Читать книгу «Тот самый сантехник. Трилогия (СИ)» онлайн.

— Так там нет сортира.

— Так давай сделаем в следующем году. Скважину не долго пробить.

— Шутник ты, Боря… зачем мне теперь дача? — ответил Степаныч с грустинкой в голосе и Глобальный тут же перевёл тему, а затем распрощался.

Телефон у автомобиля зазвонил тут же. Звонила Наталья. Пока устраивался поудобнее за рулём и заводил мотор, тело припомнило все приятные ощущения, а разум выслушал интересное предложение от рыжей нимфы:

— Борь… я тут готовлю. Ты придёшь на ужин?

— Ужин? Приду! — ответил тут же Глобальный без раздумий, не столько желая есть, сколько уже представив, как будет отмечать окончание первого рабочего дня на интенсиве. Весело и задорно, но без грамма алкоголя и никотина.

«А это уже какой-то ЗОЖ получается!» — тут же прикинул внутренний голос.

— Только не знаю во сколько освобожусь, — добавил сам Борис женщине приятной наружности.

Считать её любовницей он не смел. Так как не был женат, да и она не замужем. А насчёт статуса можно и вечером определиться.

— О, не переживай… я дождусь, — ответила счастливая Наталья. — Столько лет ждала…

Борис улыбнулся. Не было никаких сомнений, что дождётся. Вот только бы не рисовала других мужиков украдкой.

Искусство должно быть открытым.

Глава 18 — Смеркалось…

У кого как вечер проходит. Когда солнце клонится на закат, город погружается в суету перед отходом ко сну. Но столько всего интересного может произойти за эти уже не рабочие часы, что успевай головой вертеть.

Боря, например, успел к вечеру пройтись по трём одиночным заявкам, подкручивая краны, подтягивая трубы и меняя прохудившиеся резинки и зашёл в магазин взять хорошего вина к ужину. А начальник его жилищно-эксплуатационной конторы Антон Иванов примерял платье в кабинете у зеркала и считал минуты до конца рабочего дня.

Пусть его давно и считал «излишне-продвинутым» весь район, платье он купил всё же не себе, а любовнице. А сейчас представлял, как та будет в нём выглядеть. И решал в уме загадку на тему «сколько понадобится времени охраннику, чтобы выдворить толпу посетителей из здания, чтобы пройти в соседний двор, сесть в автомобиль и укатить домой», чтобы любовница то платье могла примерить. А он, соответственно, снять его с неё под медленную музыку.

А потом что? Потом домой, ужинать с семьёй. Там давно не спрашивают, где он задерживается час-другой. В городе всё-таки вечерний час-пик, пробки и «работы много, люди совсем озверели». Жена только посочувствует, отравит мыть руки и будет ждать у стола.

Ах, если бы она знала, что от дома любовницы до дома жены ехать ровно два километра, или три минуты, включая возможную пробку на одном единственном светофоре по дороге

Под окнами конторы свой автомобиль Иванов давно не ставил. В лучше случае ему пробивали колёса или откручивали зеркала. А в худшем писали скабрёзные слова, а то и кричалки, где чаще всего рифмовалось имя. В такие вечера приходилось не к Оксаночке заскакивать цветы дарить, а в мойку ехать, где ему уже скидку как постоянному клиенту делали.

Но Антон имя менять не собирался. Как и политику компании. В конце концов, он делал всё, что мог: поддерживал в тонусе сотрудников, нанимал новых людей, бросал их на наиболее критичные, давно прохудившиеся участки, старался закупать материл подешевле, оптом, договариваясь с поставщиками напрямую, а в последнее время вообще договор заключил с колледжем имени Артёмия Тапочкина «на поставку» первоклассного сантехника.

А они что? Прислали не пойми кого, что отработал один день и был таков. А за него уже деньги уплачены, что по сути окупили его почти трёхлетнюю учёбу. В розыск парня что ли объявлять?

Роман сам подписал договор последующего трудового найма, но где его теперь искать? Не понятно. Как не было понятно Иванову, почему молодёжь не спешит идти к нему на работу. Только одни люди старой закалки и остались.

Но среди всех этих проблем, Антона больше всего бесили последние минуты работы. Сидишь в оккупированном офисе, как в засаде, выжидаешь. Хорошо окно на втором этаже, а то не только бы яйцами закидали, но и смотрели испепеляюще через решётку. А он верит в сглазы. От них то живот скрутит, то сыпь на причинном месте. Но Оксана умная, и вовремя даёт ему таблетки, «чтобы перед женой не спалился».

Оксана добрая. А абоненты злые. Клиенты «управляйки» шутить не любят и всегда чего-то требуют. Нет бы, чтобы хоть раз поблагодарили. А то тарифы им не нравятся. Он те тарифы что ли регулирует? Подкручивает столько, сколько говорят. Правда, всегда в сторону максимума. Но это чтобы собрать средства на обновление. Трубы к зиме сами себя не поменяют.

А их много надо… было. Впрочем, до следующей зимы потерпят. А там он уже весь район перероет с полноценной заменой. Если конечно, Оксаночка новый автомобиль не попросит. С другой стороны, горловой минет сам себя не сделает. Да и анальный секс — всегда пожалуйста. Тогда как жена Марина предпочитает классику.

За тяжёлыми раздумьями о тратах, трахах тела и головы, и жизни на две семьи, Антон зашёл на сайт своей конторы. Поморщился от отзывов.

— Да сам ты… Антон! — буркнул даже начальник, откинулся на стуле и начал листать длинным скролом, водя широким мазком пальца по экрану.

Все отзывы как под копирку, а самые цензурные слова это «плохо» и «ужас». Средняя оценка ЖЭКа составляла две звезды из пяти. Ниже только дно, которое они проломят и можно объявлять о банкротстве. Тогда никаких тебе внедорожников в соседнем дворе, поездок на курорт два раза в год с семьёй, и платья любовнице.

И тут Антон остановил палец. Так как среди отзывов не единицу, двойку и в лучшем случае тройку, а увидел пятёрку.

— Что же это… померещилось?