Объем воды, заключенной в ледниках Центрального Тянь-Шаня, составляет шестьсот пятьдесят кубических километров. В ледниках, окружающих Иссык-Куль, воды содержится в тринадцать раз больше, чем ее приносят в озеро ежегодно восемьдесят его речек. Но уже сейчас «утечка» воды из ледников весьма ощутима: ледники втягивают свои щупальца в долинах, замедляют скорость своего движения, их мощность убывает — площадь оледенения сокращается.
Они измеряют снега. Уже в течение нескольких лет, ежегодно, весной, когда в Чуйской долине цветут сады, а в окружении «Властелина духов» еще царит зима, из Пржевальска вылетает вертолет, который берет курс прямо на стену Терскея. Упорно взбирается он, цепляясь винтом за воздух, который становится по мере подъема все рыхлее, ненадежнее. На перевал, прямо в снег, высаживает он небольшую группу из Киргизского Управления гидрометеослужбы. Ребята из Фрунзе — молодые гляциологи. Когда-то с ними прилетал и Н. В. Максимов. Теперь он не каждый год появляется здесь, но ребят этих называют все же максимовцами. Ведь Максимов тоже из когорты «первых» — именно он, беспокойный и увлеченный человек, наладил регулярные снегомерные съемки на суровом востоке Тянь-Шаня.
В районе Хан-Тенгри пока еще нет метеорологических станций, и необходимые науке данные о величине зимних осадков из атмосферы можно получить только с помощью специальных приборов, которые называются суммарными осадкомерами. Они стоят всю зиму и накапливают в обширных резервуарах выпадающие осадки. Их общую сумму измеряет весной снегомерная партия из Фрунзе.
Приборы далеки еще от совершенства: трудное это дело измерять осадки, особенно снежные. Осадкомер — это обыкновенное (хотя и специальной формы) ведро, в которое легко попадает метелевый снег, и в то же время часть осадков может быть выдута ветром. Показания суммарных осадкомеров иногда очень далеки от реальных. Для контроля существует снегомерная съемка. На территории определенных размеров через каждые пятьдесят метров промеряется толщина снежного покрова с помощью прочных металлических реек. Затем в снег продавливают цилиндр известного объема и веса и наполняют снегом. Так определяется плотность снега.
Подобную снегомерную съемку производят на всех метеостанциях Советского Союза, где образуется снежный покров, хотя бы на самое непродолжительное время. Однако пока еще довольно редко ее делают на ледниках, да еще так высоко в горах. Материалы, полученные у подножия Хан-Тенгри, — уникальны.
Кроме снегомерных съемок гляциологи измеряют интенсивность таяния снега и скорость движения ледников, выполняют и другие специальные гляциологические наблюдения. И уж конечно, фотографируют: и положение снеговой и фирновой границ, и размещение концов ледников, и различные формы ледниковой поверхности.
Трудно работать снегомерщикам среди снега. Исследователям ледяных гор помогают достижения науки и техники: вертолеты, фотография, радиолокация. Используется новый метод снегомерной съемки с самолета: предварительно в определенных местах расставляются долговременные прочные рейки с нанесенными на них делениями, а с самолета в бинокль делают отсчет уровня снежного покрова. Есть и другие методы — например, измерение снега по интенсивности радиоактивного гамма-излучения. Но этот вид съемки, с большим успехом используемый на равнине, в горах оказался неприемлемым. Здесь еще многое приходится делать вручную, еще не всегда удается избежать очень больших физических нагрузок и, главное, риска.
О том, как семеро географов-снегомерщиков из Фрунзе во главе с Н. В. Максимовым устанавливали первые осадкомеры в верховьях ледника Иныльчек, вспоминал участник этого похода журналист Е. Федоровский.
«…Мы идем третий день и устали. Мы несем килограммов по тридцать пять груза, волочим по камням невыносимо жесткие и тяжелые ботинки. Губы стянуло от жажды и сухости воздуха, и солнце печет сильней, чем в самой жаркой пустыне. До кожи на лице страшно дотрагиваться. Ощущение такое, словно она вздулась пузырем и вот-вот лопнет».
