Читать книгу «Миссия невыполнима» онлайн.

— "Воздушный щит", "Водный щит", "Водная стрела", " Водная стрела"… Хмм?

Почему-то, заметив полусферическую вспышку ауры магической защиты, магесса замерла с удивленным видом и не контратаковала в ответ. Может потому, что понимала, что против моих щитов её атаки не бессмысленны, а может причина крылась в чём-то другом, но отразив ещё одну "Водную стрелу" амулетом, следующую она приняла прямо в грудь, даже не заслонившись инстинктивно руками.

Первая и единственная прошедшая защиту атакующая магия вызвала на лице магессы болезненный шок, сбила её с ног и заставила рухнуть на пол без чувств. Я так думал. Заклинание с уроном в шестьдесят единиц не сможет никого убить с одной атаки. Но я ошибался. Эльфийка оказалась кране хрупкой. Когда я подошёл, чтобы заломить ей руки за спину, с удивлением обнаружил, что она не просто валяется без сознания, а реально не дышит! Померла от одного слабейшего заклинания. Блин. Я даже не предполагал, что у эльфов может оказаться так мало жизни. Людям нужно было нанести от сотни урона, чтобы убить, а тут…

Похоже, в погоне за уровнем, я немного перекачался. Тридцать пять полученных вчера в бою очков интеллекта и мастерский умножитель сыграли со мной злую шутку. Меня убийство эльфийки совсем не радовало. Я его не планировал. Просто хотел её остановить, пока она не поубивала всех моих гостей, а теперь придется потратить лишний "Жезл воскрешения" из-за того, что я не учёл природной хрупкости противника. Обидно.

Что сказать, после сцены неумышленного убийства сильнейшей магессы всех шести королевств, оставшиеся в живых к началу разговора по теме гости стали вести себя очень робко и демонстрировать полную готовность к сотрудничеству. Не таясь рассказали мне, что интересного есть у них в сокровищницах, и были готовы этим поделиться, если я позволю им покинуть замок и саму Северную Шилдарию… живыми.

Отличные предложения я получил от всех трёх правителей южных стран. Никаких требований ко мне и полная готовность раскошелиться для моих нужд по первому обращению. Я получил фонтан лести и театр напускного радушия. Гостям ничего не жалко для великого и могучего героя, даже собственных дочерей и племянниц. Такие отзывчивые и щедрые люди. Так и хочется что-то хорошее соврать в ответ. Языком трепать, не мешки ворочать.

Однако, даже напуганные мной, мужчины в один голос утверждали, что никаких магических артефактов у них в сокровищницах нет и никогда не было. И о нашествии героев они мало что знали. Для них это была овеянная мифами древняя легенда, о которой могла что-то знать лишь такая же древняя полуэльфийка — троюродная четырнадцать раз прабабка Финкриша Второго, которой, по его словам, в этом году должно было исполнится уже четыреста лет!

Я поинтересовался, где я могу найти эту уважаемую женщину, но оказалась, что именно её я недавно и убил. Далеким предком Финкриша являлась эта самая принцесса Зерона Шилдарская! Вот так новость! Как неловко вышло. Убил уважаемого всеми предка. Я стал копать немного глубже, пытаясь выяснить, как вообще эльфийская кровь попала в родословную правителей Шилдарии и услышал просто шокирующую новость. Зерона — единственная дочь легендарного эльфийского героя Зеро и ставшей уже не менее легендарной королевы Виолы.

Все нынешние потомки уважали эту дальновидную правительницу и называли её не иначе, как Виола Мудрая. Она не развязала ни одной войны, и смогла с помощью одних лишь умелых брачных союзов, объединить под властью её сына Рональда Второго всю Великую Шилдарию, включившую в себя несколько Герцогств и Королевств.

