в эволюции своего вида, приобретая многие уникальные особенности, не свойственны ранее другим сущностям. И теперь все это так же стало и моим в том числе…

Через несколько часов рождение нового собрата завершилось. Он не сильно изменился в плане личности — он и так был разумным и самосознающим себя многомерным существом, но его физиология претерпел колоссальные изменения.

Впрочем, на его силах это сказалось только положительным образом! Все силы и способности, что он имел в своей прошлой жизни, после перерождение стали лишь ещё более простыми в использовании, при этом гибкость их использования многократно возросла.

— Это… невероятно… — тихо говорил он мне, сто на поверхности планеты, свернувшись вновь в компактную антропоморфную форму. — Сильно отличается от того, что я ощущал ранее…

— Очень сильно отличается. Да… — кивнул я, пока щупальца моего тела вокруг планеты стали распутываться, вновь открывая путь звёздном изучению на поверхность планеты и быстро оную нагрева. — Я проверил твою память. Ты заслужил жизнь. Отныне твоё имя — Великий Вратник. Твои способности в связывание нескольких точек пространства в одно целое, не зависимо от мерности и расстояния, намного превосходят таковые даже Великого Странника — у него другая специализация. Потому, тебе подходит.

— Благодарю… — сказал Великий Вратник, — Какова моя задача?…

Огромное, практически необъятно тело колоссального существа медленно проникало, словно через бесконечно малую точку, в место, вовсе не поддающееся какому-то описанию. Бесконечное переливание слабо заметной, практически не существующей энергии в ничтожно малой концентрации создавали ярки и завораживающие узоры, расстояния между которыми просто невозможно определить, ведь даже самого понятия геометрии пространства в этом месте небыло.

Колоссальное тело проникало в это место, порождая волны изменения окружающей реальности, окружающего бытия, что само стремилась уподобиться высокоструктурированному, но не способное сделать это в полной мере, порождало лишь искажённое, мало качественное подобие величественного многомерного организма.

Полностью оказавшееся в этом необычном месте тело взирало на него миллионами глаз разной структуры, размера, осознавало окружающее Бытие бесчисленным количеством органов восприятия энергии, материи, излучений и явлений.

«Вот он, изначальный бульон мироздания, — думал про себя колоссальное существо, — Огромная свалка, фабрика и завод по производству деталей механизма реальности и бытия. Для Сущностей — бесполезное место, где практически ничего не существует, для меня — бесконечно огромный холст для любого творчества, для всего, что бы я не придумал. Отлично…»