Над голубым Иссык-Кулем: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Краснов первым поставил вопрос о происхождении современной флоры Тянь-Шаня. Он обратил внимание на сходство растительности Тянь-Шаня, Средней России и Южной Сибири и объяснил это сходными условиями формирования. Он утверждал, что встречающиеся в Небесных горах семьдесят пять арктических видов растений также возникли на месте, в результате сходных с Арктикой климатических условий.

Краснов собрал тысячу двести видов растений. Но он работал в Тянь-Шане не только как ботаник. В последующих своих научных трудах он синтезировал все достижения по изучению тяньшанской природы. И его идеи до сих пор не потеряли своего значения в науке.

В XX веке исследование Тянь-Шаня продолжалось: была составлена его достоверная карта, обнаружены месторождения полезных ископаемых, найдено множество новых видов растении и животных, открыты новые ледники, вершины, реки, изучены важнейшие закономерности развития природы. Впервые применен вертолет для исследований ледников и измерения накопления снега, размещены в основных ледниковых и речных долинах суммарные осадкомеры, использованы телевизионные снимки со спутников Земли…

Во многом по-другому теперь продолжается исследование Тянь-Шаня. Оно приняло массовый и систематический характер. На помощь экспедициям пришла сложная современная техника.

…Беспределен путь познания. И яркими маяками горят на нем имена первооткрывателей.

У ГОР ГОЛУБОЕ СЕРДЦЕ

К ЦЕНТРУ ГОРНОЙ СИСТЕМЫ

Страна Тянь-Шань. Почти трое суток поезд идет от Мурманска до Сочи. Он пересекает громадную территорию и переносит пассажиров из сурового Заполярья в вечнозеленые субтропики. Расстояние между западной и восточной оконечностями тяньшанской горной системы примерно такое же, как между Мурманском и Сочи. На две с половиной тысячи километров раскинулся с запада на восток Тянь-Шань, располагаясь между сороковой и сорок пятой параллелью. Государственная граница СССР делит его как бы на две равные части. Тысяча двести километров — протяженность Тянь-Шаня в Советском Союзе. С севера на юг он занимает пять градусов по широте. Это не так уж много, но разница между севером и югом Тянь-Шаня заметна. В южных горах Киргизии растут уникальные ореховые и яблонево-грушевые леса, в северных — преимущественно хвойные, а на склонах гор, в долинах и котловинах господствует степное разнотравье, раскинулись прохладные пастбища.

Киргизия лежит в том благодатном поясе Земли, где солнечного тепла так много, что растения могли бы не прерывать свои жизненные процессы на холодный зимний период — она находится в тех же широтах, что и юг Италии, Испании, Японии. Но она слишком далеко отстоит от океанов, и это делает ее климат континентальным, при котором зимние холода неизбежны, каким бы теплым ни было лето. И еще Киргизия устремлена ввысь, ее территория вздыблена и подобна архипелагу в холодном воздушном океане, поэтому ей знаком и климат более северных широт, и даже похожий на арктический. По вертикали гор расположились как бы широтные географические поясы, благодаря которым ландшафты становятся богаче, разнообразней.

Но не всегда на территории Киргизии были горы. Были и моря…

Если полистать страницы геологической летописи Киргизии, можно узнать, что шестьсот миллионов лет назад она была дном моря, а триста миллионов лет назад стала сушей. Море плескалось тогда южнее, там, где сейчас Ферганская долина. Потом оно распространилось на север, и территория теперешней Киргизии превратилась в архипелаг. А затем начал медленно подниматься Тянь-Шань. Из-под воды появились новые гористые острова, они становились шире, выше, соединялись друг с другом и наконец совсем изгнали море. Лишь кое-где остались мелководные озера и болота. Прошла еще целая вечность, и время срезало горы. На их месте образовалась равнина. Миллионы лет шло ее медленное опускание…

Но вот в ближайшем к нам геологическом периоде — в неогене, который начался двадцать миллионов лет назад, — горы на месте Тянь-Шаня стали относительно быстро подниматься. И сегодня это возрожденная горная страна. В ней сохранилось множество элементов прошлого. Одними из таких элементов и являются участки очень старых равнин, поднятых на высоту четырех километров.

Земная кора была смята в складки Тянь-Шаня под мощным давлением двух издревле неподвижных плит — Таримского щита на юге и Сибирской платформы на севере. И снова на протяжении миллионов лет шли процессы горообразования. Там, где жесткие структуры подошли ближе всего друг к другу, возник высочайший массив Хан-Тенгри. Отсюда в широтном направлении протянулись хребты, загибающиеся дугами и постепенно снижающиеся. Между ними, как четки на ниточках рек, нанизаны клиновидные, расширяющиеся к западу замкнутые котловины.

В эпоху великого оледенения северного полушария высокогорный Тянь-Шань был покрыт мощными ледниками грандиознее современных. Следы их деятельности — валы морены, ледниковые долины-троги, ледниковые озера — можно встретить на Тянь-Шане повсеместно.

Тянь-Шань — огромная горная страна. Сотни хребтов, расчлененных на отдельные вершины, разделенных котловинами и долинами, несущие на себе множество ледников и снежников, сплетены в сложнейшую сеть. А в серебряную оправу диких, заснеженных гор вставлены две драгоценности — изумруд цветущей Ферганы и сапфир Иссык-Куля. При взгляде на карту Тянь-Шаня это озеро, сжатое дугами хребтов Терскей-Алатау и Кунгей-Алатау, кажется голубым глазом. Его называют еще сердцем Тянь-Шаня, потому что оно расположено в самом центре горной страны.

