Свет погасших отражений : читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Даже такой успех был очень важен, учитывая, что война складывалась совсем не в их пользу. После разгрома в Миссене над телом лидера повстанцев было устроено отвратительное судилище. Арно Делауну публично задавали вопросы, на которые он не мог ответить, потому что был мертв. За каждый «отказ от ответа» труп бичевали кнутом. По итогу он был признан виновным в том, что в слепой жажде власти предал своего Бога и своего короля. За это палач отрубил ему руки и бросил тело в сточную канаву. Адепты, похоже, ждали, что повстанцы захотят перезахоронить своего предводителя по-человечески, и ради этого их агент выдаст себя.

Они этого не сделали.

В Альбане беглецов из Миссены приняли неохотно, но тем не менее, местный князь согласился укрыть их. Он понимал, куда ветер дует, и знал, что Королевство Идаволл представляет для него угрозу, с которой нельзя бороться в одиночку.

А между тем, королевство продолжало наращивать свое влияние. Огнем и мечом усмирив Миссену, Амброус сосредоточился на присоединении северных регионов. Официально в его руках оставалась и Иллирия, но Первый Адепт не питал иллюзий по поводу ее верности: слишком много вопросов вызывало у иллирийцев то, что их Герцогиня показалась на глаза лишь раз с момента вступления в брак. Амброус не знал, что Сопротивление потихоньку налаживает связь с местным дворянством благодаря магии Ланы, но наверняка подозревал нечто подобное.

По крайней мере, необходимость держать войска и в Иллирии, и в Миссене, да еще и воевать на севере, не позволяла Амброусу выделить солдат для зачистки остатков Сопротивления в Альбане. Поэтому обе стороны ограничивались тем, что вели шпионскую игру и наносили быстрые, осторожные удары малыми силами. Повстанцы распространяли слухи о настоящей судьбе Лейлы и о роли Амброуса в смерти Леандра; грабили склады и мастерские; срывали поставки оружия и продовольствия в расположение армий; несколько раз убивали адептов, — правда, лишь слабейших, тех, от кого и сама Ильмадика вряд ли ждала чего-то выдающегося.

В свою очередь, слуги короля выпускали высмеивающие бунтовщиков памфлеты, устраивали налеты на приграничные деревни, подкармливали Тварей, а однажды пытались отравить колодец в альбанской столице (звавшейся, как и само княжество, Альбана).

Обе стороны готовились и копили силы. Численность Железного Легиона увеличивалась с каждым днем, и новые войска собирались у альбанской границы. Неуклонно приближался день, когда иллирийская знать будет готова начать полномасштабное восстание. Кто успеет раньше? Лана не знала этого. Но каждую ночь молила Мир, чтобы первыми успели они.

Лучшие альбанские следопыты провели отряд в обход кордонов Идаволла. Они не спрашивали, что им удалось найти, за чем ездил адепт. Да и не положено им было об этом знать.

Ведь доверять нельзя никому.

Въехав в крепость Альбаны и отдав приказ позаботиться как о своих лошадях, так и о трофейных, Тэрл, Лана и Элиас направились в башню маркизы. Лейла практически не показывалась на людях, разумно опасаясь убийц, но там, в удаленной башне, она усердно постигала науку информационной войны.

Пройдя через два караульных поста, троица оказалась, наконец, перед дверью в ее покои.

— Проходите, — послышался голос Лейлы.

Насколько старше она выглядела в последние месяцы! Хотя маркиза едва преодолела двадцатилетний рубеж, на вид ей сложно было дать меньше сорока. Роскошные светлые кудри казались тусклыми и выцветшими. Под глазами залегли глубокие тени, лицо «украсили» ранние морщины тревог и забот. А главное — не было той по-детски восторженной улыбки, к какой привыкла Лана. Того возвышенно-романтичного взгляда, который когда вдохновлял, а когда и раздражал.

Сказочной принцессы больше не существовало. Была королева, несшая на своих хрупких плечах груз власти и груз ответственности.

— Вы нашли то, что вез адепт? — сходу спросила Лейла, жестом указывая садиться.

Выделенные ей покои были достаточно комфортны, но казались излишне мрачными. Тяжелые, серые шторы, через которые не проникал солнечный свет. Плотный коричневый ковер из медвежьей шкуры, под которым скрывался потайной лаз. Угловатая, дубовая кровать, смахивавшая на переделанный военный форт, круглый стол с одинокой свечой и тяжелые стулья, которые Лана едва могла сдвинуть с места.

— Нашли, — подтвердил Тэрл, присаживаясь, — Но мы не знаем, что это и что с этим делать.

— Сколько времени вам понадобится, чтобы это выяснить? — маркиза перевела вопросительный взгляд на Элиаса.

Ученый, однако, покачал головой:

— Увы, миледи, представления не имею. Будь у меня доступ к библиотеке Университета, справился бы за несколько дней. А так…

— Значит, мы не успеем, — сделала вывод Лейла, — Взгляните.

Элиас принял из ее рук свиток с донесением от агента в западном регионе.

— Читайте вслух.

— Донесение от агента Н, Стерейя. Накануне в графство прибыл представитель Ордена. От имени Владычицы он провел расследование по доносу, в соответствии с которым граф Ворден Карстмеер являлся ставленником предателя Килиана Реммена, повинного в дискредитации Ордена, угнетении населения, массовых казнях и магическом подчинении множества людей, включая дворян…

Лана содрогнулась от негодования. Хотя Килиан и был изобретателем технологии, с помощью которой слуги Ильмадики промывали мозги пленным. Однако сам он пользовался ею очень ограниченно и лишь по необходимости. Он вообще отличался от своих единоверцев честью и принципами. Теми самыми честью и принципами, которые в итоге и стали несовместимыми со служением Владычице.

Но Ильмадика не была бы собой, если бы не обратила его мятеж в свою пользу. Расстрелянный по её приказу, Килиан стал для Ордена универсальным козлом отпущения. Что бы ни сделал порочащего любой из адептов, как-то незаметно оказывалось, что за этим стоял Килиан. Владычица лишь беспомощно разводила руками: не знала она, не ведала, какую змею на руках пригрела. Она жертва, а он — полное чудовище, лично казнившее не менее миллиарда человек в стране с трехсоттысячным населением.

— …по итогам разбирательства, — продолжал тем временем Элиас, — Виновность графа была подтверждена. Ворден Карстмеер был обезглавлен, а власть над Стерейей передана в руки его дочери Селесты. Которая, в свою очередь, была насильно выдана замуж за сэра Маврона Карно, адепта Ордена, и по некоторым признакам подверглась магическому подчинению.

— Я очень рассчитывала на Карстмеера, — пояснила Лейла, — Он сомневался и в войне с Альбаной, и в казни Реммена. Возможно, нам удалось бы если и не привлечь его на свою сторону, то по крайней мере убедить остаться в стороне. Теперь у нас под боком новый противник, которого Амброус непременно использует для удара по нам.

— Иными словами, нам нужно готовиться к вторжению из Стерейи, — сделал вывод Тэрл.

— Это так, — согласилась Лейла, — Но помимо этого, я хотела бы, чтобы вы спасли Селесту. Ведь это возможно?