– И ничего не нашли? А что говорит полиция?
– Да ничего конкретного, – ответил Юдзуру.
– Наверное, они не видят в этом проблемы, – подытожил Митараи. – Однако исчезновение этой медной статуи и труп господина Таку на крыше наверняка связаны… Уверен, господин Таку забрался на крышу именно из-за этого петуха. Но куда же он исчез? Кто-то забрал его? Мори-сан, он говорил вам еще о чем-то? Похоже, что он искал статую?
– Ну… еще… говорил, что бродил вокруг дома… ах, да!
– Что же?
– Однажды он сказал, что слышал музыку.
– Музыку?
– Да, какую-то музыку…
– И что это была за музыка?
– Нет… я не помню.
– Значит, музыка? – Митараи замер, глядя в потолок.
– В любом случае он поднялся на крышу для того, чтобы разгадать эту загадку. Но почему в такую ненастную ночь? И так поздно… Что думаете, Юдзуру-сан?
– Я не знаю.
– А вы, Тэруо-сан?
Мужчина молча покачал головой.
– Вы говорили с Таку до десяти вечера 21 сентября?
Оба снова отрицательно покачали головами.
– Другие члены семьи с ним разговаривали?
– Не знаю.
– Юдзуру-сан, где вы были в это время?
– Читал книгу в своей комнате в доме матушки.
– Тэруо-сан, а вы?
– Также был в доме.
– Вы можете еще что-нибудь рассказать о петухе, музыке или господине Таку, бродившем вокруг дома в поисках разгадки?
– Абсолютно ничего, – ответил Юдзуру.
Тэруо снова покачал головой из стороны в сторону.
2
Вскоре мы покинули больницу вместе с Тэруо и Юдзуру Фудзинами и направились в дом на холме Кураями. Утренний обход и замеры температуры, а также послеобеденная капельница были позади, так что господин Тэруо не видел необходимости в их присутствии до завтрашнего дня.
Митараи поинтересовался, всегда ли мужчины ходят к пациентке с кем-то вдвоем, и, получив утвердительный ответ, повернулся ко мне и прошептал:
– Довольно разумно.