Существа, ползающие вдоль стены, периодически выпускали белые шипы, и Гедимин невольно отвлекался на их блеск. «Подсвечивают поверхность. Ищут что-то?»
Он снова взглянул на порталы — они оставались на удивление стабильными. «Если бы я их открывал — где бы стоял излучатель?» — он посмотрел на точку, где все три отверстия могли бы слиться в одно. «Лучи сходились под большим углом. Как будто один бил из той стены, а другой…»
— Hasu! — выдохнул Гедимин, выпрямляясь во весь рост. Вокруг камня вздыбились шипастые гребни, и угрожающе затрещали разряды. Вепуат вскочил, развернул плечи, прикрывая Гедимина от возможной атаки.
— Смотри, — сармат, едва обратив внимание на угрозу, развернулся к правой стене. — Оплавление! Первый источник был там. Потом — смещение вниз, видишь? Та же жила, другая конкреция. Тогда третий… да, как раз под оплавленным. Псевдообсидиан… Всё сходится!
Вепуат растерянно мигал, глядя, как Гедимин скрещивает руки, показывая направление лучей. Снизу донёсся громкий треск, а потом — вибрирующий звук на низких частотах. Когда он надавил на уши, Вепуат взглянул через плечо Гедимина и коротко вскрикнул. Ремонтник обернулся и увидел, как на стене — там, куда он недавно показывал — вздувается живой светящийся пузырь.
«Первый источник. Нашли,» — мелькнуло в голове, и тут же на другой стороне зала зажёгся второй пузырь. «И ещё один. Так и есть. Две богатые жилы. Два луча… три пары по два луча. Слишком много ирренция в маленьком объёме…»
Звук стал громче. Живая масса заколыхалась. Вокруг камня, на котором сидели пленники, поднимался высокий вал, но в две стороны от него — по направлению к светящимся пузырям — открывались свободные коридоры. Гедимин спрыгнул в один из них — звук затих.
— Чего они хотят? — тихо спросил Вепуат, спустившийся вслед за Гедимином. Тот пожал плечами.
Существо, сделавшее из себя световой указатель, не опускало «голову», пока Гедимин не подошёл к пузырю вплотную. Тогда оно медленно отползло, открывая участок стены, стеклянисто блестящий в тусклом белом свете. Гедимин поднёс к нему ладонь и почувствовал знакомое тепло и слабое покалывание в кончиках пальцев. Сингит залегал неглубоко, — тонкая, в руку толщиной, рудная «нитка», уходящая вертикально вниз.
— Здесь, — сказал сармат, глядя на кольца живых валов. Существа сползлись со всего зала, оставив на той стороне только «маяк» над вторым источником излучения.
— Сингит. Высокая концентрация, — он растерянно оглянулся на Вепуата. — Нужно убрать. Тогда…
Он кивнул на порталы и жестом показал схлопывание. Живые холмы заколыхались. На секунду что-то больно надавило на уши.
— Ты что-нибудь понял? — тихо спросил Гедимин. Вепуат качнул головой.
— Они не нападают. Скажи им, как убрать сингит. Жестами. Может, так поймут.
— Где я им бур возьму? — сармат, фыркнув, снова повернулся к стене. — Убрать.
«Они даже не слышат. Слишком высокие частоты,» — думал он, пытаясь жестами изобразить выламывание фрагмента из стены. На третьей попытке что-то резким толчком отбросило его в сторону. Живая масса спружинила под ним, смягчив удар, но помешав аккуратному приземлению. Ещё не успев подняться, Гедимин услышал грохот лопающегося камня, и его обдало рудной пылью. Живые холмы расступились, сбросив сармата с себя, и он, мягко приземлившись, увидел у своих ног горку блестящих обломков. Светло-серые кристаллы, мелкие, но многочисленные, слипались в щётки, окутанные слабым зеленоватым светом.
«Флоний,» — сармат, досадливо щурясь, потянулся за ампулой. Существа ждали. Вепуат, протиснувшись мимо Гедимина, подобрал рассыпанные друзы и тут же рассовал по карманам.
— Я себе ввёл, — успокоил он вскинувшегося Гедимина, показав распухшее предплечье. — Мне не опасно. Надо же, какие здесь залежи! Будто всегда тут и было…
Гедимин смотрел на аккуратный пролом в стене. Участок, переполненный ирренцием, вырвали из массива, — больше не было ни свечения, ни тепла. Громыхнуло на другом краю зала — видимо, «охраннику» с «фонарём» объяснили, что ему делать с находкой.
— Теперь — всё? — спросил Вепуат, глядя на Гедимина. Тот пожал плечами.
— Скорее всего. Процентов на девяносто. Надо будет потом пройти с дозиметром и буром.
Вепуат развернулся к самому высокому из живых холмов и с широкой ухмылкой указал на порталы.
Когда застывшая на секунду масса пришла в движение, Гедимин залез на камень повыше и втащил за собой зазевавшегося Вепуата. Несколько минут только и слышен был шорох ползущих, перетекающих тел. Отдельные организмы неразличимо слились в один, непрерывным потоком уползающий в портал. «Один портал,» — отметил про себя сармат. «А в те два никто не лезет. Закрыть?.. Ладно, подождём, пока все проползут.»
— Ещё один сидел у подъёмников, — вспомнил он. — Его не забудут?
— Вот он, — Вепуат указал на огромный ком живой массы, стремительно перетекающий через завалы. Он успел ухватиться за «хвост» последнего уползающего и, сузившись до ширины портала, за пару мгновений втянулся в светящуюся дыру. В зале стало тихо и почти темно, только порталы тускло мерцали.
— Всё, — сказал Гедимин вслух и, столкнув Вепуата с камня, направил излучатель на три дыры в воздухе. Они начали сужаться раньше, чем погас невидимый луч, но сармат не выключал пульсирующий пучок сигма-квантов, пока все три портала не закрылись, и темнота вокруг не стала непроницаемой. Рядом шумно вздохнул Вепуат.
— Вот и весь контакт с чуждым разумом, — сказал он, зажигая фонарь. — Занятные существа, верно?
Гедимин молча кивнул. Ему было не по себе — сейчас, когда всё вроде бы закончилось, едва ли не сильнее, чем в заложниках у непонятных ползучих тварей. «Эти чужаки… Они знали, что такое ирренций. Знали про порталы, про сдвоенные пучки…» — он криво ухмыльнулся. «Может, у них там свои реакторы есть?»
— М-да, — Вепуат протяжно вздохнул, разглядывая оставшиеся на полу параллельные насечки. Их было очень много, и они причудливо переплетались, — какие-то выступы на «брюхе» гигантских «слизней» исцарапали весь пол и камни завалов.
— Повезло нам с ними, — сказал Вепуат, перекладывая дрон из одной руки в другую и прикрепляя к нему фонарь. — Миролюбивые существа. И довольно понятливые. До меня дольше доходило, чем до них.