Через две секунды он был в пяти метрах от установки, за стеной защитного поля, с пультом в руках. Кнопка не была ни большой, ни красной; на долю мгновения Гедимин пожалел об этом, но с нажатием тянуть не стал. Он ещё успел досчитать до семи, прежде чем установку подбросило на месте, и столб дыма взвился к потолку.
Осколки защитное поле не пробили — врезались в него, заставив стенку подёрнуться рябью, и ссыпались, дымясь, на пол. Гедимин, выбравшись из-под щита, разворошил раскалённую горку, убедился, что взрываться в ней нечему, и осторожно приблизился к массивной части установки, расколотой, но не улетевшей. Подпрыгнув, она упала обратно и треснула надвое, порвав охлаждающие трубки, и остатки жидкого азота теперь дымились, быстро испаряясь. Собирать их было бесполезно.
Нижний контейнер, расколотый пополам по всей длине, вывалил содержимое на пол, в лужу азота. Холодная фракция, нагревшись, частично испарилась, из уцелевшего кристаллического осадка торчали тонкие штырьки. Издалека Гедимин принял их за осколки рилкара, но острых краёв у них не было — скорее они напоминали обрезки ниток, вымоченные в жидком клее и неровно им облепленные. Несколько секунд сармат смотрел на них, не мигая, потом потянулся к анализатору.
…«Три неполных витка,» — Гедимин отложил последний проверенный образец и онемевшими пальцами поворошил холодный песок. Пока сармат в нём рылся, вещество прогрелось до минус двадцати. Прикрыв глаза, уставшие от высматривания прозрачного в прозрачном, Гедимин тяжело опустился на ближайший уцелевший ящик и уткнулся подбородком в подставленную ладонь. В голове гудело, под веками мелькали красные пятна.
«Хорошо, Айзека не было,» — подумал он. «Поднял бы шум…»
От установки осталось немного — проще было сдать обломки в переплавку, чем выискивать в них уцелевшие детали. Реагенты собирать было и вовсе бесполезно — только подождать, пока перестанут дымиться, и смести в ненужный контейнер. Но Гедимин не чувствовал досады — только недоумение. «Что-то я пропустил. Айзек чуял, а я — нет. А прав был он… Что там всё-таки взорвалось?»
Он осторожно выпрямился — гул в ушах стал чуть громче, но уже не так раздражал — и опустился на пол рядом с обломками, стараясь не прикасаться к переохлаждённым поверхностям. Всё, взлетевшее во время взрыва к потолку, не нашло выхода из-под защитного поля и теперь оседало на полу ангара и скафандре сармата. Гедимин смотрел на белесые пятна и задумчиво щурился.
«Что-то на стыке не выдержало… видимо, верхний жёлоб. Снизу охлаждение, сверху нагрев… треснул в тонком месте, и фракции смешались. Хорошо, что часть успела прореагировать, — хоть какой-то результат.»
Он поднялся с пола и подобрал с верстака контейнер с «нитями» накопителя. «Установку надо будет переделать. Пока не буду Кенену показывать. Решит ещё, что взрыв — часть техпроцесса…»
10 октября 18 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити
— Мне нужны материалы. Вот список, — Гедимин, покосившись на неплотно закрытые ворота («При такой влажности только склад проветривать… понабрали «макак» на все посты…»), протянул тщательно разглаженный листок филку-кладовщику. Это был третий вариант списка, аккуратно переписанный начисто, — во втором осталось слишком много зачёркиваний и исправлений. Некоторые пункты Гедимин отметил красной чертой — без них работу можно было не начинать, всё равно ничего не выйдет. Сейчас он пристально следил за филком — отреагирует тот на подчёркивание или нет?
— Документы, — отозвался кладовщик, скользнув по листку равнодушным взглядом.
— Я тебе дал список, — буркнул Гедимин, настороженно щурясь. Филк быстро оглянулся через плечо, и двое сарматов-грузчиков, перестав подпирать стену ангара, сделали пару шагов в его сторону.
— Официальные документы. Накладная, подпись, печать, — филк состроил брезгливую гримасу. — Что за материалы? Кто дал распоряжение?
Гедимин растерянно мигнул. В прошлый раз у него с собой был только листок из ежедневника Кенена Маккензи… правда, с выведенной Кененом же закорючкой, — видимо, это и была подпись. «И что мне делать? Опять искать Маккензи?»
Филк, воспользовавшись его замешательством, отодвинул неплотно пригнанную створку и исчез в ангаре.
— Опять этот полоумный, — донёсся изнутри его сердитый голос. — Будто не станцию строим, а…
Ворота захлопнулись. Робот-уборщик, сброшенный лёгким сотрясением со стены, брызнул на них реагентом «антилёд», зацепив и Гедимина. Сармат, шагнув назад, недовольно сощурился на желтоватый налёт, оставшийся на «сапогах» скафандра, и снова перевёл взгляд на бесполезный листок. «Искать Маккензи. Где он может быть?»
— Гедимин!
Айзек вылетел из-за угла и резко развернулся, тормозя широко расставленными пальцами. «Антилёд» распыляли обильно, но влага, висящая в воздухе, при очередном похолодании выпадала тонким слоем поверх распылённого. Ступни Гедимина дробили ледяную корку — ему докучал только хруст при каждом шаге; более лёгким сарматам было сложнее.
— Вот где тебя носит, — Айзек шумно выдохнул в респиратор и цепко ухватил Гедимина за локоть. — Почему молчал?! Не ранен?!
— Я за материалами… — начал было сармат отвечать на первый вопрос, но, услышав следующие два, мигнул и замолчал. «О чём он? Кто ранен?»
— Гедимин, ты же обещал, — Айзек, привстав на пальцах, заглянул ему в глаза. — Ну вот и зачем?! Был в медотсеке? Что сломано?
Гедимин встряхнул головой, прогоняя оторопь. «Ясно. Узнал про аварию. Откуда?!»
— Меня не задело, — сказал он, осторожно отцепляя чужие пальцы от скафандра. — Только установка… Как получить новые материалы? Недомерок хочет чего-то непонятного…
Айзек протяжно вздохнул.
— Гедимин, давай-ка со мной. Тебя хотели видеть. Потом про материалы, хорошо?
Этот просительный взгляд Гедимин помнил — и прекрасно знал, что до депортации с Луны его у Айзека не было. Сузив глаза, он нехотя кивнул и позволил взять себя за руку и потащить в сторону вспомогательных построек. «Не нравится мне всё это. Ну что им в этот раз не так?!»
У ангара-«лаборатории» стояли двое в комбинезонах охраны; ворота за их спинами были открыты нараспашку, внутри виднелись три силуэта в чёрных скафандрах. Один копался в вывернутых ящиках, другой пытался нашарить что-то на пустом полу, третий стоял рядом с двумя сарматами в серебристой броне и что-то объяснял. Увидев шапку с меховой опушкой, Гедимин досадливо сощурился.
— Чего надо в моём ангаре? — громко спросил он, шагнув к воротам. Охранники шарахнулись в стороны, и сармат услышал лязг металла и треск разрядов. «В спину бьют,» — он плавно развернулся, перехватил замешкавшегося «солдата» за плечо и швырнул к другому — и только потом, глядя, как двое сарматов копошатся на земле и вяло подёргиваются, брезгливо поморщился. Айзек отпрыгнуть успел — разрядами неуправляемых шокеров его не зацепило — и теперь стоял поодаль и укоризненно качал головой. Гедимин фыркнул.