- Так, а Ларрен здесь причем?
- Ты не понимаешь! Он вылитый отец!
- И что?!
Князь поднимается, берет свою сопящую супругу за плечо.
- Терин, ты не договорил! - возмущаюсь я.
- Тебя это не касается, - заявляет пошатывающийся некромант и исчезает вместе с Дуськой.
Угу, вот и пообщались.
Дульсинея
Терин сгрузил меня на кровать и принялся раздевать. Лежу, делаю вид, что в дупель пьяна, и думаю: может быть, есть смысл притвориться, что вот она я проснулась и... и что? Воспользоваться моментом, пока он пьяный, и расспросить подробнее, что там за история с папашей и братом? Или не стоит? Вон он как разнервничался, даже забыл, что типа сдержанный весь такой из себя и Вальдору чуть не раскололся.
Теперь мне хоть понятно стало, откуда такая неприязнь к Ларрену. Отца с братцем он Терину напоминает, а с ними у него, оказывается, не самые нежные отношения были. Причем с раннего детства. Наверно, они - слабые маги, завидовали ему и даже боялись. Представить несложно, как "весело" было ребенку расти в такой обстановке.
Терин мне никогда про свое прошлое и, тем более, про детство не рассказывал. А я и не спрашивала. Нет, мне, конечно, любопытно было, но не настолько, чтобы задавать вопросы. Все равно ведь рассказал бы только то, что счел нужным или вообще ушел от ответа. А это неинтересно. Лучше подождать, когда он сам без вопросов расскажет. Но этого так и не случилось, зато я дождалась другого - мой некромант напился и проговорился Вальдору.
Интересно, понравится ли ему, если сейчас любимая супруга, которую он так старательно пытается избавить от платья, что аж запутался в застежках, проснется и начнет ему мозг выносить всякими неприятными вопросами?
И я проснулась. Открыла один глаз. Тот, который желтый. Пьяненько улыбнулась и проворковала:
- Теринчик, мне это платьице не нравится, так что брось застежки и просто порви.
Он замер. Кажется, не ожидал, что я проснусь да еще такие здравые идеи начну выдавать. Я открыла тот глаз, который голубой, и послала ему придурковатый взгляд.
- Ну, так что, мой сладкий сахар, платье рвем или прямо так радостям секса предадимся?
Терин, наконец, отмер и телепортировал мое платье в неизвестном направлении. Ну, что ж, тоже вариант избавления от противной одежки, которая имеет наглость быть такой трудно снимаемой.
- Дуся, ты не спала.
- Не знаю, о чем ты, но сейчас я точно не сплю, - объявила я и ворчливо добавила, - ты так и собираешься в одежде тут валяться?
- А что, Дульсинея, Вы уже передумали насчет "злых дядюшек" или как Вы там выразились?
- Забудь, - отмахнулась я, - и не выкай мне тут!
- И все-таки, ты не спала.
- Ну, не спала, - призналась я, - только ничего я у тебя спрашивать не буду, даже не мечтай! Захочешь, сам расскажешь.
- Нечего рассказывать, Дусь.
- Ну, нечего так нечего. Суть я уже поняла. Может быть, стоит снять с мальчишки печать и отпустить на все четыре стороны, чтобы глаза тебе не мозолил?
- Его убьют. Горнорыл на него очень зол. Сейчас старейшину только моя печать останавливает. Потом сниму, когда он успокоится.
- Терин, вот скажи честно, если бы Валь тебя не попросил, ты бы позволил его повесить?
- Да.
Так, кажется, брюнет моей мечты впадает в заморозку. Не надо было ему этот вопрос задавать. Дура я все-таки!
- Так как насчет радостей секса? - весело взвизгнула я, схватила Терина за плечи и потянула на себя.