Брадобрей для Старика Хоттабыча: читать начало книги онлайн

— Нет. Он поразительно меня чувствует. Ты представляешь, чтобы со мной в тот момент было бы, если бы еще и он начал рвать мне сердце? Выбор — он или ребёнок? Любая мать и адекватная женщина, понятно, кого выберет.

— А я вот не согласен с тобой. Знаю я таких мамаш, которые быстро распихали своих детей по интернатам, бабкам и дедкам при появлении «новых штанов».

— О чем ты говоришь? Я, конечно, не мать года, но как такое может в голову прийти?

— Мартин, думаю, знает, что ты нормальная женщина. И он освободил тебя от этого выбора.

— Ровно так же, как я его когда-то освободила от выбора между мной и его больной женой, чтобы он не чувствовал себя подонком. Судьба словно дала зеркальный ответ, — вздохнула Яна.

— Колесо фортуны, оно на то и колесо, — туманно произнёс артист ТЮЗа.

— Всё против нас. Лучше не спорить с судьбой. Евочку я не брошу, наши жизненные пути с Мартином снова разошлись.

— И теперь ты живёшь с Карлом? — спросил Иван Демидович. — Я бы его возненавидел.

— У меня периодически появляются такие мысли, но я стараюсь их гасить на корню, — усмехнулась Яна. — Он же отец Евы. Ребёнок не должен чувствовать ненависть. Я живу в его замке, всё время занята своим ангелочком, думаю только о ней.

— Ты живёшь с ним? — понизил голос Иван Демидович. — Ты же знаешь, мне можно доверять.

— Знаю, ты мне как родственник. Я живу у Карла, но не с ним. Мы давно чужие, и в этом плане ничего уже не изменить.

— А его такое положение устраивает?

— Не думаю. Он постоянно подчёркивает, что мы — семья. Карл с меня пылинки сдувает, мне ни в чём нет отказа. Он же понимает, чего я лишилась. У него же есть глаза, он же видит, что моё сердце принадлежит другому.

— Но ведь это же ужасно больно. Тебе Карла не жаль? — прищурил карие глаза Иван Демидович.

— Ну почему не жаль? Жаль, конечно. Но от меня ничего не зависит, — опустила голову Яна.

— А что же Мартин?

— Я больше не думаю о нём. Знаешь, Иван Демидович, у человеческой психики, наверное, есть предел. Я имею в виду, у нормальной психики. Всякие маньяки и сумасшедшие, они, конечно, беспредельны. А здоровая психика ставит заслон, чтобы остаться здоровой, не сойти с ума. Я поняла, что у нас безвыходная ситуация, и больше ничего не хочу. Я отпустила Мартина. Пусть он будет счастлив. Ведь он тоже хотел ребёнка…

— Ты сможешь родить ему еще, вашего совместного.

— Нет, Иван Демидович, нет, — покачала головой Яна. — Ева ведь тоже не планировалась. Такой вот дар свыше. Но я так тяжело ходила, возникли осложнения, я еле выжила. Врачи спасли меня и сообщили, что матерью я больше стать не смогу. Я не подхожу Мартину, я ему ничего не смогу дать, не осуществлю его мечту. Я — пустоцвет. Он уже и так потратил на меня часть своей жизни. Хотя у мужчин есть какой-то запас времени, их биологические часы тикают значительно медленнее. Мартин потрясающий человек… Он обязательно встретит женщину, которая ему родит и с которой он будет счастлив. Ты знаешь, Иван Демидович, когда я бросила Ричарда, я очень переживала за него: аж два раза я его наказала ни за что. А когда он встретил свою Людмилу, я испытала настоящие радость и счастье за него! Честно!

Иван Демидович удивлённо посмотрел на нее.

— Ты серьёзно? Ты станешь счастливой, если Мартин найдёт себе женщину? Что ты молчишь? Яна! А почему у тебя на глаза навернулись слезы?

— Но когда Ричард нашел, я же была счастлива…

— Ты уверена, что ты его любила? Ты сама ушла от него, — возразил ей Иван Демидович.

— Сейчас я тоже ушла.

— Тебя поставили в такие условия, что ты была вынуждена уйти, это разные вещи. С ума сойти! Я всегда думал, что ты точно выйдешь замуж за принца. Что тебе вот точно должно повезти. Ты добрая и яркая, бог не мог этого не заметить.

— Особенно, если учесть, что он всех нас и создал, — хмыкнула Яна.

— Точно! Этот день для бога, когда он создавал тебя, был явно особым. Знаешь, не обычная рутинная работа, скорее, это был праздничный выходной день. Все были веселы, счастливы, свободны, — задумался Иван Демидович.

— Скорее всего, в этот день сделали Мартина, — ответила Яна. — А меня, когда шла гроза. Так и штормит всю жизнь.

— И никогда не знаешь, когда шарахнет молния? — спросил Иван Демидович, в глазах его загорелись весёлые искорки.

— Это точно. Нет, один раз шарахнула, когда я Мартина встретила. Эффект был не менее сильный, чем от молнии, а, может, даже и больше.