Он поднял руку и сцепил пальцы. Шепот на языке Огня слетел с его губ, и пламя в очаге по его команде взметнулось еще выше. Оно горело так ярко, что у Кас заслезились глаза.
Даркхэнд сделал несколько шагов к пламени, подбрасывая на ходу мешок с драгоценными цветами вверх и вниз.
— Подожди, — Кас внезапно вскочила на ноги и в следующее мгновение пересекла комнату. — Не… не уничтожай их. Пожалуйста.
— Ах, ты наконец-то сказала пожалуйста.
Он повернулся к ней. Склонил голову набок и указал на грубый деревянный пол.
— Но теперь я хочу, чтобы ты показала свои манеры, стоя на коленях.
Она ощетинилась. Она никогда не стала бы просить для себя. Даже ради собственной жизни или здоровья.
Но она волновалась не о своей жизни.
И мужчина, стоявший перед ней, знал это.
Так что мне остается только смириться.
Насмешливо взмахнув руками, она присела в легком поклоне, а затем опустилась на одно колено. На оба. Ее руки сжались в кулаки, которые дрожали от усилий не ударить Даркхэнда в живот, но ей удалось прижать их к полу.
— Ты прекрасно смотришься с этого ракурса.
Он опустился на колени и на мгновение коснулся ее щеки, прежде чем схватить ее за волосы и поднять ее лицо, чтобы она смотрела на него.
— А ты все еще выглядишь как ублюдок с моего ракурса, — ее улыбка больше походила на оскал.
Он отпустил ее и снова выпрямился во весь рост. На очень короткое мгновение в комнате повисла тишина.
Затем последовала вспышка движения, и его лезвие оказалось у ее нижней губы. Оно поднялось выше, кончик застрял между ее зубами, обнажая ту порочную улыбку, которой она одарила его. Острое жало и холодный металлический привкус на языке заставили ее содрогнуться.
— Твой рот сегодня сильно испытывает мое терпение, — пробормотал он. — Похоже, его нужно чем-то занять.
Мрачный хор смешков и перешептываний раздался со всех концов комнаты.
Она сама не смогла должным образом ответить, когда он глубже просунул меч ей в рот. Не требовалось многое, чтобы лезвие обожгло и проложило путь к ее горлу. Но он не станет этого делать.
Или станет?
Их история была запутанной, но долгой, и их редкие физические стычки никогда не приводили ни к чему большему, чем к незначительным ожогам и царапинам. Но все же…
Звук открывающейся со скрипом задней двери заставил Даркхэнда взмахнуть мечом в сторону шума, прорезав дорожку изо рта Кас и по ее щеке. Лезвие вспыхнуло красным, и вскоре обжигающая боль охватила порезы, оставленные лезвием. Она подавила крик и проглотила желчь, которая поднялась, когда запах ее собственной обожженной плоти наполнил воздух.
Даркхэнд держал меч под углом к лицу Кас, глядя в сторону двери — и женщины, которая только что вошла через нее. Женщина сказала что-то на языке, похожем на язык Огня. Даркхэнд ответил короткой, отрывистой фразой на том же языке, и женщина поспешно закрыла дверь, заперла ее и исчезла в правом коридоре.
Затем Даркхэнд повернулся к тому же мужчине, который принес ему цветы Призмы.
Кас заметила, что у него на запястье была метка.
После торопливо произнесенного шепотом заклинания эта метка начала светиться, и ее форма стала более очевидной: Воздух. Самые сильные из тех, кто отмечен низшим духом Воздуха, могли показывать больше, чем просто изображения и сообщения в пространстве — они могли создавать порталы, которые переносили целые вещи и даже людей в отдаленные пункты назначения.
И этот мужчина, по-видимому, был одним из самых сильных, потому что через несколько мгновений он и его заклинания вызвали один из этих порталов; он поднялся с истертых деревянных полов, как гейзер бледно-зеленого пара и дыма, и в конце концов превратился в светящиеся, смутно напоминающие дверь врата.
Кровь капала изо рта Кас и из кривой, обожженной дорожки, прорезанной вдоль ее щеки. Она не могла остановить болезненный, судорожный вздох, который вырвался у нее, когда она попыталась открыть рот шире, чтобы убрать напряжение с челюсти.
Даркхэнд обернулся на звук. Его рассеянное выражение лица на мгновение стало самодовольным.
— Ну, по крайней мере, мы квиты после того неприятного пореза, с которым ты оставила меня в прошлый раз, а?