Вертолет высадил группу в низовьях Иныльчека. Для того чтобы пройти к месту установки снегомеров, нужно было преодолеть многокилометровый путь по леднику. А потом распаковать приборы, собрать из них десятипудовые махины и поднять на ровные скальные площадки, укрепить на растяжках-тросах намертво.
Труднее всего пришлось со вторым осадкомером. Сброшенный с вертолета неудачно, он оказался грудой металлолома. При отсутствии специальных инструментов было нелегко исправить все повреждения. Свернутый в восьмерку обруч пришлось выпрямлять просто руками.
Удобная для установки прибора площадка нашлась только на уступе скал в ста метрах выше поверхности ледника, добраться до которого можно лишь по крутой осыпи из острых камней. Стошестидесятикилограммовую ношу поднимают впятером на веревках с петлями — так грузчики носят тяжести. Но осадкомер надо нести на высоту примерно сорокового этажа по острым камням в разреженном воздухе.
«Петли врезаются в плечи. Кости, кажется, хрустят от тяжести. Мы ползем по камням, цепляясь пальцами за любой мало-мальский уступ или щель. Метр вверх. Остановка. Снова метр… Всей грудью втягиваем воздух, но его нет…
Сто метров — это сто шагов на равнине. У нас же их тысячи мелких, дрожащих от тяжести и разреженности воздуха, растянутых на целый час».
Группа Максимова вписала еще одну славную страницу в героическую историю «борьбы за Хан-Тенгри», борьбы человека с самыми грозными силами природы.
С помощью вертолета снегомерщики после труднейших дней, недель, а иногда и месяцев жизни в снегу возвращаются в теплые долины, ко всем неперечислимым благам современной цивилизации. Среди пустынных снегов остаются зимовать похожие на самовары суммарные осадкомеры типа «М-70». Они сохранят в своих резервуарах всю воду, которая попадет в них в жидком ли, в твердом ли виде, пленка вазелинового масла на поверхности предохранит пойманные в эту ловушку атмосферные осадки от испарения.
Им предстоит стоять не одно десятилетие. Каждый год к ним будут подходить люди и измерять накопившиеся в них осадки. Будут они проверять, все ли в исправности у этих неуклюжих часовых науки. Не напрасно на всех осадкомерах сделана на русском и киргизском языках надпись: «Просьба не трогать, не разбирать и не ломать!» Эта надпись совсем не лишняя, потому что немало уже этих так нужных науке приборов погибло от рук безответственных туристов и охотников…
«Лучше гор могут быть только горы!» — вперед, в «Арктику», к старику Хану! Жаль, что лето коротко, и скоро снова возвращаться в суету, в духоту… В горах привлекает простор, тишина, красота, а может быть, главное — возможность ощутить себя человеком, способным устоять против напора стихии. То же самое, что и в Арктике.
Есть у гляциологов Киргизии возможность попасть в «Арктику» и на более длительный срок — на год, на два, почувствовать себя как на настоящей полярной зимовке. Для этого надо только поехать на одну из пяти снеголавинных станций Тянь-Шаня и стать гляциологом-лавиноведом, или, как чаще попросту говорят, лавинщиком…
Лавинная опасность. Лавина снега, которую в любую минуту могут обрушить горы, — сильнейшее оружие ледяного мира против вторгающегося в него человека. Первыми познакомились с лавинами альпинисты. Чем глубже проникает человек в ледяной мир гор, тем чаще его встречи с лавинами. Чем смелей включает он богатства высокогорной природы в хозяйственную деятельность, тем внимательней приходится ему вглядываться в нависшие над долинами снега…
Ничто не предвещает ее появления. Небо — ясное, солнце печет, ветра нет, вокруг — тишина, и вдруг… Тревожно нарастающий свист в одно мгновение переходит в гул, грохот, взрыв. Исчезает небо, исчезает воздух, исчезают горы, весь мир приходит в стремительное движение — белый вихрь, белый обвал, белая тяжесть, белая смерть… Это — лавина. Снежная лавина в горах — одно из самых грозных явлений природы.
