Дэвид схватил меня за локоть, и я понял. И Кэтти тоже.
— Нет! — закричала она. — Карл, не позволяй им! Чего бы это ни стоило, Карл! Пожалуйста, не позволяй им причинить ему боль!
У меня разрывалось сердце от того, что я видел ее такой, в агонии и страхе. Парамедики занялись ее подготовкой к погрузке в карету скорой помощи, а Рик и Дебби выглядели такими же беспомощными, как и я.
— Он должен быть в состоянии выдержать свой вес, — сказал Дэвид таким тихим голосом. — Если они не смогут его поднять, Карл…
Я покачал головой.
— Я даже не могу описать тебе, как много эта лошадь значит для этой девушки. Мы должны поставить его на ноги.
Он кивнул.
— Освободите немного места, — попросил ветеринар, и люди расступились, чтобы дать Самсону немного пространства. Он уперся передними ногами в землю, даже покалеченной, и попытался подняться. Я затаил дыхание, моля судьбу дать ему передышку, но бедное животное поскользнулось и упало, рухнув спиной на берег, его бока вздымались. Я выругался себе под нос.
Ветеринар пожал плечами и бросил на меня пессимистический взгляд.
— Ему просто нужна помощь, — сказал я. — Давайте слегка поможем ему. Ну же, Дэвид, помоги мне. — Мы присоединились к распорядителям, и когда бедное животное напряглось для второй попытки, я подхватил руками того под бока и приподнял, изо всех сил подталкивая его вверх. — Давай, Самсон, — прошипел я. — Давай, парень, вставай на ноги. Вот хороший мальчик.
Дэвид толкал, я толкал, и мы сделали все, что могли, чтобы помочь лошади встать. Он перенес свой вес на одну из передних ног и на мгновение заколебался, пытаясь устоять. Мы стиснули зубы, держа его крепко, но тут его вес сместился, когда он пошатнулся и начал подниматься. Его нога выдержала, приняла вес, достаточный для того, чтобы его задняя часть встала и оказалась под ним.
Сильный рывок, толчок с нашей стороны, и он оказался на ногах. Мальчик вскочил на ноги.
У меня была одышка, головокружение, я прижался лбом к потной шее Самсона, который изо всех сил пытался хромать на своих пострадавших ногах.
— Повреждение сухожилий, — сказал ветеринар. — Обширное, я бы сказал. — Он посмотрел на меня, потом на Дэвида. — Эта лошадь вряд ли снова будет выступать.
Я отрицательно покачал головой.
— Это не имеет значения. Все это не имеет значения.
— Его выздоровление будет дорого стоить.
Я махнул руками, Дэвид тоже, и на мгновение наши мысли слились в совершенной гармонии.
— Чего бы это ни стоило, — сказал я.
— Отлично, — ответил ветеринар и принялся за работу.
Они увели Самсона с поля и наложили холодные компрессы, когда приехала скорая помощь.
Я позволил им делать свою работу, позволил экспертам руководить.
И молил судьбу о милосердии.
— Ты спас его, — прошептала Кэтти, когда они грузили ее в машину скорой помощи. Ее голос был приглушенным и хрупким, а глаза такими печальными.
Наша красавица выглядела такой разбитой, такой слабой — перевязанная на носилках.
Я склонился над ней.
— Нет, — ответил я. — Я просто помог ему подняться. — Потом указал на Дэвида. — Мы оба помогли.
— Хорошая работа, Карл. Дэвид, — сказал Рик, Кэтти все еще крепко сжимала его запястье.
— Я хочу поехать с ней в машине скорой помощи, — сказала Дебби. — Вы можете поехать за нами?
— Есть место только еще для одного, — сказал фельдшер, и Рик посмотрел на меня.