Мифы сталинской эпохи: читать начало книги онлайн

Давайте сразу расставим все точки над «и». Разговоры, что это грязная подделка, выполненная во времена Хрущева лично Аджубеем или, впоследствии, Горбачевым, Яковлевым, Шеварнадзе, кем угодно, свидетельствуют лишь о том, что эти люди никогда в жизни не были в архивах и не понимают, как устроено архивное хранение документов. Если бы они этим поинтересовались, наверняка не мололи бы подобный вздор.

Третий момент, почему в 1937–38 гг. был самый пик кровавой вакханалии. Некоторые говорят, мол, всего лишь было расстреляно 680 тысяч. Всего лишь… Я напоминаю, это две трети от общего числа смертных приговоров, вынесенных в стране с 21-го по 53-й год. И эти смертные приговоры в основном выносились по «полста восемь», знаменитой 58-й статье с ее широчайшим диапазоном вины. По ней можно было, в принципе, расстрелять любого человека в стране. Все это попадало под определение «классовая борьба». А что такое классовая борьба на тот момент? Все, что противоречит единственно верному на тот момент учению товарища Сталина. Это тоже понятно.

Пользуясь случаем, хочу передать пламенный привет нынешнему поколению людей, которые призывают к классовой борьбе. Вы для этого, пожалуйста, сначала выйдите из последней модели «Ауди», уберите из рук новую модель «Айфона» и тогда уже рассуждайте о классовой борьбе. Напоминаю, ее идеологи были абсолютно нищими, их можно было обвинять во многом, но в корыстолюбии – никогда. Ни у Сталина, ни у прочих людей из его окружения дворцов и яхт не водилось.

Классовую борьбу объявили согласно тем решениям партии, которым следовали в тридцатые годы. Решили зафиксировать завоевание предыдущих лет советской власти, но тут выяснилось, что даже после Гражданской войны советское общество остается не однородно. Далеко не все «чуждые элементы» были выкинуты из страны в прямом смысле этого слова, далеко не все уехали, и количество врагов (тех, кого Политбюро расценивало как врагов советского общества) было по-прежнему велико.

Не надо забывать, что в 1937–38 гг., по сути дела, переформатировали всю прежнюю модель управления. В первую очередь, убрали управление по национальному признаку, что было свойственно республикам 20-х годов. Больше всего от этого пострадали прибалты, в частности, латыши. Впрочем, досталось всем – полякам, грузинам, армянам и так далее.

Объясню, почему именно представители этих народов больше всех пострадали. Если вы посмотрите, кто вступал в РДСП (б), то в основном это были как раз так называемые угнетенные народы. Естественно, что сразу после революции они занимали высокие посты во всех институтах власти. Когда начался отход от интернационализма, то их первых стали спрашивать: «А ты кто такой?» Такая модель национал-большевизма была построена под руководством товарища Сталина.

Как это работало на практике? Возьмем, к примеру, шестое управление Главного управления государственной безопасности Народного комиссариата внутренних дел Советского Союза, сиречь внешняя разведка. Естественно, на первом этапе значительный процент сотрудников – это прибалты и евреи. Они отлично интегрировались в европейскую жизнь, знали иностранные языки, могли замечательным образом жить за границей, к ним у тамошних властей не возникало никаких вопросов.

За эту интернациональность их потом и судили. Израиля еще не было, поэтому работу на израильскую разведку им не предъявляли, зато евреев подозревали в сотрудничестве с Польшей, Францией, Великобританией, иногда даже с Японией. Зависело от того, по какому сектору они работали. Прибалтам, естественно, влепили участие в буржуазных прибалтийских организациях. Поляки, которые на тот момент существовали в разведке, были обвинены в том, что у них связи с Польшей. Короче, всего было расстреляно около ста наших нелегальных сотрудников, весь цвет разведки.

Солидно поработали, слов нет. Казнили не только почти всех нелегалов, до 1937 года были расстреляны шесть основных руководителей советской разведки. Как я уже рассказывал, был казнен Артузов Артур Христианович, идеолог операций «Синдикат 2», «Трест», культовая фигура в чекистских кругах. Его подвела тесная дружба с Тухачевским. Как известно, Михаил Николаевич пел как хор Пятницкого на допросах, а Артузов еще имел наглость спорить с товарищем Сталиным в Кремле. Все, достаточно, высшая мера!