Горы Тянь-Шаня чужеродным телом вторгаются в мир пустынных равнин Средней Азии, возникший вполне закономерно вследствие удаленности от океанов и близости к тропикам. Горы резко нарушают эту закономерность. Они «выжимают», казалось бы, из совсем сухого воздуха огромное количество влаги, которую накапливают в бесчисленных ледниках. Ледники становятся источниками воды для рек, оживляющих пустынные земли там, где они протекают. Вода гор может превратить любую пустыню в цветущий сад. Но природа сама регулирует расход воды, выдает ее строго лимитированно. Горы «экспортируют» Арктику в вечно теплые субтропические страны, они как бы переносят с далекого севера и жестокие морозы, и бешеные метели, и ослепительную белизну снега, и тысячелетние голубые толщи ледников. И все это посреди выжженных горячим солнцем пустынь!

Тянь-Шань разделяют на Западный и Восточный, Северный и Южный, Центральный и Внутренний. В этих двух последних районах сосредоточены наиболее высокие горные хребты и вершины, особенно мощные ледники и широкие равнины, поднятые на высоту трех-четырех километров.

На северной границе Центрального и Внутреннего Тянь-Шаня прошел гигантский разлом земной коры, в центре которого возникла просторная котловина. Ее самую глубокую часть заняло озеро, известное далеко за пределами Тянь-Шаня. Это Иссык-Куль.

Озеро лежит в самом центре горной системы, к нему стекают воды ледников, окружающих горы. Подобно сердцу пульсирует оно в окружении каменных исполинов, чутко реагируя на все изменения в их жизни, отражая в своих водах чистое голубое небо Тянь-Шаня.

Много различных экспедиций каждое лето работает в Тянь-Шане. Трижды мне довелось участвовать в них. И всякий раз первая встреча с Тянь-Шанем происходила на берегах Иссык-Куля. Путь к нему пролегает из Фрунзе по Иссык-Кульскому шоссе, через Чуйскую долину и Боамское ущелье.

Ашар на берегах Чу. Нет гор без долин. «Страна гор», Киргизия, может быть названа и «страной долин». Долин в республике много — широких и узких, солнечных и тенистых, плодородных и пустынных. Самая известная из них, Чуйская, по площади почти равна Албании. Это плодороднейший район Киргизии: вода реки питает густую сеть оросительных каналов, принесших жизнь в отдаленнейшие уголки некогда пустынного края.

Именно здесь во второй половине прошлого века появились первые переселенцы из России. Река получила прозвище «ндравный Чуй». Берега ее оживились белоснежными селами, пшеничными полями, тополиными аллеями.

Никогда прежде Чу не видела тополей и вишен. Их привезли с собой украинские хлеборобы. Никогда не было в Чуйской долине виноградников. Их заложили переселившиеся из Бессарабии во главе с Исааком Болбочаном восемь молдавских семей, прихватившие с собой пять тысяч черенков. Теперь виноградникам Чуйской долины нет границ. Множество столовых и винных сортов винограда выращивается в долине, а из сорта «пирофран» производится киргизское шампанское.

Никогда не было в Чуйской долине ярких маковых ковров, они появились после того, как в этом краю гостеприимно были приняты повстанцы — дунгане, бежавшие от расправы карателей. Они принесли с собой семена риса и «золотого цветка» — так называли опийный мак, дающий необходимый компонент более чем для трех тысяч лекарств.

Трудно обживать новые места, особенно первым поселенцам. Немного в сторону от Чу — ив лишенной влаги почве земледелие было невозможным. Да и сама Чу в некоторые годы так мелела, что была не в силах напоить водой поля и сады с помощью примитивной крестьянской оросительной системы. Говорили, что «Чу умирает», что спасти ее может лишь глубоко продуманная система ирригационных сооружений.

В 1912 году Чуйская долина подверглась опустошительному налету саранчи. Именно тогда шел по берегу Чу к Иссык-Кулю географ и ботаник В. В. Сапожников. Он увидел страшную картину: все посевы уничтожены, саранча ползла живым потоком, а над ним вились тучи розовых скворцов. Обочина дороги была усеяна трупами скворцов, для которых эта пища оказалась слишком обильной.

В 1912 году под руководством инженера В. А. Васильева был составлен первый план преобразования долины Чу. Этот план включал в себя строительство двух каналов и водохранилища в Орто-Токое. Только через двадцать лет, уже в Советской Киргизии, приступили к его осуществлению. Руководителем развернувшегося строительства в Чуйской долине стал С. Петров, участник первой экспедиции Васильева.

У Чумышских скал, от перегороженной плотиной Чу, протянулись к полям два первых канала. Потом к ним присоединился Большой Чуйский канал. Пустыня была изгнана, и стала Чу достойной слов киргизского поэта Молдо Клыча:

И в самом деле, чего только нет в этой цветущей долине! Есть здесь город Кант (сахар). В нем построен первый завод по производству сахара из сахарной свеклы, никогда раньше здесь не произраставшей. Говорили, что мечты о «киргизской Кубе» — маниловщина. А теперь берега Чу — сахарная плантация всей Средней Азии. Под свеклой занято больше пятидесяти тысяч гектаров. Урожай достигает почти четырехсот центнеров с гектара. Это больше, чем в среднем по стране.

В киргизском языке существует слово «ашар», означающее «взаимопомощь». Киргизы нередко прибегали к ашару — даже юрту нельзя поставить в одиночку. Многонациональный ашар создал цветущую Чуйскую долину!