Я никак не мог отойти от шока после заявления Финкриша, что принцесса Зерона, дожившая до сих пор из-за эльфийской крови и упорных занятий магией, действительно родная дочь Виолы. Я не ошибся в расчетах. В "Перекрёстке" действительно прошло ровно четыреста лет, и если магесса родилась от Зеро, то она — моя дочь!

В таком случае надо было всех этих бесполезных людей поскорей отправить по комнатам, а самому заняться оживлением, умиротворением и расспросами дочурки. Я прикидывал в уме, на какой ноте закончить разговор, и тут городская стража привела в замок плененного ею, ранее бежавшего из горного храма короля Мурзака.

Мои планы немного изменились. Лучше я проведу допрос до того, как оживлю Зерону, чтобы не пришлось её опять удерживать от желания расправы. Честно говоря, я не знал, что от неё вообще можно ждать. Вдруг, она совсем обозлится и попытается меня убить? Надо будет перед ней извиниться, хорошенько объясниться, но перед оживлением лучше крепко привязать её к стулу, чтобы не навредила.

Встретил я своего первого врага также в гостиной цитадели, причём, не отпуская по своим комнатам моих вежливых и щедрых собеседников. У меня ещё имелись к ним вопросы, довольно много вопросов, а у них могли быть интересные вопросы к пленнику. Я решил проявить щедрость и дать моим новым, сговорчивым партнёрам из первых уст узнать у вражеского главаря, его ли люди убили их бесценных слуг в подгорном лагере или нет. Пока это не выяснить, среди правителей будет царить напряженность и атмосфера недоверия.

Надо сказать, для пленника, гордый и надменный король вел себя весьма смело и даже нахально. Он свысока смотрел на низкорослого, кривоногого, плешивого и не в меру тучного Финкриша, и был уверен, что тот ничего не посмеет ему сделать, пока его жизнь стоит немалого выкупа или жива принцесса Зерона.

Магесса сама любила вершить суд, и у неё Мурзак надеялся вымолить прощение, пообещав сделать всё возможное и невозможное, чтобы её жизнь стала ещё беззаботней и комфортней. Он жил с ней бок о бок и выполнял все её прихоти двадцать лет. За такую долгую и верную службу можно многое простить, даже неудачную попытку покушения.

Одним словом, Мурзак не боялся Финкриша от слова совсем. Северная Шилдария — очень бедное королевство с ограниченными ресурсами, скудной, каменистой почвой и единственным крупным городом, в котором проживало не больше тысячи жителей. Если бы не волей случая доставшиеся уродцу после таяния льдов обширные запасы питьевой воды, ему вообще нечем было бы наполнять свою нищенскую казну и платить воинам и слугам. А после грандиозного пожара ему очень потребуется золото для закупки зерна, вяленой рыбы и новых стражей-наёмников.

Пленник надеялся, что за ценный выкуп или по одному приказу грозной прабабки его отпустят назад к войскам. А как только он окажется в безопасности, то закончит начатое, приказав своим людям сравнять столицу Севрной Шилдарии с землёй. Так и будет! Однако, Мурзак до сих пор не мог понять, куда подевались годами опустошавшие его казну бездельники. Неужели они умудрились заплутать в потемках и прошли мимо города в узкой горной долине, где все дороги ведут к нему? Невозможно. Мурзак даже начал подозревать, что его просто разыгрывают ложным пленением. Ох и задаст он трёпку шутникам!

Король Мурзак заходил в гостиную цитадели с гордым видом победителя, но его лицо быстро потеряло самодовольное выражение, когда он увидел меня и лежащее под стеной окровавленное тело короля Штромвуда, а рядом мертвецки бледное, с застывшей эмоцией боли на лице, тело его двоюродной прабабки.

Я не стал воскрешать Зерону сразу и при всех, чтобы по максимуму воспользоваться произведённым её "смертью" эффектом. На угрожающем фоне двух убитых представителей королевских кровей и начал допрос враждебного правителя Южной Шилдарии, позволяя по очереди задавать вопросы и всем присутствующим в гостиной гостям.