Был расстрелян Сергей Михайлович Шпигельглас, оперативный псевдоним «Дуглас», человек, разработавший и лично руководивший и осуществивший знаменитое на весь мир похищение генерала Миллера в 1937 году в Париже. Были расстреляны все главные действующие лица операций «Трест» и «Синдикат 2»: Пузицкий, Пеляр и Мухин, человек, который лично проводил эту операцию, не будь его, никакой Савинков бы сюда не приехал. Расстреляли и Григория Сыроежкина, комиссара государственной безопасности, гордость советской разведки.

Отдельно хочется рассказать про этого человека, которого обвинили во вредительстве и в работе на мировую контрреволюцию. Силищи он был невероятной, до Гражданской войны, будучи шестнадцатилетним подростком, уже работал силачом в цирке, поднимал сразу по три человека. В годы Гражданской войны лично внедрился в одну из банд, скрутил и атамана, и охрану, на своих плечах перенес за линию фронта, сдал в ЧК. Именно он расстрелял Сиднея Рейли в одном из московских парков. Потом участвовал в Гражданской войне в Испании. После возвращения с войны сразу, без всякой волокиты, отправился в расстрельный подвал.

Такое было отношение руководства нашей страны к собственной разведке. Для понимания, все списки на уничтожение санкционировались Политбюро, перестрелять такое число легендарных чекистов без санкций Сталина было невозможно, слишком серьезные фигуры. Точно так же, как невозможно было без его санкции арестовать всю теплую компанию Тухачевского, Якира, Гамарника и других. Когда начинают рассказывать, что Сталин ничего не знал, все творилось за его спиной, а чекисты сами все делали, по своей инициативе, это очень забавно слышать.

Не менее глупо обвинять советских разведчиков, что они пытались захватить власть, как враги народа что-то замышляли, и поэтому террор был неизбежен. Впрочем, он действительно был неизбежен именно по отношению к людям, которые позволили советской власти победить сначала в Гражданской войне, а потом противодействовали всем разведкам мира. Логика развития событий предполагает только такой вариант – революция сама уничтожает своих последователей.

Репрессии коснулись всех наркоматов, какие у нас существовали, но самые тяжелые последствия были в двух. Два человека прошлись каленым железом по своим учреждениям, я имею в виду Лазаря Моисеевича Кагановича, который устроил чудовищные репрессии в народном комиссариате путей сообщения, и Климента Ефремовича Ворошилова, который сделал ровно то же самое в народном комиссариате обороны.

Впрочем, не намного меньше пострадал наркомат иностранных дел. Оттуда последовательно стали вычищать всех тех, кто пришел туда до Чичерина, во время Чичерина и до Литвинова. Почему? Опять-таки, это были люди, с точки зрения определенной категории граждан, «шибко умные». Они знали по два, иногда по три или даже по четыре иностранных языка. Нам такие умные не нужны были, если умные, значит, против советской власти, значит, контрреволюционный элемент.

Скольких дипломатов тогда расстреляли? Большинство! Это не моя оценка, желающим предоставляется возможность поспорить непосредственно с Вячеславом Михайловичем Молотовым и нашей небезызвестной прекрасной представительницей еще первого ленинского правительства Александрой Коллонтай. Они, не сговариваясь, в 1946 году, заявили Сталину, что у нас в наркомате иностранных дел, тогда уже министерстве, наблюдается интеллектуальная немощь. Переговоры с иностранными дипломатами вести просто некому, нет подготовленных людей.

Вообще, конец 30-х гг. – это страшные интеллектуальные потери во всех областях. Неудивительно, что потом, в 41-м году, случился некий интеллектуальный коллапс. Представьте себе ситуацию: вы окончили институт, вам 23 года, вы отправляетесь по распределению на завод. В этот момент все управление завода отправляется по каэровской статье в лагерь и вас делают директором, с нулевым опытом, с нулевым пониманием всех задач, которые стоят перед вашим предприятием, просто больше некого ставить, нет инженеров. И с вас требуют выполнения государственного плана, плановая же экономика. Вот такие подходы и приводили к параличам и провалам в промышленном производстве.

