Избранные произведения в одном томе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Мы присматривали, — сказал он. — Но мы никак не могли узнать, что она собирается делать.

— Почему же мне сказали, что она прибудет сюда в возрасте семидесяти двух лет?

— Потому что так было намечено, — ответил он. — Правда, несмотря на прогнозирование, в ее силах изменить предначертанное. Разве не понимаешь, в этом-то и дело. Существует естественное, намеченное время смерти каждого из нас, но…

— Тогда почему здесь нахожусь я? — спросил я. — Тот несчастный случай был естественным наступлением моей смерти?

— По-видимому, да, — ответил он. А может быть, и нет. Как бы то ни было, ты не несешь ответственности за свою смерть. А Энн несет ответственность за свою. Ведь убить себя — значит нарушить закон, потому что это лишает человека возможности постичь потребности своей жизни.

Вид у него был расстроенный, и он покачал головой.

— Если бы только люди могли понять, — вымолвил он. — Они полагают, что самоубийство — быстрый путь к забвению, выход из сложной ситуации. Это далеко не так, Крис. Просто личность переходит из одной формы в другую. Душу разрушить невозможно. Самоубийство лишь ускоряет более мрачное продолжение той же ситуации, выход из которой никак было не найти. Продолжение в еще более мучительных обстоятельствах…

— Где она, Альберт? — прервал я его.

— Не имею представления, — вздохнул он. — Убив себя, она лишь избавилась от наиболее плотной части своего тела. То, что осталось, магнитно удерживается Землей, но где именно — узнать почти что невозможно. Коридор между физическим и астральным миром фактически бесконечен.

— Сколько времени она там пробудет? Он медлил с ответом.

— Альберт?

Он тяжело вздохнул.

— Пока не наступит время ее естественной смерти.

— Ты хочешь сказать… — Я потрясенно смотрел на него, не смея поверить. Я едва не задохнулся от горя. — Двадцать четыре года?

Он не ответил. В этом не было необходимости; к этому моменту я уже сам знал ответ. Почти четверть века в «низшей сфере» — месте, о котором я не смел раньше даже помыслить, потому что оно будило во мне такие мрачные предчувствия.

Внезапный проблеск надежды. Я за него ухватился.

— А ее эфирное тело не умрет, как мое?

— Только через двадцать четыре года, — сказал он. — Оно будет существовать, до тех пор пока она остается в эфирном мире.

— Это несправедливо, — сказал я. — Наказать человека, который сошел с ума.

— Крис, это не наказание, — мягко возразил он. — Это закон.

— Но она, должно быть, потеряла рассудок от горя, — настаивал я.

Он покачал головой.

— Будь это так, она бы не оказалась там, где она сейчас. Все очень просто. Никто ее туда не отправлял. То, что она там, — доказательство того, что она приняла решение сознательно.

— Не могу в это поверить. Я встал и отошел от него.

Альберт поднялся и последовал за мной. Когда я остановился, чтобы прислониться к дереву, он встал рядом.

— Там, где она сейчас, все может быть не так уж ужасно, — пытался он меня ободрить. — Она всегда старалась вести достойную жизнь, была хорошей женой и матерью, славным человеком. Ее положение, безусловно, не таково, как у тех, кто вел подлую жизнь. Все дело в том, что она потеряла веру и должна оставаться там, где пребывает сейчас, пока не придет ее время.

— Нет, — решительно произнес я.

Он не ответил. Почувствовав его замешательство, я взглянул на него.

Так он понял, что у меня на уме, и впервые за все время, пока мы были вместе, я заметил на его лице выражение смятения.

— Крис, это невозможно… — вымолвил он.