— Ох, — прошипела я.
Карл остановился, уставился на меня, и его глаза были прекрасны.
— Я могу остановиться, — сказал он. — Мы можем подождать больше времени.
Я покачала головой.
— Нет, — проговорила я. — Я хочу, чтобы ты вошел в меня. Сейчас!
— Хорошо, — согласился он. — Прими его… прими меня…
Он толкнулся, и это было больно. Карл перенес свой вес на меня и на Рика подо мной, и я оказалась зажата. Зажата между двумя горячими телами, двумя стонущими мужчинами. Карл толкался, пока не погрузился внутрь, и ебать, насколько я растянулась. Я чувствовала их, два больших члена, плотно прижатых друг к другу и двигающихся вместе, когда Рик начал толкаться подо мной.
Я слышала, как хлопают яйца, ощущала давление двух членов.
Это было безумно, безумно приятно.
— Мы в тебе, — сказал Карл. — Мы оба. Хорошая девочка, чертовски хорошая девочка.
Я хмыкала, словно в бреду.
— Да… о да…
Он поцеловал меня, и я поцеловала его в ответ, потому что больше не боялась Карла Брукса.
Я была без ума от тела Карла Брукса. Его члена. Его бесцеремонности, сухого напористого шарма и властных манер.
Я была без ума от Карла Брукса.
И я обожала Рика. Обожала прикосновение его губ к моей щеке. Обожала, как крепко он обнимал меня, пока они трахали меня, обнимали и целовали, заставляя чувствовать себя такой особенной.
Это было больно, и жестко, и звуки были отвратительно влажными и хлюпающими, но это было прекрасно.
Это было странно романтично. Это было страстно. Это было все, о чем я когда-либо мечтала.
Карл прервал поцелуй и прижался лбом ко лбу Рика, и они улыбнулись друг другу. Они целовались так нежно, что у меня перехватило дыхание. Я обвила руками шею Карла, притягивая его ближе к себе.
— Наполни ее, — прошептал Рик, и в его голосе прозвучало отчаяние. — Сделай это. Заполни эту киску. До самых краев, Карл.
Дыхание Карла участилось, и они потеряли координацию, лихорадочно толкаясь внутри меня. Я подпрыгивала между ними, принимая все это с улыбкой на лице, которая не хотела уходить.
— Наполни ее, Карл. Сделай это. Я кончаю. Я тоже кончаю.
Они кончили жестко. Глубоко.
Они кончили так сильно, что я покраснела от гордости.
Глаза Карла потемнели, когда он перевел дыхание, и в нем появилась сталь. Жесткость в его тоне развеяла туман.
Он медленно отстранился, и я вскрикнула. Опустошенная. Я чувствовала себя опустошенной. И болезненной.
Я почувствовала, как из меня сочится влага.
— Мы собираемся наполнить эту волшебную маленькую киску спермой, — прошептал Карл. — Будем изливаться внутри тебя, пока ты будешь наполненной. Все время. Все гребаное время. Вот чего я хочу, Кэтти. Вот чего я, блядь, хочу.
Подобные слова не должны возбуждать.
Но они это сделали.