Понятно, что людям требуется время для освоения азов профессии, и чем выше должность, тем больше требуется времени. Нужно научиться работать самому, научиться руководить другими, узнать, с кого и что нужно спрашивать. Если вас просто берут и ставят руководителем, то результаты будут соответствующие. Со временем вы освоитесь, но есть ли у вас оно, время?

Об этих последствиях сталинских репрессий никто почему-то не задумывался. Если посмотреть на фотографии тех времен, допустим, Сталин и директора ведущих заводов, бросается в глаза относительная молодость этих директоров. Больше того, постоянный страх репрессий привел в результате к тому, что у нас в стране значительно помолодел инфаркт у мужчин. 28, 29, 30 лет – нормальный для того времени возраст, когда сердце не выдерживало. Потому что все знали: если ошибешься – это не выговор по партийной линии и не товарищеский суд, это арест со всеми вытекающими последствиями для тебя и для семьи. Атмосфера в стране складывалась, мягко говоря, не дай бог! Те историки, которые сейчас радостно рассказывают про очистительный 1937 год, либо абсолютно не знают истории, либо не понимают, о чем говорят.

У нас, как известно, ведь сколько людей, столько и мнений. Зачастую действия Сталина трактуются как очистительная операция, позволившая стране не рухнуть под ударами вермахта. При этом обычно приводится пример, что этого не сделали в 1914-м году, поэтому страна посыпалась, не осталось у нее на тот момент духовных скреп. Те, кто это утверждают, наверно, ни разу не пробовали поставить себя на место человека того времени. По тем реалиям, родился не в той семье – враг, получил образование не в том учреждении – враг, учился не у того преподавателя – враг, посмел что-то высказать на собрании – враг, не оценил изменившуюся политику партии – враг, имел в друзьях репрессированного – враг. И список можно продолжать еще долго. Что-то такие духовные скрепы не слишком радуют…

Часто говорят: «Хорошо, но вот Рокоссовский сидел и не был расстрелян, и он потом любил и уважал товарища Сталина». Да, это правда, маршал Советского Союза Константин Рокоссовский сидел и впоследствии относился к товарищу Сталину с уважением. Только давайте мы уточним, за что он его уважал. Вовсе не за то, что по Рокоссовскому стреляли холостыми патронами у расстрельной стены. Как и многие другие, Сталина он уважал за ВОВ, это совсем другое.

Отдельно хочется передать привет нашим либералам, у которых, как известно, есть тайная такая страсть к предателям. Правда, у них нет Бандеры, у них есть лишь генерал Власов в качестве героя. Хочу напомнить, что Андрей Андреевич Власов в 1937 году возглавлял уездный военный трибунал. Не буду упоминать приговоры, которые выносились, чтобы все спали спокойно, могу только сказать, что оправдательный приговор там был невероятная редкость.

Вернемся к цифрам. Как говорил товарищ Сталин, «неприятная игра в цифирь». Итак, за два года арестовали 1,6 млн человек, 681 тысяча осуждены к высшей мере наказания (как правило, приговоры приводились в исполнение день в день, без всякой волокиты), 635 тысяч осуждены к лишению свободы, 100 тысяч преждевременно умерли в заключении, потому что система мест заключения функционировала плохо. Тот ГУЛАГ, о котором все говорят, стали строить в полном объеме именно после указаний Ежова, до этого лагеря не были рассчитаны на такое число заключенных. Считаем дальше. Общее число осужденных составляет треть от общего числа осужденных по делам органов госбезопасности за 1921–53 гг. Таким образом, несложно посчитать, что репрессиям подверглось примерно 1,7 % взрослого населения Советского Союза в возрасте от 18 до 69 лет. Это чистая статистика.

