Читать книгу «Тот самый сантехник. Трилогия (СИ)» онлайн.

Но как известно, кто не рискует, тот не пьёт шампанского. До аванса всё равно ещё три дня тянуть. Другого выбора нет. А до юбилея считанные часы остались.

«Выбора нет», — решил Хромов, пыль с четвёртого микрочипа стёр, на тряпочку для протирания телефона новую все четыре образца положил, что выглядела как бархатная, и принялся кумекать над упаковкой.

На ум приходили два варианта: положить в коробочку из-под обручального кольца, но там мало места и открыть-проверить могут. И купить пластиковый кубик и запаять туда со всеми концами, чтобы смотреть только можно было. А подложку и приклеить можно, чтобы чипы не попадали.

— Если хочешь сделать всё по уму, то вложения, вложения, и опять вложения, — снова вздохнул капитан, фуражку поправил и заявил. — Всё, едем на задержание. А дальше как получится!

Глава 25 — Мама, роди меня обратно

Настоящее.

Много всего произошло за день. Но, как и любой другой день, этот имел свойство заканчиваться. Как говорил Соломон «и это пройдёт». И кто бы мог ему возразить? Только глупец, который уверен, что однажды солнце взойдёт на западе.

Глупцом Борис желать не бывал, но часто оказывался в дураках. Вот и в эти минуты его калёным железом жгло ощущение, что дико затупил. А звонить теперь всем среди ночи и всё исправлять разом — не выйдет.

Спят люди. Завтра всё. Или лучше, послезавтра, чтобы наверняка.

Да только ощущение недоделанного утра ждать не собиралось. И сон перебило. С тем гадким ощущением, сродним войне совести и желанием забить на всё болт, Боря остановил автомобиль у ночного подъезда.

Там отныне не работала лампочка. Если раньше за этим чутко следил Антон Сергеевич, то теперь бывший начальник сидел и следили скорее за ним. Некому наводить комфорт у дверей любовницы, когда по расписанию кормят и водят в душ.

Боря вздохнул, снова прикинул за что первое хвататься; кому звонить, кому писать. Но время уже позднее — двенадцатый час ночи. Писать или звонить с вопросом — «спишь?» автоматически означает прослыть мудаком.

Ночь — время покоя. Суеты не терпит. Тишину любит. Вот и рядом немного храпело, чаще посапывало и порой даже плямкало губами. Рыжий работник медленно, но верно впадал в анабиоз, замерзая и сжимаясь в комочек. Очумевшее от объёма тренировок тело плавно понижало температуру и отключалось в режим самосохранения: конечности подрагивали, желудок урчал, требуя восполнения ресурсов. При этом брательник не забыл пустить удушающего шептуна. Но то уже не по свей воли, а от работы системы сжатия-расслабления. Наглядно продемонстрировал, что работает физика.

Боря, не стал дожидаться окончательного отключения брата, только открыл окно и растолкал пассажира в плечо:

— Рома, просыпайся. А то обосрёшься ненароком.

— Что? Я? Не-е.

— Дуй домой спать, говорю. Считай забор поставил, — улыбнулся Боря. — Завтра трогать тебя не буду, высыпайся. А вот насчёт послезавтра потом подумаем.

— Мы уже приехали? — потянулся брательник, потёр глаза. А те красные от бетонной и обычной пыли. Очки хардкорщик предпочитал при сверлении не надевать по принципу «и так сойдёт». — А ты чего, не пойдёшь? Паркуйся. Хоть чая попьём.

— У меня ещё дела, — ответил Глобальный, даже не пытаясь намекать насколько их много и что за гад их умножает надвое каждый час. Порой ему казалось, что его судьбу пишет какой-то чокнутый гиперактивный сценарист, не давая побатониться на диване даже жалкие пару часов.

— А… ну бывай тогда, — не стал требовать конкретики Роман.

Его в своей судьбе как раз всё устраивало. Женщины стали появляться вместо картинок. А в группе даже прогресс наметился. Жаль, конечно, что первую группу бросить придётся. Так ни на один эфир и не пробились. Но с другими ребятами он обязательно коснётся Олимпа рока и войдёт в Зал Славы хеви металла.

— Спасибо за пятёру.

— Тебе спасибо за помощь, — ответил в свою очередь Борис, но тут же добавил. — Но не вздумай копить на кольцо раньше тридцати.

— Почему? — не понял рыжий.

— Знаю я одного такого затейника… хреново вышло, — вздохнул Глобальный. — Лучше загранник делай. Там ещё визу оформлять, все дела. Скажешь, я добавлю.

— О, точно! Германия же! — тут же отмёл всю идею со свадьбой «с самой лучшей женщиной на земле» беспечный Ромка и добавил отсебятину. — Если за границу свалю, не призовут же!

— Ты как-то странно всё понял, — скривился Боря. — Я тебя отправляю опыта набраться как молодого специалиста, а не скрываю от службы Родине.

— А что? Можно и задержаться. Эпидемии кончились, мода на мову как страшный сон прошла, — припомнил рыжий всю геополитическую ситуацию в мире, о которой не давали забыть многочисленные ток-шоу. — Европа теперь, конечно, голодает, но сколько эмоций!

— Ладно, эмоциональный ты наш, — вздохнул Борис. — Всё равно вернёшься и отслужишь. Так или иначе. Немного дисциплины тебе не повредит.

— Это если вернусь, — подмигнул брат, уже создав альтернативный план по развитию жизни и её дальнейшего виденья, где весь Берлин рукоплещет его группе, а Раммштайн стоит на разогреве.