Проходит не более минуты. Огромная снежная масса — около миллиона тонн — переместилась на нижний уровень, к подножию склона, ее догоняют быстрые снежные струйки, и вот все останавливается, прекращается, успокаивается. Снова ласковое небо над головой, горячее солнце, безветрие, тишина…
Лавины неизбежны в горах, где крутые склоны могут удержать на себе лишь какую-то определенную массу снега. А если снег валит еще и еще, если к тому же он начинает подтаивать снизу или испарение нарушает связи между кристаллами снега, происходит срыв. Специалисты различают три вида лавинной опасности: слабую, среднюю и значительную.
Обильные снегопады, щедрое солнце, частые потепления зимой, бурное весеннее таяние снегов способствуют возникновению значительной лавинной опасности. Особенно часты и разрушительны лавины на западе горной страны и в районе Хан-Тенгри, где горы вздыбились острыми пиками и из атмосферы выпадает до двух метров снега в год, а ветер наметает в отдельных местах в несколько раз больше.
На Тянь-Шане снег ложится неплотно, потому что ветры обычно несильны, и если на Кавказе лавинную опасность представляют склоны выше двадцати — пятнадцати градусов, то на Тянь-Шане самые незначительные уклоны — какие-нибудь шесть градусов — уже могут способствовать лавинопаду. Здесь с лавинами в одно мгновение сбрасывается иногда до пяти миллионов кубометров снега.
Почти половина территории Киргизии признана лавиноопасной зоной. Лавины возможны практически везде. Хан-Тенгри и Кокшаал пока еще не освоены так, как Западный Тянь-Шань, и катастроф на востоке зафиксировано меньше.
Тянь-Шань постепенно опутывают провода линий электропередачи. Как им устоять против лавины? Да просто невозможно. Поэтому изыскание трассы ЛЭП здесь — труднейшая задача. Как протянуть ЛЭП от Токтогульской ГЭС в Чуйскую долину безопасным путем? Трасса в лавиноопасном районе не может быть кратчайшей, особенно опасные участки она должна обходить. Провода поднимают вверх, над телом лавины, поэтому нигде опоры ЛЭП не стоят так высоко, как на Тянь-Шане.
Наиболее опасны из-за снежных лавин склоны перевалов Западного Тянь-Шаня, через которые проходит дорога Фрунзе — Ош. Поэтому, как только приступили к ее строительству, начали свою работу шесть снеголавинных научных станций в снегах Киргизского хребта, Сусамыра, Кавака, Чаткала. Около сотни лавин каждую зиму сходит непосредственно в этом районе. Круглосуточно ведут зимовщики наблюдения за поведением снега, за процессами в ней происходящими, за влиянием разных видов погоды на состояние снега, за развитием лавин. Все это нужно знать, чтобы научиться предсказывать возможность катастрофы и предотвращать ее.
Молодые киргизские «лавинщики» М. Щербаков, Е. Вернер, А. Яблоков разработали методику наблюдений, математически обосновали зависимость развития лавины от условий погоды, наметили конкретные пути прогноза опасности. Каждая станция должна регулярно распространять бюллетени лавинной опасности во все производственные организации, имеющие основания остерегаться лавин. Иногда, если не остается времени перед неожиданной снежной атакой, срочное предупреждение о ней дается по радио или телефону. Тогда движение на дорогах останавливается, а лавины расстреливаются минами и снарядами. Это стало обычным делом в горах Тянь-Шаня. Таким путем сбрасывают изготовившиеся к смертоносному прыжку лавины прежде, чем они смогли бы проявить себя.
Удар лавин может оказаться очень мощным. Подсчитана сила давления ударной волны для некоторых лавин. Она приближается к ста тоннам на квадратный метр. Такой напор не выдержать ни одному сооружению в горах. На перевале Тюзашу был случай, когда трактор отбросило лавиной на тридцать метров. Немало ущерба принесли лавины дороге Фрунзе — Ош…