А теперь я хотел бы на очень простом примере показать, как вообще все это работало. Как известно, органы делали процентовку. У нас же плановая экономика, и здесь тоже спускались планы на первую и на вторую категории. Для понимания, первая категория – это сразу к стенке, вторая категория – в тюрьму. Значит, установили процентовку для всех областей Советского Союза, где и сколько врагов надо шлепнуть и сколько посадить. Обычно по первой категории до трех тысяч человек, по второй категории до двух с половиной, что время зря терять, сажать, так побольше. Но тут выяснилось, что количество классовых врагов еще больше. Почему? Сначала думали: политические оппоненты, условно, всякие троцкисты, бухаринцы, зиновьевцы, каменевцы, вроде, всё, больше некого сажать… Потом к ним добавился недобитый кулачный элемент, который еще оставался на тот момент, недобитые священники русской православной церкви, соответственно, духовенство иных конфессий. Кроме того, много вдруг стала позволять себе интеллигенция, они почему-то решили, что уже все можно. В лагерь ее, как классово чуждый элемент! Наконец, вспомнили, что осталась недоделанная работа по процессам 30-го года – это бывшие военные спецы и просто бывшие белогвардейские офицеры. В камеру их!

Вопреки всем нынешним заявлениям украинских властей именно добрые люди с Украины подняли на повестку дня повышение норм уничтожения населения. Выяснилось, что огромное число людей находится под наблюдением органов НКВД именно на Украине. Их так много, что они не влезают в процентовку. Что сделали эти лихие ребята? Начали отбивать телефонограммы в Москву. Сначала Киев потребовал: «Повысьте нам процент!» Товарищ Сталин читает и говорит: «Действительно, очень много врагов, надо повысить». Сохранились даже телеграммы товарища Сталина в отдельные регионы: «Вот этих я вам рекомендую расстрелять, и результаты потом опубликовать в советской печати».

В результате что получилось на практике? Например, юго-восток Украины: Одесская область – 2 600 человек по первой категории и аж 5 000 по второй; Харьковская область – 3 000 по первой, 5 000 по второй; Николаевская губерния – 4 000 человек по первой категории. Почему? Юг Украины, там после Гражданской войны осело больше всего бывших белогвардейцев.

Тем, кто расстреливал, ордена на тот момент еще не давали, их просто не было в таком количестве, зато им давали денежные премии. По пятьсот рублей, по двести пятьдесят – документы эти давным-давно извлечены из архивов, распрекрасным образом известны, с них снят гриф секретности – читай не хочу. Но ведь не интересно!

Как проходило следствие? Типичный пример, как расстреляли родную старшую сестру нашего знаменитого нелегала, бывшего белогвардейца, генерал-майора Николая Владимировича Скоблина. Сестра жила в Черниговской области, работала директором школы, была образованной женщиной, знала несколько языков. На нее написал донос сосед. При обыске была найдена фотография с мужчиной в форме Русской императорской армии, это и был Николай Владимирович Скобелев. Было бы странно, если бы у сестры не было фотографии брата. Следователь даже не стал никуда ничего сообщать, провел два допроса, после этого был вынесен расстрельный приговор, по 58 статье, естественно. В тот же день приговор привели в исполнение.

Это была нормальная практика, обычная для того времени – один-два допроса и приговор. Как правило, приходили по доносу, проводился обыск, обыск всегда давал какие-то результаты. Нашли Библию – чудесно, враг, есть фотографии родственников в мундирах царских времен – отлично, семья врага, свидетельство об образовании – очень хорошо, образованный человек – враг по определению, среди родственников уже кто-то сидит – еще лучше, гнездо накрыли! Обычная ситуация для тех лет.

Работал в органах такой герой генерал НКВД, потом МГБ, Блохин. Его, правда, в дальнейшем выгнали из органов и разжаловали, но на обелиске у него все хорошо, генеральский мундир. Это был главный палач в Москве. Для работы он пошил себе резиновый фартук и резиновые перчатки, чтобы форму не забрызгивать, потому что конвейер. Расстреливал он лично, пользовался армейским наганом, считал его самым безотказным оружием. Именно за массовые расстрелы Блохин получил генеральский чин и высшие награды советской власти.