Надо отдать должное королю Мурзаку. Он был смелым и даже бесстрашным собеседником. Гордо смотрел мне и другим в глаза и отвечал то, что хотел, не заботясь о том, понравится это его слушателям или нет. Он без тени стеснения признался в попытке захвата заложников. В присутствии короля Восточной и Западной Свордарии назвал их своими главными соперниками и тут же добавил, что уверен, что они вынашивали точно такие же планы, и он ни капли не удивится, если прямо сейчас его ослабленную отходом основных войск столицу осаждают их объединённые армии.

— Вздор! — нарушив установленный порядок, поспешил возразить один из двух южных правителей, а второй лишь криво усмехнулся и добавил:

— Если бы не постоянные просьбы о мире твоей покровительницы, мы бы давно разобрались с тобой. Я бы и своими силами справился, если бы мой миролюбивый брат отказался участвовать.

— С удовольствием на это посмотрел бы, мой самоуверенный друг. Раз Её Высочество нас больше не сдерживает, давай выясним, кто из нас двоих достоин править севером. Однако, мне нужно воссоединиться со своей армией. Так и быть, я заплачу выкуп, раз уж вы меня схватили. Даю слово короля Великой Шилдарии, что не воспользуюсь своим выгодным положением, чтобы опять взять вас всех в плен. Я не отступлю от обещания. Встретимся на поле брани на границе наших стран, — разжигая ответный азарт соперничества у правителя, которого считал своим единственным достойным противником, заявил Мурзак.

— Сразимся мы или нет, увы, решать не мне. Только наш почтенный герой может сказать, согласен он отпустить тебя за выкуп или нет, — жестом указав в мою сторону, заявил король Восточной Свордарии.

— Герой? — удивился здоровяк и с нескрываемым пренебрежением посмотрел в мою сторону, — Почему вы, облеченные истинной властью и могуществом правители, позволяете какому-то чужаку решать, как распорядиться моей жизнью? Все мы потомки одного древнего рода. Давайте решим наши старые противоречия без чужаков, внутри семьи.

— Всё потому, дорогой Мурзак, что этот, как вы выразились "чужак" уже уничтожил всю вашу огромную армию, — не затягивая интригу сообщил правитель Восточной Свордарии, наслаждаясь недоумением и страхом, промелькнувшем в глазах собеседника.

— А ещё он приструнил твою безумную прабабку, — также с нескрываемым удовольствием, добавил его младший двоюродный брат, — больше тебя никто не защитит.

Допрос продлился недолго. Мурзак ничего не скрывал, чем даже вызвал у меня неожиданную симпатию. Он сознался, что его люди атаковали Храм Призыва героев, сам, без давления рассказал, что по его приказу гвардия подожгла спрятанные среди обоза бочки с маслом, но был крайне поражён, что его воины так и не покинули пределы палаточного лагеря, ведь их целью было не физическое уничтожение других гвардий, что вряд ли бы удалось осуществить, при четырёхкратном перевесе противника, а выманивание его по частям к основным силам. Мурзак сам был глубоко потрясён известием, что его элитной королевской гвардии более не существует.

А когда он осознал, что это не просто пустые угрозы и его многочисленная армия действительно уничтожена, то неожиданно рухнул на колени и зарыдал, как больной, умственно отсталый ребенок. Мне даже было неловко на это смотреть и слушать раскатистый, басистый плач. Мурзак не мог поверить, что он полностью разгромлен и тщательно собираемая им двадцать лет армия сгинула в небытие за одну ночь. Когда буря эмоций стихла, мужчина обмяк и стал похож на безвольную куклу. Его потускневший взгляд уперся в безжизненное тело его древней эльфийской прабабки. Мурзак ушёл в себя, замолчал и больше не отвечал на задаваемые ему вопросы, словно его и вовсе не было в комнате.

— Уведите его и посадите в хорошо охраняемую камеру, — приказал я, глянув на Финкриша.