— Установка заработала, — сказал Гварза, не оборачиваясь. — Месяц на испытания, потом — посмотрим.
Гедимин мигнул. Несколько секунд он смотрел на Кенена, борясь с желанием обнять его. «Запустили! Ну, хоть кто-то в этом городе…»
— «Сигму» убрали? — спросил он и сам смутился от нелепости вопроса — при сохранившемся эффекте установка навряд ли проработала бы хоть секунду.
— Убрали, — ответил Гварза. — Научного объяснения, как я понимаю, нет?
Гедимин уставился в пол.
— С ирренцием вообще мало объяснений, — проворчал он, отгоняя шквал воспоминаний. — Спроси у радиофагов. Может, они знают.
Гварза ничего не ответил. В наступившей тишине кто-то еле слышно вздохнул — возможно, он, но Гедимин не видел его лица. «Установка работает,» — повторил он про себя. «Это главное. Но всё было бы проще без дурацких секретов. Хоть сам ищи портал на эту их Равнину…»
24 ноября 18 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити
— Луч! — короткая реплика оператора после долгой тишины показалась Гедимину пронзительным криком. На мониторе зажглись и быстро замелькали цифры — верхнее кольцо мачтовой сборки, зарядившееся до отказа, начинало отдавать энергию выше, на передатчик. С каждой секундой интенсивность излучения возрастала, и цифры мелькали всё быстрее.
— Убрать блокировки! — отрывисто скомандовал Кенен Гварза. — Концентраторы к работе!
Гедимин почти видел, как столб зелёного света поднимается по серебристому каналу внутри энергомачты, — оттуда даже откачали воздух, чтобы снизить рассеяние до нуля; как мощный луч — десятки кьюгенов в секунду! — упирается в кристалл-передатчик, и тот стремительно темнеет. Воронка защитного поля и батареи обсидиановых линз перехватят каждый испущенный им квант; вся энергия пойдёт на подпитку исходящего луча. И если концентратор отклонит его чуть в сторону…
Гедимин мысленно обругал себя и, на секунду прикрыв уставшие глаза, снова взглянул на монитор.
— Луч!
Реплики двух операторов слились в одну, будто они несколько часов репетировали. Гварза тронул пальцем одинокую клавишу.
— Стоунфилд, принимайте.
Другой участок монитора зажёгся и покрылся зелёными значками. Интенсивность росла стремительно — малоёмкий кристалл быстро заряжался и так же быстро всё отдавал. Если бы Гедимин был наверху, он увидел бы в небе две протяжённые вспышки — длинные световые нити, соединившие «Лоривег» с районной подстанцией в Стоунфилде.
— Есть приём, — сказал один из операторов, глядя на маленький зажёгшийся экран. — Ноль девятьсот девяносто два на входе!
Гедимин покосился на исходящий показатель. «Три тысячных на рассеивание. Допустимо…»
— Издержки слабого луча, — недовольно пробормотал Гварза. — Поднять экраны!
Цифры на большом мониторе погасли мгновенно; маленький горел ещё почти секунду, но значки больше не мелькали — луч, отправленный из «Лоривега», был принят и поглощён.
— Первый блок, включить блокировки, — скомандовал Гварза, когда связь со Стоунфилдом отключилась. — Второй блок…
Чужаки, молча наблюдавшие за действиями сарматов, зашевелились, один из них подошёл к Гварзе. Гедимин поднялся на ноги, повёл плечами, разминая затёкшие мышцы. Хотелось высоко поднять руки и потянуться, возможно, даже повисеть на перекладине, растягивая спину и суставы. «Пятый час ночи,» — он мельком взглянул на часы и запоздало удивился: «А «макаки» пришли. Выспались за день?»
— Будем надеяться, что завтрашний предзапуск в «Сатханге» пройдёт так же гладко, — сказал один из чужаков. — Мы ознакомимся с отчётом… А вам следует хорошо отдохнуть, мистер Гварза. Равно как и вашей команде.
«Филки не сменялись,» — Гедимин с удивлением посмотрел на операторов. «Отработали двадцать часов. Мне казалось, они слабее.»
Он вспомнил Амоса, дежурившего без сменщика и засыпавшего за пультом, и недовольно сощурился. «Не надо так. Ладно, сегодня испытания, и реакторы заглушены. Но вообще — не надо.»
— Джед! — укоризненно прошептал Маккензи, подталкивая сармата к выходу. — Ты что, тут жить собрался?
Гедимин в последний раз посмотрел на мониторы. Накопители, отрезанные друг от друга, ещё немного «фонили», отдавая лишнюю энергию, но о десятках кьюгенов речь уже не шла.
— Сто кьюгенов, — услышал он сдержанные пояснения Кенена Гварзы. — Сто и семнадцать тысячных, — блокировка потока тоже требует времени. Ноль тридцать шесть на рассеяние…
— Три тысячных в секунду — в пределах нормы, — отозвался один из чужаков. — Чуть выше среднего, но в пределах. Надо бы свериться с отчётами по радиационной обстановке…
Экзоскелетчики направились к выходу. Вслед за ними пошёл Маккензи, напоследок исподтишка показав Гедимину кулак. Сармат только поморщился.