Человек лежал на полу, безвольно, будто сломанная кукла, раскинувшись на грязном армейском одеяле. Глаза были раскрыты, но он ничего не видел. Зрачки расширенные, похоже было, что человек чем-то одурманен. Грязные ладони неподвижно лежали на полу, покрытом тонким слоем соломы, — безжизненные кости, обтянутые кожей. Рот зиял желтозубой раной, углы губ растрескались и запеклись.
Лэс развернулся. Мэриан теперь смотрела на него. Ее лицо побелело, кожа на щеках туго натянулась.
— Что это? — спросила она едва слышным, дрожащим голосом.
— Не знаю.
Он еще раз заглянул в клетку, как будто уже сомневался, что действительно это видел. Потом снова посмотрел на Мэриан.
— Не знаю, — повторил он, чувствуя, как тяжко колотится сердце.
Они еще секунду смотрели друг на друга, в глазах у обоих читалось смятение.
— Что будем делать? — почти прошептала Мэриан.
Лэс проглотил застрявший в горле комок. Снова заглянул в клетку.
— При-вет, — услышал он собственный голос, — вы можете…
И тут же осекся, горло у него дернулось. Человек был без сознания.
— Лэс, что, если…
Он посмотрел на нее. И вдруг по коже пошли мурашки, потому что Мэриан в безмолвном ужасе смотрела на соседнюю клетку.
Он побежал по засохшей земле, взбивая пыль.
— Нет, — проговорил он, заглядывая в следующую клетку.
Он почувствовал, как его колотит нервная дрожь. Подбежала Мэриан.
— О боже, это же просто безумие, — воскликнула она, увидев еще одного узника.
Они оба смотрели на него, а он глядел на них блестящими мертвыми глазами. В один миг вялое тело дернулось, придвинувшись на пару сантиметров. Пересохшие губы задрожали — похоже, он силился заговорить. Ниточка слюны потянулась из угла рта и легла на заросший щетиной подбородок. На мгновение покрытое грязью и потом лицо превратилось в маску страстной мольбы.
А потом его голова запрокинулась набок и глаза закатились.
Мэриан отпрянула от клетки, прижимая к щекам трясущиеся руки.
— Он псих, — проговорила она и резко обернулась, глядя на молчаливый дом.
Лэс тоже обернулся, и они оба внезапно осознали присутствие в доме человека, который предложил им пойти посмотреть зоопарк.
— Лэс, что нам делать? — Голос Мэриан дрожал, она была на грани истерики.
Лэс не мог произнести ни слова, все еще потрясенный тем, что видит. Долгий миг он был способен только стоять, сотрясаемый дрожью, и глядеть на жену, ощущая себя так, будто угодил в кошмарный сон.
Затем он плотно сжал губы, и на него словно обрушился поток жары.
— Давай убираться отсюда, — отрезал он, схватив ее за руку.
Единственными звуками было их хриплое дыхание и торопливое шлепанье ее сандалий по жесткой земле. Воздух кривился от неистовой жары, иссушал легкие, заставлял кожу источать ручьи пота.
— Быстрей, — задыхался Лэс, дергая ее за руку.
Но, повернув за угол дома, оба сейчас же отскочили назад, ощущая, как судорожно сжимаются все мышцы.
— Нет! — Лицо Мэриан перекосило от ужаса.